Торговый центр
Шрифт:
Мэл медленно поднялся и, ступая с пятки на носок, как его учили в скаутах, полез вверх по склону к слепящим огням. Остановился. Вслушался. Ничего. На стоянке вхолостую заработал мотор какой-то машины. Мэл двинулся дальше. Пора переходить к следующему пункту плана.
44
Алель отстегнула ремень.
– Повернись, – мягко приказала она Дэнни. Еше раз изучила наручники. Поразительно, что кусок хромированной стали может сделать с человеком. Что-то похожее происходило с дикими животными,
Дэнни чувствовал, как ее нежные руки дотрагиваются до его больных запястий, тоненький пальчик подлезает под металлическое кольцо, измеряет зазор.
Ощущая эти нежные прикосновения, Дэнни спросил:
– У тебя есть шпилька для волос?
Адель мелодично засмеялась:
– В наши дни девушки не пользуются шпильками! – Дэнни почувствовал, как она дотрагивается до его предплечий, ощутил ее теплое дыхание на своей шее. Что она делает? Щелк. Звук совершенно нелогичный. Дэнни подумал, что ему послышалось. Потом еще раз: щелк. Боль ринулась вверх по рукам Дэнни, как взбесившийся электрический ток, а Адель затянула каждое кольцо еще на одно деление.
– Что ты делаешь! Зачем ты так?
Лицо Адель затуманилось заботой:
– Ой, слишком сильно?
– Да! Да! Ай-й. О-о-о. Сделай как было.
Между идеальными бровями Адель пролегла маленькая вертикальная линия:
– Не могу, их можно только затягивать.
– Больно! Блядь!
– Больно?
– Да!!!!
Дэнни попытался повернуться и разглядеть сквозь слезы лицо Адель. Она улыбалась? Нет.
Адель развернула Дэнни. С безмятежным профессионализмом врача-нациста она снова защелкнула на нем ремень безопасности. Ее холодные глаза были совсем не похожи на глаза спасителя.
– Не делай мне больно.
Адель улыбнулась. Достала зажигалку из кармана джинсов. Дэнни смотрел на ее руку.
Адель снова улыбнулась и спрятала зажигалку.
– Так, для информации. Теперь ты в курсе. Понял? Эй, дядя?
– Да, понял. Что ты собираешься делать?
– А ты чего хотел бы?
– Сними с меня наручники.
– Ну, это я не умею. А чего еше ты бы хотел?
– Уйди, оставь меня.
Адель снова улыбнулась, полезла в карман за зажигалкой.
– Я тебе не нравлюсь? Веки Дэнни опустились.
– Нравишься.
– Хочешь, займемся этим самым?
– Я… что ты хочешь услышать?
– Правду.
Дэнни подумал о зажигалке. Наручники, как хорьки, грызли его запястья. Его затошнило. Он не знал ответа, у него в голове проворачивались колеса безумия.
– Давай, скажи честно.
– Ты очень красивая.
– Да?
– В других обстоятельствах, например, если бы у меня не было наручников и жены и если сбросить лет пятнадцать, я бы хотел, знаешь, с тобой это самое.
В голове Дэнни кто-то заорал: ты умеешь врать, ну так ври! Она всего
Адель подняла голову:
– Правда?
– Да. Очень хотел бы.
– Ну ты можешь сейчас со мной это самое.
Мозги Дэнни поджаривались в собственном соку. У него сел голос:
– Правда?
– Конечно. Тебе же хочется, правда?
– А ты будешь меня жечь зажигалкой?
– Интересная мысль. Хочешь, чтобы я тебя обожгла?
– Нет, нет, конечно.
– Точно?
– Да, точно, конечно.
Адель продела руки под ремень безопасности и дернула Дэнни за талию. Он мог только смотреть, как она расстегивает его кожаный ремень от «Коуч» и пуговицы на его штанах «Босс». Она залезла ему под рубашку, дотронулась до живота, закрыв глаза. Снова улыбнулась.
– Ты теперь типа мой абсолютный раб. Невероятно, а? Ты наверняка трахался со шлюхами.
– Ни разу в жизни я не был со шлюхой.
– Чушь, ты бизнесмен, ты всегда со шлюхами. Я таких, как ты, в кино видала. Я знаю, чем вы занимаетесь.
– Я никогда в жизни не был со шлюхой, или с проституткой, или с массажисткой, или с кем-то подобным. Клянусь. Веришь? Честное слово! Я тебя не обижу.
Адель ухватилась за кустик волос под пупком Дэнни и потянула.
– Ты меня обязательно обидишь.
– Оййй. Зачем ты это делаешь?
– Потому что мне не нравится, когда ты врешь. Хочешь меня поцеловать? – Адель хихикнула.
– Нет.
Адель сильно ударила его по щеке.
– Хочешь меня поцеловать?
– Да.
Адель широко развела ноги Дэнни, весь его вес пришелся на запястья. Он сжал зубы. Слезы брызнули из глаз. Адель прижалась своими мягкими губами к его губам. Облизала его зубы. Дружелюбно засмеялась:
– Класс какой!
– Ты мне руки ломаешь.
– Класс.
Она прижалась к нему. Дэнни подумал, дотянется ли он зубами до ее шеи. Сможет ли перегрызть яремную вену. Навалилась чернота.
45
Мишель слышал, как патрон упал на коричневые листья. «Хитрый лис пытается меня обдурить», – подумал он. Мишель тоже умел ждать. И ждал. Но когда тот человек наконец двинулся с места, он ушел быстро и плавно, в неожиданном направлении, вверх по склону к шоссе, в объятия полиции. Может, он собирается сдаться. Может, через несколько минут все будет кончено.
Мишель дал своей жертве уйти наверх, дождался, когда шаги затихнут, и полез следом – медленно, как только мог. Слышать необязательно, его вел запах. Охранник обходил движущегося человека с фланга, держась в стороне. Мишель не хотел попасть в ловушку или, хуже того, налететь на Мэла.
Через десять минут Мишель уже видел сквозь деревья гребень склона. Он знал, что, когда доберется до него, деревья иссякнут, потом будет футов двадцать травы, потом серая лента ограды, потом песок, потом линия разметки, потом асфальт дороги.