Точка Гриндиса
Шрифт:
Под ногами весело клубились бегающие пятнышки света, над головой кружила солнечная пыль, а в небе светил чуть голубоватый Раэл. По сторонам вздымались стены огненных гнезд, из которых в место фениксов рождался лучезарный свет. Перепрыгивая через сияющие канавки, ступая по следам тысячелетий, пятная светлую поверхность земли, щурясь от яркого света, я продолжал распутывать клубок Гриндиса. Огибая очередной камень, я услышал чей-то голос.
– Ты следуешь за ним?
– вопрошал он.
– За кем?
– поинтересовался я,
На камне степенно возлежал один из тех рогатых существ, встретившихся мне в катакомбах и на арене.
– Ты похож на него и, кажется, как-то связан, - изрек тот.
Ничего не ясно.
– А ты что здесь делаешь?
– спросил я, отмахивая от себя заблудившийся огонек.
– Я еще слишком мал, чтобы судить, но я видел, куда ты направляешься и мне, кажется, ты можешь помочь, - сказал он, доставая из кармана резную курительную трубку.
И вправду, какой-то он мелкий.
– Кому, в чем?
– недоуменно спросил я, потирая ладони.
– Ему, кому же еще, видимо, он в опасности, а поблизости никого нет, вот я и решил, что только ты можешь его спасти, - он закурил и добавил, - целых два цикла Раэла я следил за этим синим исполином.
– Ты можешь выражаться яснее!?
– взвился я, и тише добавил.
– Поясни, пожалуйста.
– Когда пляска миров окончилась и синий воин уничтожил бойца, я решил проследить за ним, и пошел по его следам, я отстал, путь был нелегким, отчаявшись догнать преследовавшего того, кто был ко мне добр, я остался ждать здесь.
Судя, по его словам, я довольно долго провалялся в отключке, а он пытался кому-то помочь.
– А кто был к тебе добр? И кто тот, кто одолел бойца и стал преследователем, - вновь спросил я.
– Ну какой-же ты непонятливый, - вздохнул он, - кстати, меня Рафи зовут, а тебя?
– Ронет, не томи, пожалуйста!
– Добрый что-то искал, помогал нам построить жилища, добыть еду, а сам промышлял вытягиванием из нас информации, он даже подарил мне это, - он кивнул на свою трубку, - я рассказал ему о стене горизонта и о том, что не кому еще не удавалось ее преодолеть. Это вкратце, ведь тебе следует поспешить. А убивший нашего бойца, вообще, странный субъект: весь закованный в тяжелую латную броню и с огромной косой на перевес.
Опаньки! Напоминает моего знакомого...
– В какую сторону, Рафи?
– спешно вопросил я.
– Туда, - махнул он вдоль видимой только мне ленточки моего пути.
– Сходиться, спасибо, я постараюсь ему помочь!
– воскликнул я на бегу.
– На здоровье!
– прокричал мне мигом закашлявшийся Рафи.
Получается здесь есть некто, кто скорее всего ищет путь, и жнец ордена, который движется по его следу. Но как добрый понял куда следует идти и какие следы на камнях он мог оставить? Не ясно в ясности! Я еще припустил.
Вскоре мне пришлось остановиться и не от нехватки кислорода, а из-за чего-то более серьезного. Мир заморгал
Спотыкаясь, падая, впечатывая ладони в землю, я крался вперед, шел, не взирая ни на что, плывя в красноватом тумане сомкнутых век. Красноватом? Равнина иного цвета. Странно... Двигаясь так еще примерно пол часа и совершенно от этого устав, я наконец раскрыл веки.
Оххо-хо! Светлая поверхность равнины сменилась розовато-алой, провалы бесследно исчезли, а впереди возвышалась бессмертная красная стена, над которой клубилось темное небо. Вот она - Стена Горизонта!
Я оглянулся, удивился увиденному, равнина бесследно исчезла, красный мир захватил пройденный мной путь. Но все же я разглядел маленькие очертания лазейки, по которой можно вернуться назад. След в красноте, частички реальности в красных пространствах и тянущийся вверх по стене и назад к равнине черный шлейф.
Вот как жнец прошел, по следам? Я думал только браслет способен привести кого-либо к сердцу. В голову приходит то, что жнец сначала следовал за мной, а затем потеряв меня, наверное, во время соприкосновения с таинственной ладонью, он направился по следам доброго. Или же, эти следы спровоцированы, чем-то вроде метки, наброшенной на доброго или на меня. В общем, нас обоих выследили и, по-видимому, хотят устранить. На ком-то из нас явно весит поводок, надеюсь, что все-же не на мне. Я подошел поближе и тронул стену, сердцебиения нет, значит, она либо мертва, либо очень крепко спит. Где ты, добрый?
Нехорошо выходит! Кстати, насчет нехорошего, сейчас я совсем не пользуюсь Нантисом, а мир то красный. Самое подходящее этому объяснение, в моем понимании, это то, что я уже слишком глубоко в пути, а там как раз такой - прекрасный ландшафтик.
На стену без снаряжения не взобраться, тогда как? Ага, что-то я туплю, Нантис то в режиме спячки. Изменив спектр зрения, мир преподнес некие изменения, конкретно в виде толстого впившегося в стену кровавого каната и близ лежащего рубинового крюка, и привязанной к нему веревки.
– Вот и снаряжение, - хохотнул я в слух.
Повесив крюк на пояс и обвязав себя его лентой, я по обезьяньи обхватил канат и стал покорять стену. Руки быстро уставали, ноги тоже, и я часто останавливался, вбивая крюк и придерживаясь каната, отдыхал на вису. Только вверх! Сантиметр за сантиметром, метр за метром, вверх. Стометровка? Выше! Ать-два, ать-два, ать-два - повторял я вертикальную схему альпинизма. Так, наверное, повторялось раз пятьдесят, пока над головой в конечном итоге не оказался костяной гребень ее макушки.