Том II: Отряд
Шрифт:
Аш принялась за знакомую алхимию — превращение страха в боевую готовность: напрягая глаза в неестественном освещении, подсчитывала, сколько вражеских парламентеров вооружено мечами (практически бесполезными в свалке под низкой земляной крышей), сколько — булавами, пиками и чеканами, сколько из людей Гелимера снаряжены в полные доспехи — все! — и с кого в случае чего начинать.
Кто-то из бургундцев у нее за спиной грязно выругался. Когда шествие остановилась, Аш вопросительно оглянулась на него.
— Это же Шарль де Амбуаз, note 102 —
Высокий светловолосый бургундский рыцарь только что не сплюнул на землю при этом имени. Аш кивнула ему, как своему, и негромко попросила:
— Глаз него не спускай. Если двинется, предупреди…
И шагнула вперед, обогнав Флору, между безупречных и бессловесных янычар.
Note102
Доверенный слуга Людовика XI. Предполагается, что осенью 1476 года ему было поручено королем Франции ради политических выгод соблазнить Иоланду, герцогиню Савонскую.
— Мы явились сюда, чтобы вступить в переговоры с королем-калифом, — ее голос глухо звучал в замкнутом пространстве, — а не с половиной лордов Франции и Германии! На то мы не давали своего согласия! Мы уходим.
«Вряд ли можно надеяться на такую удачу: раскрутить новый этап переговоров насчет переговоров еще на пару дней…»
Французский рыцарь, стоявший рядом с маленьким смуглым человечком, в котором Аш, по прошлым визитам ко двору Карла, узнала де Комина, изящно поклонился и непринужденно проговорил:
— Меня зовут де Амбуаз. Мой повелитель Людовик послал меня служить королю-калифу. Я присутствую здесь, дабы подтвердить ее милости герцогине выгоды и блага Рах Karthagiensis. Как и милорд Габсбург, благородный Фридрих.
Шарль де Амбуаз открыто и дружелюбно улыбнулся Аш. Она ответила короткой усмешкой:
— Вы присутствуете здесь как шпион Луи. Как и милорд Фридрих Габсбург, вы желаете видеть, выстоит ли Бургундия против короля-калифа. В каковом случае я посоветовала бы королю-калифу остерегаться удара в спину.
Аш спокойно любовалась, как занервничал Амбуаз.
«Чем больше недоверия удастся посеять среди врагов, тем лучше для нас…»
Перед ней и Флорой располагалось только шестеро янычар — для большего не было место в тесном туннеле. Аш смотрела через их кольчужные плечи — плечи людей, согласившихся стать живыми щитами, — и видела бородатое лицо Гелимера, освещенное голубым сиянием греческого огня.
Совершенно бесстрастное. Ни гнева, ни колебаний. Он казался старше, чем тогда, в Карфагене, и более воинственным. От носа к губам пролегли глубокие морщины, а под мантией скрывалась длинная кольчуга и панцирь.
Резкий свет и холодная темнота кругом — темнота
— Где герцогиня Бургундии? — легкий тенор Гелимера под нависающим сводом тоже звучал глухо.
Флора, из-за плеча Аш, сухо отозвалась:
— Перед вашими глазами.
Взгляд короля-калифа с усилием оторвался от лица Аш и обратился на высокую женщину в плаще и венце из оленьих рогов. Он заговорил:
— Фортуна войны требует от меня вашей смерти. Однако жестокость мне чужда. Сдайте мне Бургундию, и я пощажу ваших крестьян и горожан. Умрете только вы. За свой народ, герцогиня.
Флора рассмеялась. Аш видела, как поражен Гелимер. В смехе Флоры не было горечи: так смеялся когда-то отрядный лекарь после двух-трех фляжек вина: густым и приятным для уха хрипловатым контральто.
— Сдаться ? После того, как отстояли город? Идите вы! — весело воскликнула Флора. — Я — лекарь отряда наемников. Я не раз видела, что творится в городах, открывших ворота врагу. Для моих горожан, пока не подписан мирный договор, безопаснее оставаться под защитой стен.
Гелимер снова метнул взгляд на Аш, перевел его на лица бургундских рыцарей…
— И у вас не нашлось лучшего предводителя, чем эта… женщина.
Ответом ему было молчание. Но не из страха или неуверенности. Мгновенный взгляд через плечо убедил Аш, что на всех лицах выражалось единодушное презрение.
— Она отличается мудростью и доблестью, — с убийственной вежливостью отозвался наконец граф Оксфорд. — Синьоры, о чем вы желали беседовать с герцогиней?
Аш решила, что ей, рядом с любезным иноземным графом, подобает роль грубоватого вояки, и громко выкрикнула:
— Если им больше нечего предложить, так не о чем и беседовать! Это же несерьезно. Валим домой!
Де Вир исподволь понимающе подмигнул ей.
— Посадите на цепь свою Львицу, — презрительно бросил Оксфорду король-калиф. Аш видела, как мечется его взгляд: от англичанина к бургундской знати за его спиной, от полковника-турка к Флоре дель Гиз.
«Ищет главного», — сообразила она.
Как он рассуждает: англичанин? Только не в Бургундии. Бургундец? Но который? Оливер де Ла Марш, оставшийся в городе?
И тут она заметила, как взгляд прищуренных глазок Гелимера переметнулся на лица французов, и потом на Габсбурга. Всего на мгновенье он выдал себя.
Благослови тебя Бог, Джон де Вир! Во всем ты был прав. Ему нужна Бургундия, но не меньше нужно показать им, что он нас не боится!
Аш усмехнулась про себя и обернулась, чтобы послать ободряющую улыбку Флориан. Она шепнула на ухо подруге, касаясь губами мягких волос под обручем из оленьего рога: