Торадора!
Шрифт:
Прикидывая размер квартирной платы за такую роскошь, мальчик вдруг спохватился:"Между прочим, я забыл спросить, какой у нее номер квартиры". Однако эта проблема сразу же разрешилась.
В конце этого коридора располагалась всего одна дверь. ...Похоже, весь второй этаж в этом буржуйском особняке - территория только лишь Айсаки.
– Она точно богата... Кажется, слухи о том, что ее отец - гангстер, все-таки оказались правдивыми?
Глубоко задумавшись и пребывая в напряжении (это была квартира, где жила девица, пусть даже и такая, как Айсака), он позвонил в дверь. Однако
На то, чтобы дойти до школы, еще есть время, тем не менее, оно не безгранично. Смущаясь, Рюдзи тихонько попытался открыть дверь.
И тут же затаил дыхание. Она открылась.
– ...С-с добрым утрооом... Айсакааа... Это я, Такасууу... Ээй.
Он заглянул внутрь и поздоровался, однако ответа все равно не было. "Ээй, ээй!
– повторяя это, Рюдзи вторгся в прихожую, облицованную мрамором.
– ...Я вам... не помешааал...? ...Все в порядке? Ведь я вхожу?"
"Позвала меня: "Приходи", и я, напугавшись, явился. Вот торчу здесь - и что? Если я столкнусь с ее родными, в особенности - с ее отцом, что мне делать?" - перетрусив, мальчик робко снял только недавно до блеска начищенные туфли и в носках ступил на паркетный пол коридора.
Осматриваясь по сторонам, Рюдзи прошел в квартиру, и с его губ сорвался вздох изумления. И белые обои, и бежевый паркет, и встроенная система отраженного освещения - любая присутствующая здесь вещь совершенно отличалась от заурядных квартир, сдаваемых внаем. У Рюдзи, которому действительно нравились прекрасные интерьеры, взгляд был полон неподдельного интереса, и мальчик тихонько распахнул дверь из матового стекла. И тогда...
– Ого...! ...Оо?
– сначала был возглас от восхищения. Затем - от жуткого запаха.
Та часть, которая выражала восхищение, относилась к гостиной площадью в более чем двадцать татами. На белоснежном ковре находился светло-серый диван, такой же белоснежный стол и изысканно сработанный стул, по-видимому, вышедший из рук дизайнера. Через открытое окно, выходящее на южную сторону, виднелись деревья расположенного по соседству городского парка, - пейзаж, которым ранее любовалось само семейство Такасу. Мебель сдержанных тонов ни в коем случае не подавляла простор гостиной, однако своим индивидуальным дизайном демонстрировала черты достаточного профессионализма декораторов. Притом, что стеклянная люстра была современного стиля, она была исключительно красивой. Странность была в том, что и диван, и стул были всего в одном экземпляре, то есть - на одного человека. Вероятно, в случае с гостиной такой площади обычно рассчитывают количество мебели на пять-шесть человек.
И еще - ужасная вонь...
– Это - отсюда...?
...Словно издевательство, она исходила из отдельной кухни.
В вожделенной огромной раковине оказалась груда грязных тарелок и фарфоровых мисок, которые мокли в сточной воде, и было невозможно узнать, как давно это происходит. Мальчик представил себе, во что при таком беспорядке превратился сток, и затрясся всем телом. Сверх того, безупречность кухни местами затмевали...
– Фиииииииии...!
...Пятна черной плесени, от вида которых ничего не оставалось, кроме как рухнуть в обморок. Рюдзи машинально, словно его притягивало, приблизился и провел дрожащим указательным пальцем по поверхности
Невозможно допустить.
Такое категорически невозможно допустить. Это - надругательство над кухней. Осквернение всего быта. В узкой-преузкой темной тесной кухне той двухкомнатной квартиры все-таки хотя бы чисто, и там имеется человеческое существо, которое каждый день старается, желая навести такую чистоту, что даже пусть кто-нибудь лизнет кухонную утварь (если говорить иносказательно), то это, по крайней мере, не будет противно, и, тем не менее, почему, владея этой превосходной оборудованной кухней, такое, такое... такое!
– А-Й-СА-КАААА!
– Рюдзи, совсем словно подпрыгнув, бросился бежать. Больше не могу это терпеть, раз мне продемонстрировали подобное зрелище... – Не знаю как, и все же - позволь мне сделать уборку в этой кухне!
У меня в душе что-то окончательно перещелкнулось, не так ли?
Побагровев, он подобно пуле обежал гостиную, однако не сумел отыскать Айсаку, и тут его опасные глаза, в которых возбужденно сиял какой-то свет, обнаружили раздвижную дверь.
– Здесь, что ли?!
Когда мальчик со всей силы открыл эту дверь...
– ...Ага.
...Весьма правильное решение. И все-таки, ни с того, ни с сего... ужасная оплошность.
Там была Айсака Тайга.
В окружившем его спокойствии Рюдзи невольно умолк, он даже затаил дыхание.
Тихая комната с высоким потолком, окно, выходящее на северную сторону, закрыто шторами. Там и сям на белоснежном ковре шелестели сброшенные, да так и оставленные, платья. В углу были установлены такие же белоснежные письменный стол и офисный стул, а в центре комнаты была размещена кровать, оснащенная белоснежным пологом с кружевами.
Это была спальня Айсаки.
Разметав по простыням длинные волосы, свернувшись калачиком, словно скрываясь, девочка в одиночестве спокойно спала в центре постели, защищенной кружевным пологом.
У изголовья валялась телефонная трубка, а через просвет между шторами как раз виднелось окно квартиры Такасу.
– ...Опять уснула...?
В мертвой тишине спальни раздавалось только ровное дыхание спящей девочки.
Все так же, будучи даже не в состоянии приблизиться к ней, Рюдзи просто смотрел на спящую Айсаку. ...Дело не в том, что мне хочется смотреть на нее. Тем не менее, взгляд не в состоянии оторваться от такого зрелища.
От природы кажущиеся маленькими руки и ноги, выглядывающие из мешковатой пижамы, стали еще более утонченными. Ныне расслабленные щеки смотрелись так, словно стали прозрачными и тают, как у скульптуры, созданной изо льда. Маленький носик, полуоткрытый маленький рот, опущенные длинные ресницы... Айсака Тайга до такой степени погрузилась в спокойное море простыней, что, если бы не слышалось ее дыхание, не было бы понятно, жива она или нет.
Фигура его спящей одноклассницы не была чем-то естественным, это было зрелище, напоминающее имитацию из мира, словно бы описанного в книжке.