Третья пуля

Хантер Стивен

Однако все пошло далеко не нормально.

Свэггер вскинул двумя руками пистолет, прицелился и нажал на спусковой крючок. Под воздействием отдачи пистолет слегка подпрыгнул вверх, пустая гильза отлетела в сторону. Он прицелился снова. Последовали еще два выстрела во вторую цель. Человек в пальто судорожно дернулся и, когда его нервная система сообщила о попадании, зашатался. Автомат вывалился из рук, но не упал, удерживаемый ремнем.

Боб услышал сзади звуки выстрелов ГШ-18 Стронского. Спрятавшись за скамейкой, он с удивлением увидел, что двое киллеров с его стороны остаются на ногах,

несмотря на то что он явно попал в них. Свэггер снова начал стрелять. Один сделал несколько неуверенных шагов, сильно раскачиваясь из стороны в сторону, и нажал на спусковой крючок своего автомата, опущенного стволом вниз. Длинная очередь подняла облако пыли у его ног.

– Беги, беги, черт бы тебя подрал! – вопил Стронский, и звуки его голоса перемежались со звуками выстрелов.

Свэггер был слишком возбужден, чтобы помнить о своем возрасте, и ноги понесли его прочь, выделывая зигзаги. Спустя несколько секунд он затерялся среди изваяний дяди Джо в Сталинленде, растянулся на земле, спрятавшись за одним из них, и открыл огонь по неясным очертаниям фигур метавшихся киллеров, тоже пытавшихся найти укрытие от пуль и поливавших все вокруг автоматными очередями. Увидев, что Стронский тоже побежал в сторону статуй Сталина, Свэггер взял на мушку киллера, который опустился на колени, чтобы точнее прицелиться, выстрелил и увидел, как на груди противника расплывается красное пятно. Коленопреклоненный бандит покачнулся и выронил автомат, но тут же схватил его снова. Боб выстрелил еще раз, и его обмякшее тело с глухим стуком рухнуло на землю.

Свэггер огляделся. Один из первых двух подстреленных им лежал неподвижно, но второй – хотя его черная рубашка пропиталась кровью и прилипла к груди, – шатаясь, шел вперед, держа автомат в одной руке, из последних сил пытаясь выполнить свою задачу, прежде чем истечет кровью. Тщательно прицелившись, Свэггер проделал дыру в его широком лбу.

Спустя мгновение он услышал странный режущий звук и почувствовал, как частицы мраморной крошки впились в его щеки и кисти рук. Повернув голову, он увидел, что оставшиеся двое засели за скамейкой и ведут огонь по монументам Сталина. Пули пронзали его носы, усы и волнистые волосы, выбивали всевидящие глаза, разрывали ханжески добрые складки щек, присутствовавшие на некоторых версиях. Один дядя Джо вообще развалился на две части. Меньшая упала на землю, а большая, очевидно, изготовленная из более пористого материала, рассыпалась в прах.

– Давай назад! – крикнул Стронский из-за соседнего изваяния.

Свэггер, обычно игнорировавший приказы в подобных ситуациях, на этот раз подчинился и начал пробираться на корточках назад в поисках как можно более прочного каменного дяди Джо, слыша, как в воздухе свистят пули. У него возникло ощущение, будто вокруг рушится мир. Он приподнялся, и хотя ему были видны лишь вспышки выстрелов, выпустил оставшиеся в обойме пять пуль в сторону скамейки. До его слуха доносились стонущие звуки пронзаемого металлом дерева.

Стронский, воспользовавшись тем, что эта стрельба отвлекла внимание киллеров, отступил назад и, спрятавшись за очередного дядю Джо, вставил в свой ГШ новую обойму. Когда он снова открыл огонь, Свэггер, в свою очередь, вышел из боя и проделал ту же процедуру. Тем временем Стронский крикнул что-то по-русски.

Во время следующего затишья он перевел Свэггеру свою тираду:

– Я назвал их долбаными трусливыми собаками,

пригласил их навестить меня среди Сталиных и пообещал пристрелить, а затем оттрахать мертвых в задницу. Ха-ха-ха!

Автоматные очереди прервали эти кощунственные речи, и в воздухе опять засвистели пули и запели фрагменты мрамора, отлетавшие от статуй.

– Он обходит нас! – завопил Свэггер, увидев, что двое, спрятавшиеся за скамейкой, прикрывают отважного парня, заходившего справа, со стороны входа, в надежде укрыться среди Сталиных.

Боб приподнялся, зная, что пороховой дым и ветки кустов скроют его от глаз киллеров, опрокинул несколько монументов и устроил засаду. Когда парень приблизился к нему, он произвел два выстрела – в грудь и в лоб. Это был финал, хотя и не очень красивый. Парень рухнул вперед, ноги его подбросило, и с одной из них слетела туфля от Гуччи. Свэггер поспешил к нему, наклонился и ловким движением отцепил автомат от ремня.

После этого он опорожнил обойму, выпустив оставшиеся пятнадцать, или около того, патронов в сторону скамейки, за которой прятались два последних злодея. После этого обстрела от скамейки осталась лишь куча щепок. Один из киллеров вскочил и побежал. Боб прицелился в него и выстрелил, но его пистолет дал осечку.

Свэггер вскинул автомат и нажал на спусковой крючок, но рожок оказался пустым. Он бросил его на землю, взял в правую руку пистолет и вдруг почувствовал, как что-то обожгло его бедро, и увидел, что причиной этого стала струя мраморной крошки.

Он бросился на землю, перекатился на левый бок, подтянул ноги к животу и увидел человека, стоявшего над беззащитным Стронским и вставлявшего в автомат новый рожок. Боб выстрелил ему в глаз, и тот, сделав оборот вокруг собственной оси, грузно осел на землю.

Свэггер повернулся, чтобы пристрелить стремительно убегавшего бандита, единственного выжившего из всей группы, но увидел за ним прохожих и передумал. Тот выскочил из парка и нырнул в открытую дверцу черного сверкающего «Мерседеса», который тут же на бешеной скорости рванул с места, рискуя сжечь резину покрышек.

– Бросаем оружие и сматываемся отсюда, – скомандовал Стронский.

– Вы ранены.

Действительно, левая сторона белой шелковой рубашки Стронского пропиталась кровью.

– Ничего страшного. Нужно выбираться. Идите! Со мной все в порядке. Я только не могу быстро бежать.

Свэггер бросил пистолет, пошел в сторону улицы, перешел на другую сторону, пересек аллею и вышел на широкий бульвар. По нему с ревом мчались полицейские автомобили в поисках въезда в парк, куда с этой автомагистрали попасть было нельзя. Два из них проехали в каком-нибудь метре от Свэггера, но сидевшие в них молодые люди выглядели встревоженными и совсем не агрессивными. Они явно не хотели приближаться к парку до тех пор, пока у них не будет уверенности, что стрельба прекратилась.

Зайдя в небольшой ресторан, Свэггер напустил на себя невозмутимый вид, заказал кока-колу и принялся ждать, когда ему принесут напиток, надеясь, что никто не заметит, что он тоже ранен.

Глава 12

Рейли отправила своему боссу за океан сообщение по электронной почте. «Судя по всему, в центре Москвы произошла большая перестрелка. Говорят о пяти погибших в результате неудачного покушения на убийство. Какие-то проделки мафии. Вам это интересно?»