Тошнит от колец
Шрифт:
– Мы это дело так не оставим, панк несчастный. Ты еще услышишь о нас!
Они пришпорили свою ветчину и скрылись в облаке пыли и звона.
Наблюдая за своим почти невероятным спасением от верной смерти, Фрито дивился, долго ли еще авторам будет сходить с рук такая ерунда. И не он один дивился. Стомпер и остальные болотники бросились к Фрито, радостно и многословно поздравляя его со счастливым избавлением. Потом они обернулись к фигуре в блестящих одеждах. Фигура заметила среди них Стомпера, остановилась и запела в знак приветствия:
ОСтомпер поднял руки и ответил:
– Шантит Биллерика!
Они обнялись, обмениваясь словами дружбы и тайными рукопожатиями. Болотники с интересом разглядывали незнакомца. Он представился как эльф Гарфинкель.
Когда он сбросил свою робу, все уставились на его унизанные кольцами руки, банлоновскую тунику и серебряные пляжные сандалии.
– Я ожидал вас тут еще несколько дней назад, – сказал лысеющий эльф. – Какие-нибудь неприятности по дороге?
– Да, на книгу хватило бы, – выпалил пророчески Фрито.
– Ну что ж, пора сматываться, – сказал Гарфинкель. – Пока эти красавчики из второразрядных кинолент не вернулись. Они глупы, конечно, но очень упорны!
– Вот так новости, – пробормотал Фрито, замечая, что за последнее время он уже не первый раз бормочет себе под нос. Эльф с сомнением посмотрел на болотников.
– Вы верхом ездить умеете? Не дожидаясь ответа, он громко свистнул сквозь свои золотые зубы. Высокая трава зашелестела, и несколько перекормленных мериносов, противно блея, подскакали к нему.
– По коням! – скомандовал Гарфинкель. Фрито, более или менее вопреки желанию упрямого копытного замыкал шествие, движущееся от Галлоуина к Рив-н-деллу. Его рука скользнула в карман, нащупала Кольцо, вытащила его.
Оно уже начало медленно изменять его, об этой трансформации его предупреждал Дилдо. Он чувствовал, что у него запор.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. КТО НАШЕЛ – БЕРЕЖЕТ, КТО ПОТЕРЯЛ – ПЛАЧЕТ
Прошло три дня утомительной скачки. Большое расстояние отделяло их от Черных Всадников. Измученные болотники достигли низких холмов, окружавших Рив-н-делл естественной стеной, защищавшей городок от случайных грабителей, которые оказывались слишком глупы или слишком малы, чтобы преодолеть эту цепь холмиков и бугорков. Их крепконогие скакуны легко преодолели препятствие короткими прыжками, от которых сердце замирало. Очень скоро Фрито и его спутники достигли вершины последнего кургана и увидели внизу оранжевые крыши и купола эльфовских ранчо. Понукая своих запыхавшихся животных, они галопом спустились по извилистой вельветовой дороге к жилищу Орлона.
Стоял поздний осенний день, когда процессия всадников верхом на баранах, предводительствуемая Гарфинкелем, на его великолепном лохматом жеребце по кличке Антрак, въехала в Рив-н-делл. Дул злой ветер. Из низких туч падали гранитные обломки. Компания стала перед самым большим домом. Высокий эльф, одетый в тончайший перкаль и штаны из белоснежной оленьей кожи, вышел на крыльцо и приветствовал их.
– Добро пожаловать в Последний Уютный Дом к востоку от Моря и Магазин Сувениров, – сказал он. – Кондиционеры Барка-Лонж в каждой комнате.
Гарфинкель и высокий эльф засунули
– А сьянон эссо декка хай хавайя, – сказал Гарфинкель, ловко спрыгнув со своего барана.
– О мовадо сильватин нитол нисета-сейя, – ответил высокий эльф, затем, обернувшись к Стомперу, сказал: – Я – Орлон.
– Эрроурут, сын Эрроуширта, к вашим услугам, – сказал Стомпер, неуклюже слезая со своего животного.
– А эти? – сказал Орлон, указывая на четырех заснувших болотников, сидящих на задремавших скакунах.
– Фритон и его спутники, болотники из Стайя, – сказал Стомпер.
Услышав свое имя, Фрито громко булькнул и свалился с барана. Из его одежд выкатилось Кольцо и подкатилось к ногам Орлона. Одна из овец подошла поближе, лизнула Кольцо и превратилась в пожарный гидрант.
– Ух, – сказал Орлон и нетвердой походкой пошел в дом.
Гарфинкель последовал за ним, и Стомпер услышал поток вульгарной латыни эльфов. Эрроурут послушал его немного, затем подошел к Спэму, Мокси и Пепси и разбудил их, тыча пальцем под ребра и пиная ногами.
Фрито подобрал Кольцо и положил его в карман.
– Так вот он, Рив-н-делл, – сказал он, протирая глаза и с удивлением глядя на старинные дома эльфов, построенные из напряженного имбирного пряника и железоконфет.
– Посмотри, мистер Фрито, – сказал Спэм, указывая на дорогу, – Эльфы, полным-полно. У-у! Я, наверное, сплю. Хотел бы я, чтобы старый Фэтлип видел меня сейчас.
– Я хотел бы умереть, – хныкал Пепси.
– Я тоже, – вторил Мокси.
– Пусть добрая фея, живущая на небе, выполнит каждое ваше желание, – сказал Спэм.
– Интересно, где Гудгалф? – поинтересовался Фрито. На крыльце снова появился Гарфинкель, он дунул в маленький жестяной свисток. Прозвучала высокая, пронзительная нота, услышав которую овцы разбрелись в разные стороны.
– Волшебство, – выдохнул Снам.
– Следуйте за мной, – сказал Гарфинкель и повел Стомпера и болотников по узкой грязной дорожке, извивающейся между пучками цветущих родогравюр и высоченными сапожными деревьями. Шагая, Фрито ощущал сильный запах свежескошенного сена, перемешанного с известью и горчицей, издалека доносились душераздирающие нежные аккорды губной гармошки и звуки эльфовской песни:
Ты, моряк, элебетнель салива гитиель,Тебе от роду лотарно сизиги снафу,Полюби, моряк, Пенна Ариз Фла масс.В конце дорожки стояло небольшое бунгало, построенное из полированной косхалвы и окруженное клумбой со стеклянными цветами. Гарфинкель повернул ручку двери и впустил всех внутрь. Они оказались в большой комнате, занимающей весь дом. Вдоль стен стояло огромное множество кроватей, которые выглядели так, будто в них ночевали совершенно развращенные кенгуру. По углам стояли столы и стулья, которые несли четкий отпечаток руки и ноги эльфовских умельцев. Посреди комнаты стоял большой стол, заваленный остатками бурой канасты, стояло несколько ваз с искусственными фруктами, которые нельзя было принять за настоящие и с пятидесяти метров. Мокси и Пепси тут же их съели.