Том 5. Драмы
Шрифт:
Владимир. Так вы точно хотите идти к моей матери? точно? это невероятно! Нет, скажите: точно?
Павел Григ<орич>. Точно!
Владимир( кидается ему на шею). У меня есть отец! у меня снова есть отец! ( Плачет.) Боже! боже! я опять счастлив! Как легко стало сердцу! у меня есть отец! Вижу, вижу, что трудно бороться с природными чувствами… о! как я счастлив! Видите ли, батюшка! как приятно сделать, решиться сделать добро…
Павел Григ<орич>( хочет идти). ( В сторону) Итак, я должен увидеться… хорошо! Да нет ли тут какой-нибудь сети? однако отчаяние Владимира!.. Но разве она не может притвориться и уверить его, что умирает? Разве женщине, а особливо моей жене, трудно обмануть… кого бы ни было? О, я предчувствовал, я проникнул этот замысел, и теперь всё ясно. Заманить меня опять… упросить… и если я не соглашусь, то сын мой всему городу станет рассказывать про такую жестокость! Она, пожалуй, его подобьет! Признаюсь! прехитрый план! прехитрейший!.. Однако не на того напали! Хорошо, что я во-время догадался! Не пойду же я! Пускай умрет одна, если могла жить без меня!
Владимир. Вы медлите!
Павел Гр<игорич>( холодно). Да! Я медлю!
Владимир. Вы… эта перемена! вы…
Павел Григ<орич>( гордо). Я остаюсь! Скажи своей матери и бывшей моей жене, что я не попался вторично в расставленную сеть… скажи, что я благодарю за приглашение и желаю ей веселой дороги!
(Владимир вздрагивает и отступает назад.)
Владимир. Как! ( С отчаяньем) Это превзошло мои ожиданья! И с такой открытой холодностью! с такой адской улыбкой? И я — ваш сын? Так, я ваш сын и потому должен быть врагом всего священного, врагом вашим… из благодарности! О, если б я мог мои чувства, сердце, душу, мое дыхание превратить в одно слово, в один звук, то этот звук был бы проклятие первому мгновению моей жизни, громовой удар, который потряс бы твою внутренность, мой отец… и отучил бы тебя называть меня сыном!
Павел Григ<орич>. Замолчи, сумасшедший! Страшись моего гнева… погоди: придут дни более спокойные; тогда ты узнаешь, как опасно оскорблять родителя… я тебя примерно накажу!..
Владимир( закрыв лицо руками). А я мечтал найти жалость!..
Павел Григ<орич>. Неблагодарный! неблагодарный! чудовище! мне ли ты не обязан?.. И с такими упреками…
Владимир. Неблагодарный? Вы мне дали жизнь: возьмите, возьмите ее назад, если можете… о! это
Павел Григ<орич>. Вон скорей из моего дома! и не смей воротиться, пока не умрет моя бедная супруга. ( Сосмехом)Посмотрим, скоро ли ты придешь? Посмотрим, настоящая ли болезнь, ведущая к могиле, или неловкая хитрость наделала столько шуму и заставила тебя забыть почтение и обязанность! Теперь ступай! Рассуди хорошенько о своем поступке, припомни, что ты говорил — и тогда, тогда, если осмелишься, покажись опять мне на глаза! ( Злобно взглянув на сына, уходит и запирает двери за собою.)
Владимир( который стоял как вкопанный, смотрит вслед, после краткого молчанья). Всё кончилось!..
(Уходит в другую дверь. Решительная безнадежность приметна во всех его движениях. Он оставляет за собою дверь растворенную; и долго видно, как он то пойдет скорыми шагами, то остановится; наконец, махнув рукой, он удаляется.)
Сцена VIII
3-го февраля. День.
(Спальня Марьи Дмитревны. Стол с лекарствами. Она лежит на постели. Аннушка стоит возле нее.)
Аннушка. У вас, сударыня, сильная лихорадка! Не угодно ли чаю горяченького или бузины? Тотчас будет готово. Ах, ты, моя родная! Какие руки-то холодные: точно ледяные. Не прикажете ли, матушка, послать за лекарем?
Марья Дми<тревна>. Послушай! Что давит мне грудь?
Аннушка. Ничего, сударыня: одеяло прелегкое! отчего бы, кажется, давить?
Марья Дм<итревна>. Аннушка! я сегодня умру!
Аннушка.И! Марья Дмитревна! выздоровеете! Бог милостив — зачем умирать?
Марья Дм<итревна>. Зачем?
Аннушка.Не всё больные умирают, иногда и здоровые прежде больных попадают на тот свет. Не пора ли лекарство принять?
Марья Дм<итревна>. Я не хочу лекарства… где мой сын? Да, я и позабыла, что сама его послала!.. Посмотри в окно, нейдет ли он? Поди к окну… что? нейдет? Как долго!
Аннушка.На улице пусто!
Марья Дм<итревна>( про себя). Он уговорит отца! Я уверена… о! как сладко примириться перед концом: теперь я не стыжусь встретить его взор. ( Погромче) Аннушка! что ты так смотришь в окно?
Аннушка.Я?.. нет… это так-с…
Марья Дми<тревна>. Нет, верно… говори всю правду, что такое?
Аннушка.Похороны, сударыня… да какие препышные! сколько карет сзади: верно, богач! Какие лошади! покров так и горит! два архиерея!.. певчие! ну ж нечего сказать!