Тошнит от колец
Шрифт:
– Пошли, пошли, – сказы Гудгалф. – Перевал где-то рядом.
С этими словами он двинулся вперед вокруг скалы, врезавшейся в пруд и скрывавшей за собой горный склон. Карниз становился все уже, и компания продвигалась маленькими шашками. Свернув за угол, они уперлись в отвесную скалу, возвышавшуюся над ними гладкой стеной на сотни футов. В стену был врезан вход в какую-то подземную пещеру, искусно скрытый за огромной деревянной дверью на гигантских кованых петлях и с громадной ручкой. Дверь была покрыта текстом загадочной клятвы, которую гномы красиво написали пальмеровскими рунами. Так точна была чудесная работа, что с расстояния в сто футов невозможно было разглядеть крохотную щель между камнем и деревом. Эрроурут чуть
– Черная Яма! – воскликнул он.
– Да, – ответил Штопор. – Это воспетый в былинах утес Найкон, моего предка, Фергюса Редкого.
– Ужас Андреа Дориа, проклятие всего на Земле сосущего, – отозвался Леголам.
– А где перевал? – спросил Фрито.
– Лик земли сильно изменился с тех пор, как я был пут в последний раз, – быстро проговорил Гудгалф. – И мы немного, наверное, по воле Судьбы, сбились с пути.
ФЕРГЮС
рек эти слова и сказал он. Таковамоя вера, согласно которой прожиля свой век и был он сияющим светочемДоблести и Благородства,достойным занесением на небесныескрижали, ибо это – образец длятех, кто достаточно мудр, чтобы емуследовать. Мой закон на три части,как галл, должен разделяться:Во-первых, я ограничу себя тем, чтоНЕ Буду Совать Свой Нос В ЧужиеДела. Во-вторых, всегда и при всехобстоятельствах Нос Мой БудетЧистым, какие бы меры ни пришлосьдля этого применить. В-третьих, наконец,я всегда буду чрезвычайно следить за собойи Не Распускать Руки.– Разумнее всего – снова издать поиски прохода, я полагаю, – сказал Эрроурут.
– Он где-то недалеко.
– Триста километров туда-сюда, – сказал Гудгалф, и его голос прозвучал как-то робко. Пока он говорил, большой кусок тропы, по которой они прошли, оборвался и с жирным всплеском погрузился в пруд.
– Ну вот, вопрос решен, – раздраженно сказал Бромозель. – Йо-хо! – крикнул он. – Можешь прийти и съесть нас! Издалека эхом отозвался мощный баритон:
– Зверюшка моя, я так и поступлю.
– Да, воистину завела нас сюда злая судьба, – сказал Эрроурут, – или чокнутый волшебник. Гудгалф сохранил спокойствие.
– Мы должны найти, и побыстрее, заклинание, которое откроет эту дверь. Уже темнеет. – С этими словами он поднял свой жезл и воскликнул:
– Юмо пало альта напа Эрин гоу брэ Тегрин корреха кремора сле!
Дверь не шелохнулась, и Фрито нервно взглянул на массу жирных пузырей, которые начали подниматься в пруду.
– Если бы я послушался своего дядюшку Пу-пу и пошел бы к зубному врачу, – хныкал Пепси.
– Если бы я остался дома, я уже прочитал бы всю энциклопедию, – всхлипывал Мокси.
Гудгалф отрешенно сидел перед упрямым порталом и бормотал заклинания.
– Пизмо! – восклицал он, ударяя по двери жезлом. – Битум! Ласло! Клейтон-Бульвер!
Кроме глухого эха дверь никак не откликалась на призыв открыться.
– Перспективы мрачные, – проговорил Эрроурут.
Вдруг волшебник вскочил на ноги. – Ручка! – вскричал он и, подведя вьючную овцу к двери, забрался на нее, встав на цыпочки, дотянулся до ручки и повернул ее двумя руками. Она легко повернулась, и дверь с легким скрипом чуть-чуть приоткрылась.
Гудгалф быстро спрыгнул, а Эрроурут и Бромозель приоткрыли дверь еще немного. В этот момент в середине пруда раздалось громкое бульканье и всплески и над поверхностью, громко
Компания как бы вросла в землю от ужаса. Существо было пятидесяти футов ростом, у него были широкие лацканы, длинные перепутанные причастия и ярко выраженный атлас полушарий.
– Ой-ой-ой, – воскликнул Леголам. – Это Тезаурус, Словарь Синонимов!
– Увечить! – рычало страшилище. – Калечить, кромсать, ломать. Смотри ПОВРЕЖДАТЬ.
– Быстро! – крикнул Гудгалф. – В пещеру! И один за другим путешественники торопливо проскользнули в узкую щель. Последним вошел Спэм, пытавшийся запихнуть в проход упиравшуюся, блеющую овцу. После двух упорных, но безуспешных попыток, он схватил упрямое травоядное и швырнул его прямо в разверстую пасть чудища.
– Съедобно, – сказала громадина, тщательно пережевывая добычу – Вкусно, питательно, удобоваримо. Смотри ПИЩА.
– Чтоб ты подавилась, – горько проговорил Спэм.
Перед его мысленным взором пронесся аппетитный кусок жареной баранины. Он протиснулся в щель и вскоре присоединился к своим спутникам в пещере. С громкой отрыжкой, от которой содрогнулась земля, а воздух наполнился ароматом, обычно сопутствующим обнаружению давно утерянного сыра, страшилище захлопнуло дверь. Тяжелый удар отозвался в самых недрах горы, и маленький отряд очутился в полной тишине.
Гудгалф торопливо извлек из складок одежды огниво и, нервно высекая искры из стен и пола, он сумел зажечь конец своего жезла, тусклое мерцание которого было вдвое слабее, чем свечение дохлого светляка.
– Какое волшебство, – сказал Бромозель. Волшебник вглядывался во тьму, и увидев, что впереди лежал только один возможный путь – вверх по лестнице – он первым двинулся в глубокий мрак.
Они довольно много прошли в глубь горы по коридору, который начинался подъемом по ступенькам, а затем вел главным образом вниз, часто меняя направление. Стало жарко и душно. Компания приуныла. Они шли при полном отсутствии света, если не считать мерцающий жезл Гудгалфа. Единственным звуком были тяжелые шаги кого-то, идущего вслед за ними, тяжелое дыхание северокорейцев, грохот шариковых подшипников и прочие леденящие душу звуки, обитающие в темных глубоких местах. Через некоторое время они дошли до места, где коридор раздваивался, причем оба пути шли вниз. Гудгалф дал команду остановиться. Тут же раздались зловещие стоны и потусторонний щебет, по которым можно было предположить, что в полуметре от них перекидывались в картишки четыре Всадника Апокалипсиса.
– Давайте разделимся, – сказал Бромозель.
– Я вывихнул коленку, – сказал Пепси.
– Что бы ни случилось, не издавайте ни звука, – сказал Эрроурут.
– А-а-пчхи! – пронзительно взвизгнул Мокси.
– Мой план таков, – сказал Гудгалф.
– Пулями их не остановить, – откликнулся Бромозель.
– Что бы ни случилось, надо вести наблюдение, – сказал Эрроурут. И все как один заснули.
Когда они проснулись, снова все было тихо. Наспех позавтракав пирожными с пивом, они принялись за решение проблемы, по какой дороге идти. Пока они спорили, из глубины пещеры послышался ритмичный звук.
– ДРИБЛ, ДРИБЛ, ДРИБЛ, ШУУТ, СВИШШ. В этот же момент они почувствовали, что воздух стал горячим, а земля задрожала под ногами.
– Нельзя терять ни секунды, – сказал Гудгалф, вскакивая на ноги. – Нужно решать, и побыстрее.
– По-моему, направо, – сказал Эрроурут.
– Налево, – сказал Бромозель. При внимательном изучении выяснилось, что в левом проходе отсутствовал пол на глубину около сорока футов, и Гудгалф стремительно бросился в другой коридор. Вся компания следовала по пятам. Коридор круто спускался вниз, а вдоль стен то и дело попадались разные неаппетитные знамения. Вроде белеющего скелета Минотавра, трупа Пилтдаунского человека, заржавленных карманных часов кролика с надписью: «Белянчику от всей честной компании Страны Чудес».