Три черные колдуньи
Шрифт:
— Та-а-ак… — задумчиво протянула Жанна, которую не интересовали намерения мамы. — Тебе она звонила с чужого сотового… (Владе знакомая тоже звонила с чужого сотового, значит, это одна и та же женщина, но об этом пока не стоит говорить Филиппу.)
— Откуда знаешь? — спросил он.
— Я же обещала выяснить и выяснила по своим каналам, уж извини, продавать людей не стану. (Ну, кто мог узнать номер? Разумеется, Эмма.) Молодая женщина попросила трубу у мужчины в баре и позвонила тебе, он описал ее в общих чертах, но черты до того общие, что их
— Думаешь, я дал ей телефоны?
— Не знаю, как она узнала, но узнала, следовательно, доступ у нее к тебе есть. А знаешь, что означают ее звонки?
— Думаю, она хочет меня уничтожить.
— Не тебя, а меня. И не хочет уничтожить, поэтому звонит. Она предупреждает: если ты меня не бросишь, то светит мне то же, что случилось с Владой и Ниной.
Филипп обхватил пятерней подбородок, пальцы при этом у него дрожали. Нервничал. А раз нервничал, то напуган, растерян, ошеломлен. И он не играл, так правдиво сыграть невозможно. Нет, не Филипп убил, и не он подослал убийцу. Иначе какой смысл ему брать в сообщницы Жанну?
Он покачал головой:
— Не нравится мне все это, ох не нравится. Ты не боишься?
— Ну, как не боюсь! Боюсь. Я надеюсь на тебя и себя. А на мать не злись, она же не знает о нашем договоре, беспокоится.
— Может, рассказать ей?
— Ни в коем случае!
— Пойми, мне жаль маму, у нее давление подскочило.
— Мне тоже жаль Ирину Захаровну. Но она расскажет Геле, Гела может рассказать еще кому-то, так дойдет о нашем договоре до той женщины.
Жанна задумалась: «Гела… Кто, как не она, знает телефоны? Но звонила не Гела, ее голос узнал бы и Филипп, и его мать. Тем не менее взгляд Гелы подергивается сексуальной дымкой, когда она смотрит на Филиппа. А меня любит примерно, как кошка собаку. Однако, кроме взгляда, других оснований подозревать ее нет. Выкладывать свои подозрения Филиппу нельзя, слава богу, сигнал «осторожно» работает бесперебойно. Пока не выяснятся обстоятельства, буду опасаться всех, кто окружает».
— Скажи, пожалуйста, почему твоя мать дружит с Гелой? — спросила Жанна. — У них разный возраст, думаю, интересы тоже разные.
— Кто вас, женщин, разберет, почему вы предпочитаете дружить с той или иной женщиной? Любит она Гелку.
— Ладно, оставим Ирину Захаровну и ее подругу. Вот какая мысль меня посетила… Скажи, у твоей Нины до тебя был друг?
— И не один. Нинка была очень привлекательная.
— Меня интересует близкий ей парень. Например, был такой, кого она бросила из-за тебя?
— Ветров. Жанна, если ты имеешь в виду месть за то, что я увел у него любимую девушку, это из области завихрений. Не тот век у нас, не те мы люди, чтоб сходить с ума, когда тебя бросают. По логике, он должен был скорее меня убить, чтоб вернуть…
— По твоей логике, — перебила Жанна. — А если у него другая логика? Когда шиза накрывает, логика сильно хромает.
— Нет,
— Мы не должны отмахиваться от любого, даже глупого варианта. Кто-то убил двух твоих женщин, есть звонки с явным предупреждением, что и меня ждет та же участь. Заметь, не мне звонят, а тебе и твоей матери… Кстати, почему она мне не звонит? Или не подбросит записку? Раз она знает обо мне такие пикантные подробности, я имею в виду Ганнибала, то, соответственно, знает, где живу. Почему меня не предупреждает?
— Жанна, ты меня спрашиваешь?
— Я просто рассуждаю. Когда ты встречался с Владой, были звонки?
— Ни одного. Ты уже спрашивала.
— Хм… — недоуменно пожала плечами Жанна. — Странно, что только сейчас звонят. Кто Ветров, чем он занимается?
— Крупье, работает в казино. Я давно там не был, может, уже и не работает.
— В таком случае мы сегодня идем в казино, а до этого выясним, чей это номер. Хозяина городского номера проще узнать, чем сотового. Давай сяду за руль? Мне не нравится твое состояние.
— Я в норме, — трогая машину с места, сказал Филипп.
Глава 18
Вскоре выяснили: звонили из гостиничного номера, гостиница расположена не в центральной части города, а в новом микрорайоне. Жанна решила действовать по горячим следам, откладывать нельзя, посему поехала с Филиппом в гостиницу. У администратора справились, кто живет в номере с таким телефоном.
— А что случилось? — не хотела открывать имя администратор.
— Мне звонили с этого номера, — сказал Филипп. — Назначили встречу вечером, а голоса я не узнал, решил проверить, кто это. Наверное, друг, которого я давно не видел, решил подшутить. Должен же я знать, с кем у меня встреча?
— Это… — посмотрела она в регистрационную книгу. — Гальцев.
— Гальцев! — воскликнул Филипп, обрадовавшись и взмахнув руками. — Надо же! А я не узнал его. Скажите, он сейчас в номере?
— Да. В четыреста девятом.
— Тогда мы сейчас сделаем ему сюрприз.
Поднимаясь по лестнице, Жанна спросила:
— Так ты на самом деле знаешь его?
— В глаза не видел.
Подошли к номеру с цифрами «409», постучали. Дверь распахнул молодой мужчина в спортивном костюме, удивленно выговорил:
— Вы ко мне?
— К вам, — сказал Филипп. — Можно пройти?
— Пожалуйста, — отступил он.
Типичный одноместный номер, предназначенный только для того, чтоб здесь провести пару ночей. Гальцев предложил гостям сесть на кровать, убрав оттуда чемодан, видно, до прихода незваных гостей собирался в дорогу, сам же уселся на единственный стул и замер с немым вопросом в глазах.
— Дело в том, что нам звонила из вашего номера одна девушка… — начал было Филипп, но его прервал Гальцев: