Tomorrow
Шрифт:
— Танцор? — удивилась я. — Теряю квалификацию. Я думала, что врач.
— Так ты знаешь его?
— Его зовут Дэвид и он постоялец. Больше ничего, — пожала я плечами. — Ну, кроме того, что он утешал меня, когда мне было плохо.
— То есть ситуация такая, что ты где-то совершенно случайным образом подцепила иностранца в своем отеле, напилась, потом чуть не станцевала стрип для
— Слушай, вот мне только твоих нотаций не хватает. Я сама знаю, что поступила безрассудно.
— Мне просто интересно как ты собираешься объяснить все это Принцу.
— Никак. Все очень просто — я всю ночь провела в кабинете за бумагами, готовясь к пресс-конференции. Ничего такого не было. Ни танцев, ни зала, ни выпивки.
— То есть ты мне предлагаешь ему соврать?
— Буду у тебя в долгу, — я сделала честные глаза и закивала.
— Мне иногда кажется, что решение охранять тебя было самой большой ошибкой в моей жизни.
— Ошибкой значит? — насупилась я. — И ты Брут!
— Все-все! Молчу! — поднял руки вверх Елисей. — Я ничего не видел, ни того, как ты плакала из-за него, ни того, как рисковала собственной жизнью… Я как обезьяна: ничего не слышу, ничего не вижу, никому ничего не скажу.
— Ты считаешь, мы с Лексом не подходим друг другу?
— Заметь, это сказала ты.
— Я вчера впервые видела его в такой злобе. Думала, что ударит. В итоге ударила я. После этих шести месяцев все стало так сложно. Раньше он был другой. Какой-то заботливый. А теперь… теперь я не знаю как это описать.
— Принц превратился в чудовище?
— Я не знаю, Лис. Я просто не знаю. Я не узнаю его. Иногда мне кажется, что в глубине души он хочет меня убить. Я ждала все эти шесть месяцев прежнего Лекса, того, с которым встретилась на катке, из-за которого бросилась под пули, которому отдала свой первый раз.
— Может быть, он именно и был таким? Ты не думала об этом? Может быть добрым и ласковым он был только в твоих глазах?
— Что этим хочешь сказать? — я вскинула бровь.
— Мужчина, который бросает свою юную жену с младенцем на руках и уезжает в неизвестном направлении ради какой-то мистической цели. Ты думаешь, он заслуживает тебя? Ты изменилась ради него, бросила все. Но он этого не оценил.
— Кажется, я понимаю, к чему ты клонишь, — склонила голову я.
—
Неужели этот год, который Елисей провел рядом со мной, он любил меня? Я чувствовала это по его прикосновениям, видела в его глазах, но мне казалось, что это лишь мои фантазии. Я провела свободной рукой по его щеке, и Лис закрыл глаза от этой ласки.
— Извини Лис! Пожалуйста, прости. Но я люблю тебя как брата. Я не могу пересилить себя. Ты всегда был рядом со мной в трудные минуты, но я не знаю, как убежать от этого жестокого чувства к Лексу. Я старалась улететь от него на мотоцикле, заглушить адреналином, но ничего не получалось. До вчерашнего вечера…
— Значит, ты теперь любишь того иностранца? — грустно спросил Елисей.
— Я не знаю, люблю ли я его. Но когда он рядом, мне так спокойно… Как было когда-то с Лексом. Но я не знаю, можно ли это назвать влюбленностью.
— Значит с Лексом тебе сейчас не спокойно?
— Я боюсь быть рядом с ним. Боюсь, что он опять уйдет. Боюсь снова той боли. Боюсь быть брошенной. Боюсь опять начать плакать по ночам. Боюсь заново начать резать себя, чтобы остаться в реальности. Боюсь, что сойду с ума. Любить Лекса — опасно. Я поняла это, только сравнив ощущения… сейчас.
— Ты перенесла из-за него столько боли, что теперь боишься оказаться в психушке?
Я кивнула, сжав губы.
— Я всегда была для тебя открытой книгой, — я потерла шею. — Если я сейчас что-нибудь не предприму, эта любовь сведет меня с ума. Она слишком острая и раны будут слишком глубокие, если об неё порезаться.
— Полгода назад один очень хороший человечек сказал мне, что никогда не видел такой любви, которая была у вас с Лексом. Но видно и у этого продукта есть срок годности. Как ты думаешь, если бы Лекс не уехал, ты бы осталась прежней? Все было бы по-другому?
— Наверняка. Но сейчас это не имеет значения. Сейчас для меня самое важное в жизни
— это Настя. Именно для неё я хочу возродить эту гостиницу. Я хочу подарить ей все то, чего не было у меня в детстве. Я поступила глупо, когда на полгода ушла в себя. Как эгоистка. Мне сейчас надо наверстать упущенное. Поэтому я хочу попросить тебя об одной услуге…
— Говори, я сделаю.
— Привези, пожалуйста, сюда Настю. Я хочу, чтобы она была со мной даже здесь.