Только ты
Шрифт:
Выхожу из ванной и в комнате на диване замечаю мужчину. Рома крепко спит на спине, закинув одну руку за голову. На нем нет рубашки, его одежда лежит в кресле рядом. Он укрыт пледом от пояса и мне хорошо видны его плечи, руки, грудь, живот. Такое красивое тело молодого привлекательного мужчины.
Он выглядит таким красивым, что я невольно засматриваюсь. Руки сами тянутся к комоду, в котором лежит бумага и карандаш. Сажусь возле него и начинаю рисовать. Стараюсь прорисовать каждый изгиб тела, передать портрет спящего мужчины максимально реалистично. Почему
Во сне он улыбается. По-детски счастливой улыбкой. Наверное, ему снится что-то хорошее.
Не удержавшись, я подношу руку к его лицу, глажу его скулы, провожу пальцем по губам. Он не просыпается, улыбается во сне.
Я дотрагиваюсь до его шеи, провожу подушечками пальцев. Опускаю руку на грудь и веду рукой ниже, к животу. Замечаю, как напрягаются мышцы пресса, а потом его рука накрывает мою ладонь.
Вздрагиваю, будто меня застали за преступлением. Испуганно поднимаю взгляд к его лицу, щеки вмиг краснеют. Он внимательно смотрит мне в глаза, ничего не говоря, подносит мою руку к своим губам и целует. Потом прижимает мою ладонь к своей щеке, продолжая смотреть мне в глаза.
Не знаю как вести себя. Мне приятны его прикосновения. От его взгляда моё тело покрывается мурашками, а внизу живота ощущаю предательское напряжение. Наверное, я слишком долго всматриваюсь с его глаза.
Он приподнимается с дивана. Вторую руку он заводит мне за голову и, притягивая меня к себе, целует. Нежно, невесомо. Не почувствовав сопротивления, он углубляет поцелует. Проводит языком по моим губам, чуть их раздвигая.
Он мой друг, я не должна, я его не люблю… Думаю так, но колени предательски дрожат, когда его язык проникает в рот. Обхватываю руками его плечи, а он прижимает меня к себе за талию.
Поцелуй становится все настойчивее. Он изучает мой рот языком, проводит по небу. И я вовлекаюсь в процесс, отвечая на поцелуй. По телу бегают мурашки. Сердце бешено колотится в груди, дыхание сбивается. Болезненное томление сбивается внизу живота.
В голову приходит мысль, что это неправильно. Только вчера я верила, что Саша для меня все, а уже сегодня таю в объятиях другого парня. И только я об этом подумала, как Рома прерывает поцелуй, немного отстраняется, прижимается лбом к моему лбу.
Моя рука лежит у него на груди. И я чувствую, как бешено колотится его сердце у меня под пальцами. Он обхватывает моё лицо руками и целует в лоб. Потом разрывает объятия, отпуская меня.
Я смущаюсь, отвожу взгляд и собираюсь идти на кухню. Когда поворачиваюсь, взгляд падает на мой рисунок и память возвращает меня в совсем другой день, где я тоже его рисовала…
Три года назад
– Ром, ну давай, это не сложно, – уговариваю я.
– Не уверен, что это хорошая идея, Наташа. – Говорит Рома. – Я никогда не позировал и не знаю, как это делать.
Мы сидим в мастерской одни. Он часто приходит посмотреть, как я рисую, и вдохнуть творческую атмосферу. Обычно я не люблю показывать свое творчество кому-то. Но с ним мне легко,
– Да что там знать?! Просто сиди и не шевелись. – Он молча смотрит на меня, а я продолжаю. – Ну, Ромочка, пожалуйста. Одно дело рисовать по фото. И совсем другое – с натуры. Пожаааалуууста, – упрашиваю.
– Ладно, – наконец соглашается он. А я радостно потираю руки.
Устанавливаю холст на триногу и раскладываю кисти. Делаю набросок, потом начинаю прорисовывать детали. Я рисую его портрет, стараюсь передать его черты максимально точно. Рисую, поглядывая на "оригинал", который сидит передо мной.
Поднимаю глаза от холста и натыкаюсь на его взгляд. В нем столько огня и желания, что замираю с кистью в руке. Он смотрит на меня требовательно, изучающе и от этого взгляда по спине побежали мурашки. Я пялюсь ему в глаза, не в силах разорвать взгляд. Этот взгляд обволакивает, подчиняет. Нервно сглатываю и усилием воли перевожу взгляд на холст. Пытаюсь вернуться к портрету, но руки предательски дрожат.
Глава 8. Рома
Когда я нашёл Наташу на приёме, она пошатывалась от выпитого спиртного. Захотелось спрятать её, увести, чтобы никто не видел её в таком состоянии.
Пока едем в машине, она все время говорит. О том, что не любит его больше. Что любовь прошла давно, но она поняла это только сегодня. Я слушаю внимательно. Надеюсь, это не просто пьяный бред.
Я ненавидел Сашку за то, что обидел её. Но в то же время втайне был рад тому, что он дал ей понять, что она ему не нужна. И я благодарю небо за, что они больше не вместе. За то, что у меня есть моральное право хотеть её для себя.
Да, возможно, ей больно. Да, так нельзя. Но, блть, я ждал этого момента гребаные четыре года. С тех пор, как увидел её рядом с ним. С тех пор, как осознал, что никакая другая мне не нужна.
Хотелось просто коснуться её. Она так смотрела на меня там, в прихожей. Сказала, что поцелует, а потом начала медленно оседать на пол. Да еб твою мать! Уснула! Держись, Новиков! Разве может быть все так просто с твоим то счастьем?!
Подхватываю её на руки, несу в спальню. Аккуратно снимаю с неё платье. Она лежит на простынях в нижнем белье. Такая беззащитная и охренительно сексуальная. Только коснуться, только провести рукой по бедру. Так, соберись! Сейчас не время! Одергиваю руку и выхожу из спальни.
Так, выдыхай! Нельзя оставлять её одну сегодня. Ночью ей может стать плохо. Но и с ней лечь не могу. Сорвусь, блть. Хочу ее до дрожи в руках. Нужно успокоиться.
Иду на кухню, нахожу там бутылку коньяка, плескаю жидкость прямо в чайную кружку. Пофиг! Мне не до поиска стакана сейчас. И залпом выпиваю. Немного легче.
Раздеваюсь и в одних боксерах укладываюсь на диван, накрывшись пледом. Сна ни в одном глазу. Перед глазами Наташа, её глаза, губы. Её голос все ещё звучит у меня в ушах, обещает поцелуй. Уснёшь тут! Когда она в соседней комнате, в одном белье.