Только монстр
Шрифт:
– Я знаю, – вновь сказала кузина.
– Если не доверять семейным хроникам, то нельзя доверять ничему, – голос Аарона становился все громче. – Любое событие может оказаться неправдой. Любая запись о смерти. И тогда никто из нас больше не будет уверен, что случится в будущем.
– Совсем как обычные люди? – вставила Джоанна.
– Да, – слегка обескураженно подтвердил Аарон, глядя на нее с отчаянием. – Это так же кошмарно, как быть человеком.
«Быть человеком вовсе не плохо», – хотелось ответить ей, но понимание, что Оливер сейчас не в состоянии это услышать, заставило промолчать. Он казался
Ошеломленная девушка наклонилась, чтобы поставить чашку на стол. При этом движении рана натянулась, служа новым напоминанием о нападении, которое случилось совсем недавно, лишь прошлой ночью.
– Но кто это делает? Кто фальсифицирует записи в архивах и выслеживает выживших? Кто пытается замести следы истребления монстров? – прошептала Джоанна.
– Не знаю, – ответила Рут.
Снова вспомнилось потрясение в голосе бабушки, когда она говорила, что рассчитывала подготовить внучку. Рассчитывала, что у них будет больше времени. Ужасные образы прошлой ночи вновь грозили затопить отчаянием: стон кузины при ранении, последние болезненные вдохи бабушки. Джоанна едва сдержала слезы, вновь думая о том, какой глубокий шрам остался под ребрами сестры, и прошептала ей:
– Я думала, что ты мертва.
– Когда я увидела тебя в Холланд-Хаусе той ночью, то… – голос Рут сорвался, она опустила голову. – Я думала, что ты уже мертва. Все остальные уже погибли или были к этому близки, когда я их нашла. Берти… Дядя Гас. Тетя Ада. Бабушка…
Джоанна резко втянула воздух. Вчера Рут сказала: «Ты прислала сообщение с просьбой о помощи. И я позвонила всем остальным».
Та, видимо, догадалась, о чем думает сестра, потому что сжала ее руку и мягко проговорила:
– Ты же понимаешь, что ничего бы не изменилось, даже если бы я не получила твое сообщение с просьбой о помощи. На другие семьи монстров тоже напали. Ник и его охотники расправились бы с нами, где бы мы ни находились.
– И все равно я жалею, что успела отослать то SMS, – с трудом выдавила Джоанна, сжимая руку Рут в ответ.
– Знаю, – прошептала та. – А я жалею, что не прибыла на помощь раньше. К моменту моего появления… Дядя Гас и тетя Ада уже умерли. Берти едва-едва дышал. Я держала его за руку, одновременно пытаясь вызвать «Скорую», но телефон не работал.
Джоанна судорожно сглотнула, стараясь избавиться от кома в горле. Берти. Ей до сих пор не верилось, что это произошло. Что это произойдет в будущем.
– Откуда этим охотникам столько про нас известно? – нарушив повисшую тишину, спросил Аарон. – И как они сумели нас найти?
– Без понятия, – мрачно отозвалась Рут.
– Но ты пыталась это выяснить, когда просматривала архивы? – поинтересовалась Джоанна и после утвердительного кивка сестры добавила: – Удалось узнать что-то новое о нападении?
– Имеешь в виду, что-то новое о нем? – саркастически уточнила Рут.
Джоанна сглотнула. Она пыталась не вспоминать о Нике, и теперь ощутила вспышку злости, за которой последовала боль от предательства.
Затаив дыхание, Джоанна выдавила:
– И что, удалось узнать что-то новое о нем?
– Кстати, я сама его так ни разу и не видела, – прокомментировала Рут. – Только слышала, как ты рассказываешь о своем ненаглядном Нике. – Ее губы скривились в грустной ироничной гримасе. – Ты только и делала, что говорила о нем тем летом. Я помню, как постоянно дразнила тебя и называла вас влюбленными ботаниками. Как же давно это было!
Для Джоанны прошло всего два дня.
– Судя по документам, такого человека вообще не существует, – после паузы продолжила кузина. – Я знаю с твоих слов, что Ник работал в Холланд-Хаусе, но записи об этом отсутствуют. Пыталась поймать его хотя бы на музейных видеокамерах, но и там облом, прикинь?
– Что еще? – подтолкнула Джоанна, когда Рут замолчала.
– Ты единственная, кто знала его, – мягко произнесла та.
– Неправда.
Вспомнился момент их первой встречи с Ником. Когда возникло ощущение, что они знакомы всю жизнь. Что ему можно доверять как самой себе. Джоанна это просто почувствовала. Но ошиблась. Никогда еще она не была в чем-то настолько уверена и не ошибалась при этом так сильно.
В горле встал ком, на глаза навернулись слезы. Всего день назад они с Ником сидели вдвоем в библиотеке. Он поцеловал Джоанну, а когда появились Оливеры, спас ее. Затем же посмотрел ей в глаза и сказал, что без колебаний убьет, если она еще раз украдет время у человека.
– Мне не удалось ничего о нем выяснить, – вздохнула Рут. – Ни настоящего имени, ни кем были его родители, ни того, как он узнал о монстрах. Никому не известно, кто Ник такой.
В голове вновь всплыло начало сказки: «Однажды давным-давно жил юноша, которому на роду написано было убивать монстров. Величайший герой среди людей».
– Бабушка рассказывала о нем, – тихо проговорила Джоанна. – Ты разве не помнишь?
– Но… – Рут уже начала качать головой.
– Про юношу, кому судьба предначертала убивать монстров.
– Но это просто сказки, – возразила кузина. – Страшилки для маленьких детей.
Джоанна посмотрела на Аарона, который наблюдал за ней с непонятным выражением лица, и спросила:
– Помнишь татуировку у того мужчины в лабиринте? Вот в этом месте, – она прикоснулась к основанию шеи на затылке. – Чтобы монстр видел изображение, если попытается забрать время. Это предупреждение. Ты не верил в гибель отца, пока не заметил символ. И явно его узнал.
– Это была эмблема героя из легенд, – не в состоянии отвести глаз под пристальным взглядом Джоанны ответил Аарон. – Волк. – При этих словах она почувствовала, как на голове зашевелились волосы, потому что бабушка рассказывала именно об этом.