Три мешка хитростей
Шрифт:
Помахивая дубинкой, он пошел по перрону, внимательно глядя по сторонам. Милый мальчик, бдительный и аккуратный, небось любимый сын у мамы…
ГЛАВА 17
Я вышла на улицу, купила в ближайшем киоске бутылку минеральной воды, упаковку бумажных платков и старательно протерла лицо. Потом принялась звонить. Сначала Федотову, следом Боброву, но ни там, ни там никто не брал трубку. Зато у Савельева отозвался дребезжащий старческий голос:
– Алле! Алле!
– Позовите,
– Так на работе Юрка, – пояснила бабушка.
Стараясь говорить как можно более убедительно, я заявила:
– Вас беспокоят из магазина «М-видео». Юрий Константинович просил предупредить его, когда в продажу поступит телевизор «Филипс суперстар».
– Ничего не знаю, – бормотала женщина, – он меня никогда в известность о планах не ставит.
– Как нам быть? – притворно вздохнула я. – Прибыл только один аппарат по старой цене. Завтра уже другую поставят. Мне бы знать, возьмет он телевизор или нет? А то желающих полно!
– На работу позвоните, – наконец сообразила бабка.
Тихо ликуя, я прогундосила:
– Так телефон только домашний.
– Пишите, – распорядилась старуха.
Радуясь, что так ловко добилась своего, я быстренько потыкала пальцем в кнопки и услышал бодрое:
– Фирма «Стройвест», здравствуйте.
– Позовите, пожалуйста, Юрия Константиновича.
– Не вешайте трубку, – вежливо ответил почти детский голос, – сейчас переключу.
Раздалась заунывная мелодия, потом приятный баритон:
– Слушаю.
– Юрий Константинович?
– Да.
– Вы никуда не уйдете?
– До семи на месте, а что?
– Хочу подъехать.
– Приезжайте и спасибо за обращение в «Стройвест».
Записав адрес, я рванулась в метро.
У компании «Стройвест», судя по всему, отлично шли дела. В помещении был только что сделан качественный ремонт, а в кабинете, где находилось место Савельева, стояло два роскошных офисных стола с компьютерами. За одним элегантно одетая девушка, возившаяся с клавиатурой, подняла голову:
– Кого-то ищете?
– Юрия Константиновича.
– Он вышел за сигаретами, – пояснила служащая. – Я не могу ничем помочь?
– Нет, нет, спасибо.
– Тогда садитесь и подождите.
Я устроилась на высоком крутящемся стуле и увидела под стеклом на столе Савельева довольно большую фотографию. Юноша с приятным, даже красивым лицом обнимает девушку, похожую на ангела.
– Надо же, – вздохнула я, – какая пара, любо-дорого посмотреть.
Девушка оторвалась от монитора.
– Где?
Я ткнула пальцем в стол:
– Это Савельев такой красавец? Что же он в вашей конторе делает? С подобной внешностью следует идти в кино или модельный бизнес.
– Увидели бы вы его три месяца тому назад, так вздрогнули бы, – ухмыльнулась девица.
– Почему?
– У Юры было огромное родимое пятно на лице, – пояснила девчонка, –
В этот миг дверь распахнулась, и влетел парень. Живьем он выглядел еще симпатичнее, чем на фото.
– Вы ко мне?
– Юрий Константинович?
– Можно просто Юра, – отмахнулся юноша. – Ну и что у вас? Дом строим? Дачу?
Я окинула его внимательным взглядом. Крохотный, едва заметный, ниточный шрамик тянулся от левого уха вниз.
– У меня вопрос не по строительству.
– Да? – удивился Юра. – Весь внимание.
– Мы можем поговорить с глазу на глаз?
Девушка, сосредоточенно щелкавшая «мышкой», встала и со вздохом произнесла:
– Пойду кофе попью.
Я подождала, пока она закроет дверь, и сказала:
– Меня прислал профессор Чепцов.
– Кто?
– Хирург-косметолог.
– Ах, Феликс Ефимович, – обрадовался парень, – как он поживает?
«Спасибо, хорошо, вчера умер», – чуть было не ляпнула я, но вовремя прикусила язык и ответила:
– Пока нормально. Понимаете, у меня проблема.
– Какая?
– У сына на лице огромное родимое пятно, советуют делать операцию, а я боюсь, вдруг хуже станет. Вот Феликс Ефимович и посоветовал с вами потолковать.
Секунду Юра смотрел на меня в упор, потом зачем-то начал рыться в ящике. Я приуныла. Сейчас он возмутится, вспомнит про соблюдение врачебной тайны и, между прочим, будет прав. Доктора не имеют никакого права рассказывать одним больным о проблемах других…
Но Юра достал какое-то фото и протянул мне:
– Смотрите.
Я бросила взгляд на снимок и невольно вздрогнула. На меня смотрело изуродованное отвратительным бордово-синим пятном лицо.
– Знаете, – вздохнул Юра, – с детства не фотографировался, а мама дома зеркал не держала. У нее только в пудренице одно крохотное было. Хотела меня от травм душевных уберечь. Только куда там! Люди такие злые. На улице чуть ли пальцем в меня не тыкали, в школе дразнили. Девушек у меня не было. Ну какая пойдет с таким уродом? И на работу брать не хотели. У меня диплом МИСИ с отличием, английский, немецкий свободно, компьютер…
Но кадровики, едва взглянув на Юру, сразу находили убедительную причину для отказа. Кое-как парень пристроился в «Стройвест», но к клиентам его не допускали. Однако в начале марта сразу пятеро служащих слегли с гриппом, и Юре пришлось заниматься с клиенткой, решившей строить дом.
Почти неделю он делал всякие расчеты, подсказывая Юлии Валентиновне, между прочим, известной эстрадной певице, как лучше оборудовать ванную и кухню, какой паркет долговечнее, растолковал разницу между оцинкованной и черепичной крышей. Словом, расстарался, как для себя.