Точка Гриндиса
Шрифт:
Какое-то движение, словно меня взяли на руки, обман, подхвативший меня поток черноты и отчаянный вопль гелла:
– Помоги!
Унесенное в пустоту сознание померкло, скрылось в забвении, утекло в объятие вечности.
Действительность разверзлась, глаза распахнулись, пространство вырисовалось. "Сеть". Вернувшийся в мир, затеявший игру перемещений, я понял, что уже нахожусь не в огромной красной живой клетке.
В верху и по сторонам видна только сеть, громадная паутина, в которую я, похоже, влип. Верно, конечности не слушались в полной мере, а скользили в липкой субстанции. Плечо не болело, ужасный протез в виде
Но как? Где я был и как туда попал? Да и еще браслет светился, подражая Раэлу. Новая туманность в космосе моих приключений. Похоже, времени на размышления, как всегда, нет. Если спросите почему? То я вам отвечу, что приближающийся из-за спины шелест мне совсем не понравился. Я начал бултыхаться в коконе, одновременно пробивая правой рукой путь к Айрэлис, вспомнилось мое прибытие на Гриндис и та серая капсула. Тогда было тоже самое, только я мог бежать, и дракон, гнавшийся за мной, оказался не голоден, а точнее его целью был не я, вернее я и мое сознание. Тут же совсем другое!
Шуршание, казалось, прямо сейчас размозжит мне череп, звук издаваемый неведомым существом пытался высосать мозг. Трц!
– разорвались сковывающие меня путы. Бешенное сердцебиение и зашкаливший в крови адреналин сделали свое дело. Я резко подпрыгнул, словно заправский акробат, сальтом перелетел громадного паука и, воспользовавшись коленями словно они пружины, приземлился на липкий мост. Сеть оказалось огромной, великое множество серых звеньев, подвешенные над бездной мосты и чернота. Спускающиеся со второго яруса пауки и сползшая на низ паутины первая гадина шептали мне нотки отчаяния.
– Баста карапузики, кончилися танцы!
– взревел я и, вынув из ножен тень, помчался вперед.
Паучки оказались большими, но не слишком опасными, по крайней мере на первое время. Я бежал, сталкивая их в пропасть и размахивая клинком. Противные твари силились достать меня жалом, но моя чечетка и прыжки пока меня выручали. А вот когда над моей головой задвигались огромные с красными крестовинами на задницах твари, мне стало совсем не по себе.
Моля браслет о помощи и всеми силами тянувшись к казалось ставшим прояснятся очертаниям новой лазейки, мне удалось призвать свет браслета и красный подрагивающий портал. Перед тем как жуткие клешни сомкнулись на мне, я, сойдя с паутины, нырнул в почему-то ставшую синей лазейку.
Вроде все понял, но путь от меня ускользнул. Почему? Я посмотрел на затихающий уголек браслета и оглянулся. Хоть я и не знаю, как должен выглядеть путь сердца, головушка моя поняла, что я нахожусь не там. Представил же пришедшее во сне Сердце Мира! Что не так?
Сотрясшееся пространство сообщило мне о струях воды. Я оказался в какой-то клетке, повезло, что открытой, кругом дерево, доски, гамаки, лестница и заливающийся водой пол. Трещины пели водяную балладу, я судорожно соображал. Корабль! Вазирова печень, какого черта!? Скрыв негатив, я поспешил наверх по лестнице. Насчитав пять ярусов и чуть не столкнувшись носом с матросом, в конечном счете я выскочил на палубу.
Шел бой, блестели сабли, команда корабля в союзе с выпущенными из плена пиратами отбивалась от полчищ, переходящих с другого корабля скелетов. Нежить! Два сцепившихся линкора и какофония последствий. Надо рвать когти!
Разрубив по пути пару костяных головешек, я добрался до мачты, пролетевшая мимо моего лица сабля окончательно испортила мне
– думал я, взбираясь на верх. Как это все связано с сердцем? Или не связано?
Выбравшись на поперечную кость высоченной мачты, я уловил три летящий на абордажных веревках скелета. Когда они неожиданно ловко приземлились подле меня, я, не раздумывая, сшиб первого подножкой, а второго попросту разрубил пополам. Было страшно, но это не мешало мне трезво оценивать ситуацию. Еще в школе я считал, что, если меня прижмет, мои мысли как будто ускоряются и устремляются вскачь.
Да, но эта закованная в костяную броню фигура явно замедлила мою соображалку и сейчас надвигалась прямо на меня. Я пригнулся, сабля скела застрела в луче мачты. Шанс, удар, никакого толку, еще удар, еще и еще, снова и снова била Айрэлис. Когда воин нежити наконец вытащил свое оружие из дерева, обойдя его на манер танго, я воткнул тень в широкое дерево под ногами и, сделав прекрасно выверенную подсечку, отправил скелета в полет. Можете попрощаться с значительно упрощенным пособием по анатомии человека. Стресс усиливает рефлекс? Не знаю, правда или нет, но в моем случае скорее да, чем нет.
ВВЕРХ! Работая руками и ногами, я лез к небу. Надежда моя была зациклена на моем первом пути - дереве и находящимся с верху выходе из него. Вылезая на смотровую бочку, я вспомнил, что тогда поменяло созданный мною портал. Закралась мысль о воде! Но не так же много! Зачем мне целый океан? Нужно сосредоточиться и войти в режим единения с браслетом.
Не обращая внимания на полностью захваченный тварями корабль, и полчища подымающейся ко мне нежити, я постарался представить себе кристалл, служивший сердцем этого мира. Увидев искомое и услышав его биение, я ухватился за образ и потянул. Странно, но двигался не я, двигалось видение, страх посилился в сознании, когда я понял, что отдаляюсь. ЕЩЕ КРЕПЧЕ, ДЕРЖИСЬ! Путь Сердца плыл перед глазами, отчаяние звало меня к себе в гости, а надежда шептала о начале пути.
Ведь правда, мне нужно начало, а не конец, и я не отдаляюсь от цели, а плыву по течению в ее начало. Спираль пути отдаляясь не уменьшалась, а росла в размерах, тянущиеся вокруг нее полоски звезд щекотали глаза, а звук бьющегося сердца стихал. Канонада умолкла, стоявший на периферии сознания мир корабля угас, ласковые тени унесли меня с тонущей вселенной.
Причалив к пути, словно сквозь вселенную посмотрел я на слепящую глаза огненно-красную спираль. Окружавший ее млечный путь будто сковывал заточенную в центре алую фигуру. Томящийся в бездне миров Путь Сердца и мерцающие пение свечей галактики. Могущество этого места словно само сподвигло меня на шаг, подтолкнуло в пропасть.
Падение указало мне путь в пучины кровавой реки, дна которой мне не было суждено коснуться. Подхвативший меня поток уволок в даль, милость течения вытащила меня на воздух, а хлесткие пощечины водорослей привели в чувство.
Прислушавшись к грации красного потока, я понял, что скоро это все прекратится. Приближение к кровавопаду ясно намекнуло о неминуемой гибели. Странное всепоглощающее спокойствие, исходившее из браслета и цвет, которым он обладал заставляли забыть обо всем и просто соскользнуть вниз.