Три мешка хитростей

Донцова Дарья

Юлия Валентиновна, дама неопределенного возраста, из тех, что при правильном освещении сходят за восемнадцатилетнюю, никакого неудовольствия от того, что ее обслуживает урод, не выказала. Была мила, часто шутила, а когда Юра передал все нужные бумаги в отдел, который начал непосредственно заниматься строительством, поблагодарила Савельева и вручила ему конверт. Внутри лежали триста долларов и визитная карточка Чепцова.

– Извините за бестактность, – вздохнула Юлия Валентиновна, – но обязательно сходите к Феликсу Ефимовичу на консультацию. Он бог, способный

сделать с лицом абсолютно все.

Юра поколебался неделю и отправился в клинику. Профессор обнадежил: можно попробовать. Но названная цена поразила Юру. Таких денег у него не было. Феликс Ефимович понял настроение парня и развел руками:

– Увы, мы коммерческое предприятие.

Юра вышел на улицу, сел в скверике на скамейку и неожиданно зарыдал. Даже в детстве, когда злые сверстники дразнили мальчишку, он не плакал. А тут просто зашелся в истерике, сморкался в платок, пытался остановить слезы, но не мог. И тут ему на плечо опустилась большая, какая-то уютно-теплая рука.

– Поднимайся в мой кабинет, – велел Чепцов.

– Он сделал мне операцию совершенно бесплатно, – объяснил Юра, – ни копейки не взял. Сказал только, что пригласит студентов, будет учить их на моем лице. Но мне было все равно…

Феликс Ефимович велел Юре сфотографироваться накануне вмешательства.

– Оставишь на память, – улыбнулся профессор.

– Он еще слегка поправил нос и форму рта, – говорил Юра, – Феликс Ефимович просто гений, он изменил мою судьбу, сделал за несколько часов из урода красавца. Я благодарен ему по гроб жизни. После операции был готов в клинике языком сортиры мыть! Эх, вам не понять, что это такое, когда снимают бинты и видишь нормальную кожу! А сыну скажите, пусть не сомневается, у Чепцова не бывает накладок, ему руки золотые достались и ангельская душа!

Я покинула «Стройвест» со спокойной совестью. Если кто и задумал убить Феликса Ефимовича, то только не Юра.

Пошатавшись бесцельно по центру, я съела от тоски два пломбира в вафельных стаканчиках, выпила пакетик сока и потаращилась на разнообразные товары в попадавшихся по дороге магазинах. Время от времени терпеливо набирала номера Федотова и Боброва, и каждый раз в ухе раздавались равномерные гудки. Часов в семь приуныла окончательно. На дворе стоит дождливый июнь. Большинство москвичей съехали на дачи или подались на море… Может, и нужные мне мужики плещутся где-нибудь в Средиземном море? С чего я взяла, что заказчик будет ждать исполнения своих приказов? Нанял убийцу с похитителями и отвалил!

– Да, – резко прогремело в ухе, – говорите, слушаю…

От неожиданности я забыла, чей номер набрала, Боброва или Федотова.

– Николай Евгеньевич?

– Здесь такой не проживает.

– Ой, простите, позовите Руслана Михайловича.

– Слушаю.

– Мне ваш телефон дал профессор Чепцов Феликс Ефимович, хирург, в клинике которого вам делали операцию.

– О, Феликс, – воскликнул Руслан Михайлович, – какой ужас, такая страшная смерть!

– Можно мне к вам подъехать?

– Зачем?

– Ну, понимаете, несколькими днями раньше погибла его жена, Ольга

Леонидовна Зверева, она работала вместе с…

– Конечно, знаю, – перебил мужчина, – наркоз давала, милейшая дама!

– Осталась девочка – подросток, Алиса. И мы вот тут завели подписной лист, словом, кто сколько сможет, бывшие клиенты, сотрудники… Жаль ребенка, осталась совсем без средств.

– Естественно, приезжайте, – пригласил Бобров, – жду, адрес знаете?

Трясущимися от возбуждения руками я записала необходимые координаты и сказала:

– Если часа через полтора?

– Отлично, – подтвердил собеседник, – никуда уходить не собираюсь.

Не теряя времени, я влетела в книжный магазин и в отделе писчебумажных товаров купила бланк «Ведомость зарплаты». Получив линованный листочек бумаги, мигом забежала на почту и быстренько оформила «подписной лист». Сначала написала несколько пришедших на ум фамилий, потом проставила напротив них цифры: 800, 900, 1000, накарябала закорючки, долженствовавшие изображать подписи… Дело за малым, нужна печать!

Выйдя на улицу, я огляделась по сторонам и увидела магазин «Медтехника». Черт возьми, это то, что надо!

Внутри небольшого помещения мирно читала газетку девчонка лет двадцати. Увидев меня, она крайне оживилась:

– Какой профиль интересует? Гинекология, стоматология?

Я оглядела стеклянные витрины, где громоздились непонятные и от этого устрашающие аппараты, призванные помочь врачу в нелегком деле борьбы с болезнями.

– Нет, косметическая хирургия.

Девчонка отложила «Космополитен», выдвинула ящик из-под прилавка, и я увидела штемпельную подушечку и круглую печать. Конечно, в каждом месте, где торгуют электроприборами, мебелью, да вообще любыми товарами, обязательно есть штемпель. Как же без него оформить гарантийный талон?

Продавщица вытащила довольно пухлый каталог и сообщила:

– Сейчас для косметических хирургов только молотки для ремопластики, но, если желаете, закажите необходимое вам по каталогу.

Я оперлась на прилавок и принялась с умным видом перелистывать глянцевые страницы.

Не знаю, как у вас, а у меня душа каждый раз уходит в пятки, когда, войдя в кабинет к доктору, вижу разложенные в изумительном порядке всяческие железки, которые скорей всего начнут засовывать в мой организм. С одной стороны, вроде и понимаешь, что доктор не желает сделать больно пациенту, наоборот, хочет облегчить страдание. Но с другой… Уж слишком такой набор напоминает картину «Допрос в подвалах инквизиции».

Каталог, предназначенный для «лицевых» хирургов, выглядел отвратительно. Какие-то штуки, больше всего похожие на ложки-щипцы, которыми хозяйки вытаскивают из кипятка яйца, совочки, разнообразные пилы, молотки… Ей-богу, такое ощущение, что просматриваешь товары для лесорубов… Затем пошли совершенно непонятные аппараты…

Я тяжело вздохнула.

– Подобрали что-нибудь? – спросила девушка.

– К сожалению, не вижу нужной вещи…

– А что хотите?

– Феррокапамонитор.

– Что? – захлопала глазами продавщица.