Том II: Отряд
Шрифт:
С небольшого пригорка, на котором она оказалась, за поваленными палатками были видны шлемы новых сотен: рабы-копьеносцы, пешие визиготские рыцари, лучники; новые и новые ряды, стоявшие плечом к плечу над грудами палаточных полотнищ и разбитых строений, под испещрившими небо отрядными значками. Она опытным взглядом оценила: четыре с половиной — пять тысяч.
Одинокий дальний раскат расколол воздух. Какой-то канонир одним взмахом фитиля задел все восемь запальных отверстий органного орудия — стволы выпалили почти одновременно — с городской стены.
Слышно от
— Король-калиф мертв! — снова выкрикнула Аш, разрывая горло каждым словом; слыша пронзительный ясный кларнет своего голоса несущегося над головами, пожарами, криками боли.
«Гелимер — мертв! Долой оружие!»
От возбуждения или от недостатка воздуха — только она снова покачнулась, прислонилась к плечу Ансельма. Он поймал Аш за стальной налокотник, поддержал.
Сердце трепыхнулось, ей почудилось, что весь мир затаил дыхание: ничто не могло помешать визиготским полчищам прокатиться через застывшие перед ними тринадцать сотен человек. «Ничто в целом мире», — метнулась в голове смутная мысль. Сквозь кровавую пелену перед глазами Аш глядела на голубое, как лед, небо и голову Гелимера на пике.
— Выйти из боя! — она выдавила из себя хриплый шепот, оттолкнула Ансельма. — Пошли к Моргану сказать: знамя остановить где есть!
— Понял!
За спиной Аш, передавая приказ, закричали командиры. Она не оборачивалась, дышала с трудом, глаза нестерпимо жгло. Она не видела знакомых гербов и, конечно, не видела «медной головы» Фарис, и знамя с крепостной решеткой Гелимера не показывалось больше, но за оставшейся ничейной полосой — «В тридцати футах?» — поднялось знамя с ярким треугольником: стилизованная гора Санчо Лебриджа.
«Он исполняет приказы».
Чьи теперь? Мертвеца?
— Король — мертв! — выкрикнула Аш. Голос сорвался. Ансельм силком развернул ее, указал. Войско прибывало каждой секундой. «Они займут все пространство за нами, отсюда до города». Знамя Лебриджа качнулось, застряв в людском толпище. «Сколько осталось секунд, прежде чем он начнет отдавать приказы?»
— Вон! — Ансельм указал рукой туда, где новые всадники подъезжали, осторожно выбирая дорогу среди обломков. Предводитель их, в золоченом шлеме, двигался под знаменем с зубчатым колесом в гербе. Черное зубчатое колесо на белом поле.
Aш сказала:
— Герб Леофрика!
Два знамени встретились. Послышались крики.
— Милорды амиры! — выкрикнула Аш. — Калиф Гелимер мертв!
В подтверждение своих слов она качнула пику с насаженной головой. Кровь и спинной мозг ярко блестели, стекая ей на латную перчатку.
Аш жадно глотала воздух, потея на морозе под своей броней, и тревожно глядела на всадников.
Тот, в золоченом шлеме, снял его, оказавшись среди людей в кольчугах и белых туниках. Это был Леофрик.
Пряди седых волос топорщились над его головой. Он тронул шпорой бок кобылы, направив ее прямо по головам мертвых и умирающих, подъехал
Солнце едва-едва оторвалось от линии горизонта. «Прошло ли пятнадцать минут со взрыва стены?»
— Леофрик! — окликнула его Аш. — Гелимер мертв. Он не помешает теперь уничтожить Дикие Машины!
Ветер подхватил ее слова, смешав со стонами раненых мужчин и женщин.
«Слышит ли он меня? — Аш испытующе вглядывалась в морщинистое лицо. — Безумен? Не безумнее, чем с самого начала?» А он отвернулся от нее, отрывисто приказав что-то, и один из его офицеров громко прокричал короткий приказ, и вымпелы отрядов двинулись к нему — в том числе и знамя Лебриджа.
— Вот как! Он принимает командование. Дьявольщина, он берет командование! — она в отчаянии топнула ногой. — Вот оно как!
Роберт Ансельм монотонно сыпал грязными ругательствами.
Разрыв между рядами слева от них снова смыкался. Аш взглянула вдоль аллеи раскачивающихся над головами людей алебард и пик. Люди в давке, не имея возможности рубить по щитам и скрещивать оружие, тыкали наконечниками в лица друг другу. Дружный клич визиготов: вымпел с Андреевским крестом за десять секунд отступил на десяток ярдов.
Это какой-то ариф выступает по собственной инициативе!
— Прикажи им держаться! — Аш крепко уперлась ногами в груду тел, крикнула в сторону Леофрика: — Прекратите бой! Сейчас же!
Арифы Лебрия кричали что-то. Сзади напирали, толкая ее на ощетинившиеся пики, Рикард задел ее плечом. Знамя Льва покачнулось. Низкий рык Ансельма: «Стоять!» раскатился над промерзшим лагерем и дальними рядами.
В двадцати ярдах ниже по склону справа раздался хриплый рев греческого огня.
— Христос! Еще?!
Голова Леофрика повернулась. Лорд-амир привстал на стременах, глядя через головы своих солдат. Послышался его властный крик. Аш прищурила распухшие больные глаза, снова услышала рев пламени: ряд визиготских шлемов качнулся на алебардщиков-бургундцев; люди падали, скрываясь из виду; значки на длинных шестах валились к земле; вспышка на мгновение ослепила ее.
— Они и своих жгут! — проскрежетал Ансельм. В толкотне вокруг Аш что-то изменилось, она обернулась: гонец в накидке с Андреевским крестом выдохнул: «…жгут всех…», офицеры, окружавшие Леофрика, кричали на бегу, отряды двинулись — и ничего… ничего… досчитала до тридцати…
Ничего. Греческий огонь затих.
У мертвецов нет друзей.
Может, найдется кто-нибудь, кто захочет отомстить за него…
Высокий голос выкрикнул что-то позади. Карфагенская латынь. Толчок вперед — Аш обеими руками сжимала древко с головой Гелимера, раскачивающееся, как корабельная мачта. Два шага вперед, три; ее несло к линии визиготской пехоты. Напор ослабел. Аш остановилась, глядя на уставленные в нее наконечники пик, на изогнутые луки с наложенными на тетиву стрелами…
Назир в пятнадцати футах от нее выкрикнул: «Стоять!»