Трель соловья

Васильева Ася

— На материке?

— У нас на Архипелаге магии почти нет, как и приезжих магов, — с охотой пояснил он, поднимая с пола плед и отряхивая его. — Магия то ли исчерпалась, то ли ее изначально мало было, а магам просто неоткуда черпать силу. Какие-то крохи все равно можно всегда нацедить, но на большое проклятие не хватит.

— Ты этим интересовался?

— Нет, это я уже в Тар… Таршк… в столице вашей консультировался со специалистами. Сам же такой увечный маг именно из-за этого…А ты, кстати, еще обещала рассказать свой сон. Я пойму и не обижусь,

если откажешься, но это будет очень грустно.

Лирен ободряюще улыбнулась.

— Это не настолько большая тайна, чтобы я не могла тебе рассказать.

— И как это понимать?

Карстен со стоном приподнялся на локтях и мотнул головой, отбрасывая назад растрепавшиеся волосы. Удерживающая их лента зацепилась за гвоздь на входе, и теперь они неприятно лезли в лицо.

Он хмуро посмотрел за грозную фигуру, застывшую в дверях, и недовольно поморщился. Ничего не скажешь, очень вовремя очнулся. А еще ведь гадал, какая сволочь сперла из тайника два ножа из набора…

— Положи железку, порежешься, — прохрипел мужчина и закашлялся. Ночь, проведенная на полу в хорошо продуваемой развалюхе с холодной печью, окончательно его доконала, и теперь он чувствовал себя смертельно больным человеком. Болело решительно все, начиная от головы и заканчивая мышцами.

Глен спрыгнул вниз и устроился на стуле, легкомысленно вертя в руках оружие.

— Не порежусь, не переживай.

— Ты вообще умеешь с этим обращаться? — с укоризной спросил Карстен, переворачиваясь наспину и пытаясь сесть. — Я не сомневаюсь, что метательным ножом можно банально перерезать горло, но это уже близко к извращению, к тому же ты сидишь слишком далеко. Метать ты, надо полагать, тоже не умеешь, поэтому положи. А лучше верни туда, откуда взял.

— Будто ты знаешь, откуда они, — нахально усмехнулся пацан.

— Знаю.

— Тогда, может быть, скажешь, куда мне их вернуть? — от предвкушения он весь подался вперед, едва не наколов себя на нож.

— Надеешься, что я тебе чужие тайны сейчас выложу? — вздохнул Карстен. — Такими ножами пользуется Тень, и об этом известно любому стражнику, знакомому с делом о вторжении в дом госпожи Варкен и еще с парочкой эпизодов.

— Но… — Глен резко отстранился, выпустил оружие и с наивной обидой ребенка, у которого отобрали последнюю веру в чудо, спросил: — А про убежище откуда знаешь? И почему…

— Я здесь бывал. Насчет того, почему вас с учителем до сих пор не схватила стража, спроси лучше у Графини. Или сам подумай.

Мужчина прислонился спиной к стене и закрыл глаза. Плохо, как же все плохо… этот идиот же возьмет и подумает. И, чего доброго, еще додумается ведь до чего-то! Какие выводы может сделать Глен, Карстен предпочитал не представлять, но уже очень жалел, что когда-то они с Анной разошлись миром, и она даже согласилась поделиться редким противоядием.

Прирезать бы его сейчас и не мучиться, но жалко, невыносимо жалко — слишком сильно успел привыкнуть к ученику за последние семь лет. На него можно было злиться за то, что связался с Джоанной,

но… не так же.

Ситуация — хуже не придумаешь.

— Бред, — пробормотал Глен, потирая пальцами лоб. — Это слишком невозможно. Ты врешь.

— Думать ты и не собирался? — устало спросил Карстен, с трудом поднимаясь на ноги и опираясь о печь. — Попробуй, мне интересно, на что ты способен. А пока размышляешь, может быть, поможешь?

— Что?!

— Не надо на меня так смотреть, убить меня у тебя была хорошая возможность, которой ты не воспользовался. Раз уж ты этого делать не собирался…

— Ладно, — буркнул пацан. — Чего тебе надо? И не за просто так.

— Мне надо попасть к доктору Лейтону, он живет рядом с больницей. Знаешь его? Специалист по ядам. До него идти далеко, а я не в том состоянии, когда можно не опасаться осчастливить городскую стражу еще одним замерзшим на улице трупом. Твои условия? Учти, называть имена — твоего учителя, Графини или кого бы то ни было — я не стану. Даже если бы мог.

Глен фыркнул, задумался — видимо, спросить хотел именно это — и предсказуемо выдал:

— Ты отстанешь от нас с Джо.

— Договорились. Пошли.

— Но я… что? — встрепенулся собравшийся было спорить Глен, но потом спохватился, подскочил и подставил Карстену плечо. — Да-да, идем.

Лейтон оказался дома и бы очень занят: маленький юркий доктор, размахивая руками, что-то громко доказывал своему тучному флегматичному коллеге — магу из морга, периодически сотрудничающего с городской стражей. Нежданным посетителям хозяин дома обрадовался как родным и тут же прервал явно зашедший в тупик спор.

— Капитан! — широко улыбнулся он. — Давно ваши не заходили, я уж начал беспокоиться, что в городе появился конкурент. Ты по службе или что-то личное?

Карстен отпустил плечо Глена и сполз на стоящий у стены стул.

— Личное. По поводу яда, который на дротики наносится. Названия, извини, не знаю.

— Хм, — Лейтон задумчиво потер подбородок. — Что именно тебя интересует, противоядие? Но оно у меня совсем слабенькое получилось. Сам яд, конечно, у меня тоже есть, но мало, и я его никому не отдам, да ты знаешь…

— Помедленней, Лейтон. Мне интересны побочные эффекты от противоядия.

— Тебя что ли ткнули? А ну-ка сними куртку, — нахмурился доктор и приложил два пальца к шее мужчины. — И давай в подробностях. Когда это произошло? Когда противоядие принял? Кто тебе его дал? Как себя чувствуешь?

— Ночью, ближе к рассвету. Противоядие вколол минут через десять.

— Сейчас как состояние? Учащенное сердцебиение, головокружение, тошнота?

— Да.

— Так, — Лейтон закусил губу и принялся шустро перебирать сложенные в сундуке на окне мешочки. — Это нормально… в смысле, типичная реакция, ничего необычного. Такое состояние пару дней продержится, не скажу точно, от организма зависит. Могу кое-что дать, но… ты никакие лекарства не принимаешь?

— Обезболивающее и что-то еще. Не знаю, что. Надо спросить у Дерила.