Третья пуля
Шрифт:
Вскоре пришел ответ.
«Похоже на обычную рутину. Подобные вещи случаются там постоянно. Благодарю вас. Продолжайте заниматься сибирским газом. Может быть, если Путин прокомментирует эту перестрелку, напишете заметку о русской мафии для воскресного номера. Можно сгустить краски. Подумайте об этом».
Прочитав это сообщение, она вернулась к повседневной работе, снова принявшись стучать по клавишам компьютера: «…В то время как озабоченность по поводу холодного бурения скважин на месторождениях природного газа в сибирской тундре продолжает нарастать
Раздался звонок мобильного телефона. Номер был местный, но незнакомый.
– Алло?
– Добрый день. – По голосу Рейли узнала Свэггера.
Умевшая разговаривать с полицейскими, безутешными вдовами, разъяренными генералами и романтическими пьяницами, Кэти, услышав голос человека, исчезнувшего десять дней назад, пришла в замешательство.
– Где вы находитесь? Почему вы все еще здесь? Я думала, вы уже давно уехали.
– Я на парковке, лежу на спине под вашим автомобилем.
– Что?
– Я приехал сюда на метро. Мне необходимо находиться в горизонтальном положении, иначе из меня вытечет вся кровь.
– Боже мой, Свэггер! Значит, вы участвовали в этой перестрелке? Мне нужно было сразу догадаться.
– Похоже, я потерял своего друга.
– Вы имеете в виду Стронского?
– Стронский и Свэггер, два старика, против всего мира. Как он?
– Говорят, с предполагаемым объектом покушения все в порядке. Он ранен, но не тяжело, и в скором времени поправится.
– Очень хорошие новости.
– Ладно, сейчас я спущусь. Вас нужно отправить в больницу.
– Нет-нет. Пуля прорвала мышечную ткань, скользнула по стальному стержню в бедре и вылетела. Достаточно перевязки. Может быть, через несколько дней вы доставите меня в посольство, и все будет в порядке. Посольский лекарь заштопает меня. ФБР удостоверит мою личность, и меня отправят домой, в относительной целости и сохранности. Мне совсем ни к чему общаться с московской полицией.
– У вас просто талант попадать во всевозможные переделки.
Кэти спустилась на улицу, пришла на парковочную площадку и обнаружила Свэггера, выбирающегося из-под одного из маленьких «Шевроле», которыми «Вашингтон пост» обеспечивала своих репортеров в Москве. Поднявшись на ноги, Боб выяснил, что может передвигаться, хромая лишь немногим больше обычного. Присмотревшись, Рейли увидела пулевое отверстие и темное пятно вокруг него, что свидетельствовало о потере крови.
– Ни артерии, ни вены не затронуты. Похоже на удар бейсбольной битой. Бок будет фиолетовым еще месяц, но когда мышца заживет, все будет нормально.
– Вас подстрелили! – сказала она. – Это уже не нормально!
– Меня подстреливали и раньше. В этом нет ничего особенного. В данный момент меня больше всего беспокоит Стронский.
– С
Маленький лифт поднял их на седьмой этаж. Они прошли сквозь металлическую дверь и вошли в просторную двухкомнатную квартиру, заставленную диванами и заполненную книгами, картинами, иконами и предметами искусства, подобранными с большим вкусом. Свэггер никогда не видел такого торжества духа над материей. На его взгляд, эта квартира могла бы быть жилищем какого-нибудь утонченного профессора.
– Здорово, – сказал он, – столько книг. Наверняка вы прочитали их все.
– Еще нет. За той дверью находится еще одна квартира, служащая офисом. В ней находится техническое оборудование, компьютеры, связанные с редакцией «Вашингтон пост». Такое впечатление, будто находишься от босса в пяти метрах, а не в шести тысячах километров.
Свэггера больше интересовал диван, нежели чудеса современной журналистики.
– Вот этот мне вполне подойдет. Может быть, через несколько минут я пойду в ванную и приму душ. Кровотечение, кажется, прекратилось.
– Хотите что-нибудь съесть и выпить?
– Да, пожалуй, я голоден.
Кэти сделала сэндвич и открыла бутылку кока-колы. Боб с жадностью проглотил все это и затем рассказал ей о произошедших событиях.
– Бог мой! – сказала она. – Как вы можете говорить об этом с таким спокойствием? Ведь эти люди пытались убить вас.
– Рано или поздно кому-нибудь удастся сделать это. Или же я упаду с крыльца и умру от голода, как старый олень, сломавший ногу. То или иное когда-нибудь случится, и никуда от этого не денешься. Мне нужно довести дело до конца. И этого будет достаточно.
– Как они нашли вас?
– Ни за мной, ни за ним слежки не было. Возможно, они подсунули Стронскому маячок, но это маловероятно. Скорее, им были известны места, где он появляется, и там были расставлены наблюдатели вместе с группами киллеров. Как только он появился в одном из этих мест, они сразу приступили к действиям. Это стоит больших денег. Такие могут тратить только олигархи, голливудские режиссеры или государство.
– Сомневаюсь, чтобы Стивен Спилберг стал бы на вас тратиться.
– Это еще неизвестно.
– Вам лучше лечь спать. Вы не хотите переместиться в спальню?
– Сначала приму душ. Завтра я уже уеду. Вы ведь никому не расскажете, что я был у вас?
– Если я расскажу своим редакторам, что у меня ночевал человек, получивший ранение в перестрелке с русской мафией, который занимается расследованием убийства Кеннеди, они тут же отзовут меня отсюда и отправят в «Энн-Эрандел Каунти Молл» [29] .
– Не знаю, что это такое, но раз вы считаете, что там плохо, я готов вам поверить.
29
Имеется в виду торговый комплекс заштатного округа Энн-Эрандел, штат Мэриленд; в смысле, глуше места не бывает.