Товарищ жандарм
Шрифт:
— Вытащите на улицу это дерьмо и расспросите, кому и куда он сообщал о новом оружии.
Когда англичанина утащили, старлей, силы которого были на исходе, с трудом сел на кровать и вопросительно посмотрел на меня. Я сделал шаг вперед, поднял револьвер, покрутил в руках и произнес:
— Легендарный револьвер Нагана. Хм, неплохая вещица, пойдет в мою коллекцию.
И демонстративно спрятал его в карман разгрузки.
— Наташа…
— Она у нас, ее спасли.
— Кто
— Капитан. Капитан Осташев, Александр Павлович.
— А я…
— Старший лейтенант артиллерии Кривошеев Степан Ильич, 1919 года рождения.
— Так вы за нами, товарищ капитан?
— Можно сказать и так. Я такой же попаданец, как и вы, только из другого времени. Судя по всему, вы вроде как из сорок первого, ну на крайний случай из сорок второго года.
Он с надеждой и с интересом смотрел на меня.
— Сорок первый.
— Какой месяц?
— Июль.
— Повезло вам, вовремя перенеслись…
Мы немного помолчали.
— А вы из какого года?
— Две тысячи одиннадцатый.
— Ого… скажите, товарищ капитан, а мы победим?
— Ага. В мае сорок пятого части Красной Армии возьмут Берлин, в августе сорок пятого разгромят японскую Квантунскую армию. Потом Япония капитулирует.
— Вы сказали, повезло…
— Не сейчас, потом будет время, поговорим, сейчас вас надо доставить в безопасное место.
— А обратно, там наши воюют…
— Пока никак, я сам не знаю, как вернуться в свое время. У меня там остался сын…
— Хорошо. Что будем дальше делать?
— А чем мы до этого занимались? Служить Родине, вне зависимости от того, в каком времени мы находимся.
— Но ведь царь, крепостное право…
— Старлей, давай об этом после поговорим, сейчас не место и не время для политических диспутов, а тем более партсобраний. Наша задача — выжить, легализоваться и постараться направить наши знания о будущем на пользу России. Я там, в усадьбе, нашел кое-какие бумаги. Ты неплохой конспект по истории накидал, особенно по будущей Крымской войне.
— Ну что мог, то и вспомнил…
— А ты знаешь, что этот помещик Кириченко и его родственничек-жандарм Кулькин все, что ты им сообщил, хотели продать англичанам? А то, что они по-тихому хотели начать производство винтовок Мосина в Туле, англичанин выкрал твой карабин со всеми чертежами, а мастеров-оружейников, одних из лучших в России, просто зарезали? А то, что с помощью твоей СВТ-40 уже пару недель валят простых людей во время ограблений? А сегодня пристрелили пятерых полицейских, которые попытались обезвредить преступников. Какой мундир они ни носили бы, они служили, они были русскими людьми и у них были семьи.
С каждой моей
— А теперь представь, что было бы, если б англичане успели вооружить свою армию нарезными винтовками Мосина на пятьдесят лет раньше и разгромили бы русскую армию в Крыму, пошли бы дальше и захватили Одессу и Кавказ, как они предполагали сначала.
— К чему вы мне это говорите, товарищ капитан?
— А то, что каждый шаг, каждое слово, каждую выданную строчку информации из будущего нужно тщательно выверять и просчитывать последствия. Вот представь, что будет, если сейчас принести твою винтовку тому же царю, что будет дальше?
Он задумался. Я уже устал от этого разговора и быстро ответил сам.
— В России сейчас нет нормальной производственной базы и освоить выпуск такого оружия невозможно, а учитывая, что система государственной безопасности настолько дырявая, то вскоре твоя винтовка уже будет в Англии. Дальше рассказывать?
— Нет. Товарищ капитан, а где вы служите?
— Служил, так же, как и вы. Управление военной контрразведки.
Он невесело улыбнулся.
— Ну тогда это все объясняет.
— Не делай раньше времени ненужных выводов. Время покажет, кто есть кто. Тем более похоже, что я для вас с Наташей — единственный друг, который сможет вас понять и помочь.
— Хорошо, а что, у меня есть выход?
— Да нет. Для нас единственный выход — держаться вместе. Кстати, а сколько и какое оружие вы с собой притащили?
— СВТ-40 с оптическим прицелом, карабин Мосина, мой наган и ТТ политрука.
— Патронов?
— К ТТ всего два магазина, а винтовочных… ну сотни две.
— Хорошо, пересчитаем. А то не хватало, чтоб концепция и технология унитарных патронов раньше времени утекла к противнику. Кстати, что за политрук и где он?
— С нами был, но тоже ранен и умер почти сразу, мы с Наташей сами в лесу похоронили.
— Понятно. А где ТТ, что-то я его нигде не могу найти?
— Не знаю, вроде видел его у второго англичанина.
— Какого второго англичанина?
Я быстро соображал и, построив простую логическую цепочку, выругался:
— Твою мать. Он был здесь?
— Да. Когда началась стрельба, что-то сказал этому, — старлей кивнул в сторону улицы, где слышался дикий визг допрашиваемого англичанина, — и ушел.
Я выскочил на улицу.
— Урядник!
— Я, ваше благородие.
— Нашли лесника?
— Да, тут в сарае связанный лежал.
— Сюда его. И еще. Тут было два англичанина, и один ушел перед самым боем, прихватив секретное оружие. Быстро узнай, куда он делся.