Три мешка хитростей
Шрифт:
– Зачем? – насторожился мент.
– Да этот автомобиль вчера обдал меня грязью из лужи! Весь белый костюм пропал! Хочу счет из химчистки представить. Знаете, сколько заплатила! Кошмар!
– Ну, вообще-то… – завел участковый.
Я ухватила его за рукав.
– Вообще-то это вы привели сюда Раису, поверили алкогольным бредням. Ну и каков результат? Посуда погибла, все перепуганы насмерть, да еще Дюшка! Хорошо получилось?
Колпаков тяжело вздохнул:
– Поехали.
– Куда?
– В отделение.
– Но вам к врачу надо.
– Ерунда.
– Погодите, – пробормотала я, –
– Откуда такая? – удивился Геннадий.
– Муж на Петровке служит, майор Куприн Олег Михайлович.
Колпаков присвистнул:
– Начальство, значит. Чего же его не попросили про машину узнать?
– В командировку укатил.
– Ну пошли, – велел Геннадий.
В отделении он ненадолго оставил меня в комнате одну и вернулся умытый, одетый в рубашку Олега, с заклеенным пластырем лицом.
– Живот-то у вашего супружника побольше моего будет, – констатировал участковый и взялся за телефон.
Через несколько минут я держала в руках бумажку: «Венедиктов Андрей Савельевич, Новопесчаная улица…»
С трудом сдерживая сердцебиение, я попросила:
– А узнать про него поподробнее через справку, ну, где работает, например…
– Это еще зачем?
– Хочу посмотреть, кем трудится, а то, может, еще и за моральный ущерб взыскать… Я из-за него вчера на работу не пошла, а платят мне сдельно… Хоть чашки новые куплю, а то нам из консервных банок пить придется!
Очевидно, Геннадий все же чувствовал за собой какую-то вину, потому что вздохнул и вновь взялся за трубку.
Андрей Савельевич оказался хозяином весьма преуспевающей фирмы, торгующей компьютерами. Ему принадлежали сервисный центр и пять магазинов, один из которых расположился не где-нибудь, а в самом центре, на Новом Арбате. Следовательно, мужик богат или, по крайней мере, хорошо обеспечен.
В глубокой задумчивости я побрела домой и принялась прибирать на кухне. Очевидно, что ближайший свободный день придется посвятить походам по магазинам, торгующим посудой. Раиска переколотила почти весь запас стекла и фарфора в доме.
Руки привычно орудовали веником и мокрой губкой. В голове вертелись, складываясь в интересный узор, мысли.
Глупенькая Алиса невесть откуда узнала некую тайну, за неразглашение которой потребовала у мужчины ни больше, ни меньше, а полмиллиона долларов. Негодяй согласился, приехал на встречу и… пристрелил малолетнюю шантажистку. И какое-то внутреннее чутье подсказывает, что именно человек, сидевший за рулем бордовой иномарки, является организатором всей кровавой пьесы. Именно он, сам или руками наемного киллера, убрал Полину Леонову, Ольгу Звереву и профессора Чепцова. Почему? Что за тайну столь усердно прячет этот субъект? Из-за чего он безжалостно укокошил столько взрослых людей и молоденьких девушек? Что побудило мерзавца украсть Настю, несчастную девочку, передвигающуюся в инвалидном кресле?
Нет ответа. Но я обязана как можно быстрей найти его, потому что осталось всего два дня до отведенного подлецом часа «икс». И если не сумею разобраться в запутанном деле, Насте придется плохо.
Я швырнула осколки в помойное ведро и увидела мерно помахивающую хвостом Дюшку.
– Ты, моя дорогая, оказывается, развратная особа!
Но Дюша, не чувствовавшая за собой никакой вины, решила, что у хозяйки сегодня плохое настроение, и убежала в гостиную.
ГЛАВА 20
Не имей сто рублей, а имей сто друзей. Эта пословица полностью относится к нам с Томочкой. Долгие годы мы были бедными, почти нищими. Жили по сути на медные копейки. Благополучие пришло недавно вместе с нашими мужьями. Но вот друзей у нас всегда было много. И если случалась трудная жизненная ситуация, мы просто брали три пухлые телефонные книжки и обязательно находили того, кто помогал быстро и бескорыстно. Впрочем, мы тоже старались быть полезными своим друзьям, и, наверное, поэтому отношения, которые связывают меня и Томочку с Машкой Родионовой, Юркой и Лялькой Петровыми, Оксаной Гиод и Денисом, скорее похожи на родственные. У нас с Томочкой нет ни сестер, ни братьев, рожденных от наших родителей. Кроме меня, в семье детей не случилось, а у дяди Вити и тети Ани была одна Тамара. Но мы приобрели близких друзей в течение жизни, и, поверьте, не всегда общая кровь служит залогом хороших отношений. Чаще-то случается как раз наоборот. Братья и сестры грызутся между собой, родители выбирают среди детей любимчиков… В нашем подъезде живут Лена и Анна Корольковы, близнецы, похожие друг на друга до противности. Обитают в разных квартирах и не разговаривают друг с другом. Я не знаю, что должно произойти, чтобы мы поссорились с Машей Трубиной, Ольгой Тельковской и Никитой Варламовым. Таких ситуаций просто нельзя представить.
И вот как раз Никита-то Варламов и нужен мне в данном случае.
Я быстренько набрала номер.
– Кит?
– Привет, Вилка, – бодро отозвался приятель, – что случилось? У Сени компьютер сломался? Или ты сама решила наконец освоить машину?
– Пока нет. Скажи, слышал про такого человека: Венедиктов Андрей Савельевич?
– А как же, акула нашего компьютерного бизнеса, солидный торговец, да еще и сам во всем разбирается, что, согласись, редкость.
– Можешь про него рассказать?
– А что тебя интересует?
– Все! – радостно выкрикнула я. – Абсолютно все!
– Ну, – забормотал Никита, – Андрей из технарей. Закончил, кажется, МВТУ или физтех, что-то, одним словом, солидное. Работал сначала в военной организации, потом, не знаю, чего делал, пропал на несколько лет. Вынырнул на свет в 95-м или 94-м и начал компьютерами торговать. Удачно пошло, даже в дефолт устоял. Вроде бы холостой сейчас.
– А лет Венедиктову сколько?
Кит причмокнул:
– Черт его знает, около сорока или чуть больше, точно не скажу!
– Слушай, Никитка, мне надо во что бы то ни стало познакомиться с Венедиктовым, но только так, чтобы он думал, что я – это не я.
– А попроще объяснить нельзя?
Я вздохнула:
– Ему домработница не требуется? Или прачка? Словом, нужно проникнуть к нему в квартиру под благовидным предлогом. Очень, очень надо. Поверь, речь идет о жизни и смерти.
– Раз так серьезно, – протянул Никита, – тогда не занимай телефон, ща перезвоню.
Я села около аппарата и принялась ждать.