Только ты
Шрифт:
Не удивительно. Он был в сине-черной водолазке и комбинезоне на лямках. В зубах торчала трубка. Вид совсем простой, но милый.
— Я пытаюсь кое-что перепланировать. Нужно сделать террасу со ступенями. Чем могу вам помочь? А, понятно, — серьезно сказал он. — Вы по поводу Грэма. Вам не нужно будет беспокоиться. У него большой опыт. Да и я тут недалеко.
— Он сказал, что копит на поездку в Норвегию. — Это, в самом деле было ей интересно.
— Это правда. Он хочет поехать на собственные деньги. — Тон был беззаботным,
— И знаешь, я ему доверяю, — сказала она Дереку, идя к столику. — Ему и двенадцати нет, но он совсем взрослый. Тебе, наверное, кажется это странным…
— Странным? Напротив, по-моему, это великолепно. Я и надеяться не смел.
Мэгги удивленно вскинула золотистую бровь.
— Просто сегодня мне была нужна ты. В конце концов, если помнишь, мы расстались на довольно драматической ноте.
Нет, так не годится. Она невнимательна к нему.
— Я так тебе благодарна. Все чудесно устроилось.
Кажется, она напрасно волновалась. Дерек сидел, удобно откинувшись, скрестив руки на груди, вид у него был довольный и заинтересованный. Делать предложение он, похоже, не собирался.
— Я очень рад за тебя, — сказал он тепло. — А теперь расскажи все по порядку.
Джин с тоником, который она выпила, не слишком развязал ей язык, хотя она рассказала, что последние дни она обрела желанную свободу. Ангуса Макаллана до сегодняшнего дня она видела лишь мельком, а что до Трой, так она и вовсе пропала.
— Не то чтобы я это приветствовала… — добавила Мэгги. Дерек был высокого мнения о Трой.
— Но ты не против. Я знаю, это вполне объяснимо, — улыбнулся он. — Ты ее еще неделю не увидишь. До начала лекций ей нужно пересдать пару экзаменов.
— Она может не беспокоиться о конюшнях. Мы справимся. Честно говоря, Роб вполне мог бы справиться сам. Иногда я спрашиваю себя, а нужна ли я там вообще.
По губам Дерека скользнула затаенная улыбка. Ничто не шло ему так, как голубое. Он был особенно привлекателен сегодня — в костюме, рубашке и свободно повязанном галстуке голубых тонов веджвудского фарфора.
— Надеюсь, я тебя скоро уверю в этом. А пока, — он раскрыл меню, — я бы посоветовал дыню и, пожалуй, утку. Иногда они готовят ее с оливками, это недурно.
Они глядели друг другу в глаза. Казалось, никогда они не понимали друг друга лучше, чем в этот момент. Он заговорил:
— Мэгги, я не собираюсь ходить вокруг да около. Давай объединим силы.
Не иначе как романтическое влияние Стрэтайра навеяло ей на память слова, сказанные Эдвардом Рочестером своей невесте: «Наш медовый месяц будет длиться всю жизнь, и его сияние угаснет лишь со смертью одного из нас».
«Что бы ты делала, если бы Дерек заговорил так? — спросила она себя. — Не знаю. Рассмеялась бы, наверное. Вот именно».
—
— Ты не разозлишься на меня?..
— Ты хочешь спросить — могу ли я сделать невозможное? — Он покачал головой. — Нет, дорогая, не могу.
— Тогда нельзя ли это немного отложить?
Его лицо омрачилось.
— Мы и так откладывали слишком долго.
Она дотронулась до его руки.
— Я знаю, это эгоистично. Но если бы мы подождали, допустим, три месяца… Рождество — прекрасное время подумать о кольцах.
Ни один мускул не дрогнул на его лице. Взгляд был серьезен.
— Что ты хочешь сказать, Мэгги? Что ты не уверена?
— Не то. Просто я не хочу надевать обручальное кольцо, не проработав и недели. Что тут смешного? — Она могла поклясться, что он в душе смеется. Но он не прерывал, и она продолжала: — Я надеюсь, за эти три месяца все войдет в свою колею. Конюшни не приносят дохода, а должны бы. Я хочу высказать Трой кое-какие соображения, если только она не сочтет, что овчинка не стоит выделки. До Рождества она может и решить их продать. Я не хочу, чтобы она подумала, что я струсила, а именно это она и подумает, если я соберусь уезжать сейчас.
Пауза, последовавшая за этим, была очень долгой.
— Пожалуйста, милый, — взмолилась она.
— Что ж, ладно, — произнес Дерек.
Они вернулись к стоянке. Машина Дерека была грязной. Она прошла длинный путь, и его предстояло повторить.
— Не беспокойся, — сказал он легко, — это шоссе безопасное.
Она беспокоилась. Кажется, она его не убедила.
— Ты очень против? — спросила она.
— Да. Я не умею проигрывать, — сказал он просто. — Не обращай на меня внимания. Я всегда злился, возвращаясь в школу. Особенно после лета. В сентябре казалось, что семестр никогда не кончится.
— Но Рождество всегда приходит, — мягко напомнила Мэгги. — Время идет быстро. И это пролетит — не заметишь. Вот увидишь. У тебя ведь полно дел.
— Да уж. — Он взглянул на часы: — Есть тут одно дело. Ты не представляешь, как тебе повезло.
— Почему?
— Потому что, если бы я настоял на своем, я должен бы закончить, плача тебе в жилетку. Нет, — добавил он твердо, почувствовав, что она сжала его локоть. — Не сейчас. В конце концов, у тебя и свои дела есть.
Его пришлось долго уговаривать, даже почти угрожать. Он ей не доверяет? С кольцом или без кольца — человек-то она один и тот же. И она очень хочет ему помочь, он даже представить себе не может, как хочет. Тут он сдался.
— Да, две головы всегда лучше, чем одна. Ты можешь задержаться? С Келли все будет в порядке?
— Не беспокойся насчет Келли, — уверила его Мэгги. — Рассказывай.
Место, куда привел ее Дерек, называлось Аллея влюбленных. Они сели на одну из скамей под свисающими ветвями деревьев, мягко грело полуденное солнце, перед ними открывался чудный вид на реку.