Том 3. Пьесы 1862-1864
Шрифт:
Хрюков. Я не маленький, вашу братью хорошо раскусил: знаю, что вам нужно. Ты не сердись! Ты меня узнай прежде! Я человек дорогой, когда захочу мошной тряхнуть. Меня в те поры ничто не удержит, ни на кого не посмотрю! Про меня говорят, что я скуп; так это врут. Я для себя, для своего удовольствия, денег не жалел. Да ежели и теперь какая блажь в голову придет, тоже не пожалею.
Молчание.
Я молодца тут встретил, у ворот; у вас, что ль, был?
Анна
Хрюков (строго). А зачем он у вас был?
Анна Павловна. Он Верочкин жених.
Хрюков. Писарек, должно быть, из суда, какой-нибудь плохенький? По обличью-то показывает. Так, что ли?
Анна Павловна. Да, он служит.
Хрюков. Ну уж, я сейчас вижу, что за птица. Парнишка из себя не видный, гляди не каждый день досыта и ест-то.
Анна Павловна. Молод еще очень.
Хрюков. Голь, надо полагать, непокрытая. Грабить еще не знает как. Где ему знать, как надо грабить! А вы за такого отдавайте, который грабить знает.
Анна Павловна. Зачем ему грабить? Он жалованье получает.
Хрюков. А много ли?
Анна Павловна. Триста рублей. Да мы за Верочкой дом даем. Жить можно будет. Вот только бы ему теперь к свадьбе очень нужно деньжонок.
Хрюков. А сколько?
Анна Павловна. Только триста рублей.
Хрюков. Только! Шутила ты, что ли! Триста рублей! Ведь это по старому счету тысяча с лишком.
Анна Павловна. Конечно, у кого нет, тому и рубль дорог; а все-таки, по нынешнему времени, триста рублей небольшие деньги.
Хрюков. А ты попробуй-ка их достать, так вот тогда и узнаешь, велики ли деньги. Вот пусть он, жених-то ваш, сунется к кому-нибудь просить: тогда и увидишь, что ему скажут.
Анна Павловна. Ведь ему нужда крайняя. Если б у меня были деньги, я, кажется, сейчас бы все отдала.
Хрюков. Как нет-то денег, так все так рассуждают.
Анна Павловна. А если б мы у вас попросили? Что для вас значат триста рублей!
Хрюков. Может, для меня и триста тысяч ничего не значат; а все-таки я не дам. Взаймы я не даю, на это есть процентщики. Тому принеси верный залог, так сколько хочешь денег даст. А ежели дать так, на бедность, так по триста рублей я тоже не подаю. Рубля три дам к празднику, к большому. Ведь ишь ты каторжный народ какой! Жалованья грош, деньжонок своих нет, а он жениться да на бедность побираться! Точно для него так у всякого деньги и приготовлены. Пожалуйте, мол, берите! Не нужно ли вам еще чего-нибудь? Оглашенные, право оглашенные!
Анна Павловна. Ему обещали дать.
Хрюков.
Анна Павловна. Что же тут смешного?
Хрюков. Да как же не смешно! Человек бегает по улицам, ищет триста рублей! Самому-то цена грош, а он воображает, что ему кто-нибудь триста рублей поверит. Как тут не смеяться! Это ужасно смешно! «Дайте триста рублей!» А сам-то ты много ли стоишь? Ничего! Вот увидишь, что над ним шутку какую-нибудь сделают. Уж очень способно, сам лезет.
Анна Павловна. Какую же шутку?
Хрюков. Дураком поставят! Да и за дело! Не будь глуп, не смеши людей.
Анна Павловна. Он коли займет, так отдаст непременно
Хрюков. Да, может, и отдаст; да кто ж поверит, что он отдаст. А ведь я было подумал, что он к тебе ходит.
Анна Павловна. Зачем ко мне?
Хрюков. Зачем? Кто тебя знает? Я думал, уж не ты ль хочешь замуж идти, аль, может, так по душе пришелся.
Анна Павловна. Я замуж не пойду.
Хрюков (подходит к ней).Не пойдешь? Что ты?
Анна Павловна. Нет, не пойду. Во-первых, уж я в летах; во-вторых, папеньку не захочу одного оставить. Верочка выйдет замуж, переедет от нас, с кем же папенька останется?
Хрюков. Да, и не оставляй отца! Не оставляй! Что хорошего! Грех будет, грех! И живите тут скромненько, солидно.
Анна Павловна. Я и всегда так живу.
Хрюков. Ну, и умница! умница! (Гладит ее по голове.)И чтоб не ходил к вам никто, особенно молодые люди, чтоб разговору не было!
Анна Павловна. Какой может быть про меня разговор!
Хрюков. Ну да, ты скромная, умная девушка! Нешто я не вижу! А все-таки лучше. Нет, ты не ходи замуж, не ходи! Так лучше проживешь, я тебе говорю. А денег, что ты говорила, я дам. Отцу не дам и жениху не дам, тебе дам. Никому не дам, а тебе дам, в твои руки. Что хочешь, то и делай с ними. Я завтра зайду поговорить с тобой. Ну, вот и понимай, как хочешь!
Входит Оброшенов.
Анна Павловна, Хрюков и Оброшенов.
Хрюков. Эй, ты, приказная строка! Мне тебя нужно, брат.
Оброшенов. Что нужно, батюшка, Филимон Протасьич? Батюшка, что нужно? приказывайте!
Хрюков. Да ты полно по-сорочьи-то разговаривать! Дело есть.
Оброшенов. Приказывайте рабу вашему, приказывайте!