Только монстр
Шрифт:
«Дорогая Джоанна, – вывела она, хотя и ощущала себя довольно глупо, обращаясь к самой себе.
Вот только описать события прошлой ночи оказалось не так-то легко. Руки дрожали, пока Джоанна излагала на бумаге информацию о появлении в музее Оливеров, о сообщении Рут и о том, что помощь семьи Хантов в итоге привела к их гибели. Затем поведала самой себе о происхождении Ника, ощущая взгляд Аарона точно физическое прикосновение и утешаясь тем, что все скоро наладится. После отправки письма нападения не случится, об этом
– Как считаешь, нужно сообщить что-нибудь еще? – шепотом спросила Джоанна у Аарона, который не промолвил ни слова с тех пор, как они покинули торговые ряды, но внимательно читал письмо.
– Нет, – тяжело проронил он.
Джоанна поставила свою подпись, глубоко вздохнула и направилась обратно к регистрационной стойке. Когда изменится временная линия? После вручения конверта сотруднице почты? Или после получения послания?
Женщина взяла письмо и одну из необычных купюр в валюте монстров, после чего отсчитала сдачу: еще несколько банкнот и монеты.
«Сейчас», – подумала Джоанна.
Сейчас ее альтер-эго прочитает послание из прошлого, и она окажется в доме бабушки, в окружении живых и здоровых родственников. Вот сейчас.
Снаружи продолжал лить дождь. Секунды пролетали, превращаясь в минуты.
– Можно послать копию письма другому человеку? – наконец спросила Джоанна.
Сотрудница почты кивнула и помогла сдублировать страницу на громоздком аппарате. Затем приняла конверт с прошлогодним адресом бабушки и сроком отправления на ту же дату, забрала банкноты и вернула сдачу монетами.
«Сейчас, – Джоанна зажмурилась, вкладывая всю надежду в ожидание. – Сейчас все изменится».
Женщина положила оба конверта в ящичек с табличкой «2000–2049».
– Вы уверены, что письма будут доставлены ровно в срок? – с легким отчаянием поинтересовалась Джоанна.
– Мы гарантируем это, в противном случае можете получить обратно свои деньги, – жизнерадостно заверила сотрудница почты.
Вот сейчас. Сейчас. Сейчас.
Ничего. Часы на стене по-прежнему отсчитывали время. Ничего не изменилось.
– Могу ли я еще чем-то вам помочь? – вежливо уточнила женщина.
Джоанна уже открыла рот, когда Аарон предупреждающе коснулся ее локтя и ответил:
– Нет, спасибо, – затем обернулся к ней и гораздо тише добавил: – Пойдем в гостиницу, хорошо? – в его голосе, кажется, даже промелькнули сострадательные нотки.
Когда оба союзника снова очутились снаружи, дурное предчувствие в глубине души начало постепенно крепнуть, пока не стало таким тяжелым и невыносимым, что Джоанна замерла посредине скрытой, не отмеченной на карте улицы без малейшего намека на машины, позволяя каплям дождя беспрепятственно стекать по лицу.
–
Дорогая белая рубашка тут же промокла насквозь и облепила тело, давая возможность рассмотреть края контуров татуировки прямо над бедром.
– Это почтовое отделение – мошенническое? – спросила Джоанна. – Поэтому ты надо мной смеялся?
– Я даже не думал смеяться над тобой, – нахмурился Аарон. – И почта настоящая. Отсюда доставляют письма в разные эпохи.
– Тогда… Долго еще ждать, пока все исправится?
– Давай сначала доберемся до гостиницы, там и поговорим, – его голос вновь зазвучал мягко, сочувственно. – Наша комната на втором этаже. Можно будет обсохнуть.
Волосы Джоанны тяжелой влажной массой липли к спине. Намокшие бинты отчетливо проступали под одеждой на талии.
Льющие с неба струи неослабевающего дождя остужали пылавшие щеки, скрывали слезы – именно поэтому Джоанна и стояла здесь. Но она не могла понять, зачем это делал Аарон. Даже после краткого общения было ясно, что он любит выглядеть собранным, безупречным. Однако сейчас тоже промок насквозь.
– Если я задам тебе вопрос, ответишь мне правду? – тихо проговорила Джоанна.
– Да, – так же тихо отозвался Аарон, не обращая внимания на стекающие с потемневших волос, рукавов и брюк капли.
– Эти письма спасут наши семьи?
Промелькнувшая в его глазах жалость заставила сердце Джоанны оборваться. Затем он покачал головой. Шум дождя заглушал голос, поэтому ответ пришлось читать по губам: «Нет».
Дурное предчувствие превратилось в дикого зверя и раздирало на части изнутри. Вставший в горле ком мешал говорить, поэтому Джоанна едва сумела выдавить:
– Тогда каким образом нам спасти родных?
Выражение сочувствия на лице Аарона сменилось страшным утомлением. Казалось, он разом постарел. Внезапно Джоанна расхотела, чтобы он отвечал, и уже начала мотать головой, когда услышала:
– Ничто из того, что мы предпримем, их не спасет.
– Нет, не может быть, – помертвевшими губами прошептала Джоанна.
Это казалось полной бессмыслицей. Оставалось еще множество способов помешать нападению охотников, тысячи вещей, которые еще не испробованы.
Можно предупредить бабушку лично. Или нанять адвокатскую фирму доставлять письма каждый год самой Джоанне и всем ее родственникам или даже их знакомым по всем известным ей адресам. Впереди еще много лет, чтобы предотвратить события ужасной ночи.
Если Ник не сумеет застать монстров врасплох, то никто не погибнет. Вот что имело смысл.
– Послушай… – мягко произнес Аарон.
– Нет! – выкрикнула Джоанна, поняв, что больше не в состоянии выносить его присутствие, и побежала прочь, то и дело поскальзываясь на мокрых булыжниках.