ТКС. Книга вторая
Шрифт:
Мы тяжело дышали и молча буравили друг друга мрачными взглядами.
– Ты в очередной раз удивила меня, Данимира, - произнёс наконец уже ровным голосом Кайлеан. Его сжатая в кулак ладонь разжалась, по столу рассыпался жемчуг из моего порванного ожерелья.
Таким же ровным голосом я отвечала:
– По части умения удивлять ты вне конкуренции. Впереди планеты всей.
– Я стала собирать жемчужины по одной и аккуратно складывать в органайзер.
– Ну что, Кайлеан Георгиевич… карты на стол? Информация в обмен на информацию.
Он
– Там нет места, - холодно сказала я.
– Где?
– На моих ушах. Ты же прикидываешь, не поместится ли там ещё немного лапши? Нет, не поместится.
Он шевельнул плечом.
– Лапша, уши… не понимаю… - Он встал, прошёл к небольшому холодильнику в угу, достал оттуда бутылку с водой и стакан. Налил в стакан воды и поставил передо мной. Потом вздохнул, как-то скривился и нехотя сказал: - Хорошо, что ты хочешь узнать?
– Что с моими родителями? С ними всё в порядке?
– Вероятней всего - нет, не в порядке.
Моё сердце ухнуло вниз.
– С чего ты так решил?
– С того, что я отправил человека на твою родину, в посёлок, где ты живёшь. Ему надо было просто покрутиться вокруг, понаблюдать, оценить обстановку, заметить какие-нибудь отклонения в магическом фоне… в общем, предоставить данные, по которым я смог бы определить степень опасности, угрожающей тебе. Мой человек исчез. Он больше не выходит на связь.
– Он мог исчезнуть по другим причинам. Видишь ли… я живу в другом Оленегорске… не в том, который на карте… у нас чужак не может покрутиться просто так.
– Твой отец - Шергин Андрей Сергеевич, директор Оленегорского Опытного завода, приписанного к Имперскому Министерству обороны. Завод расположен в закрытой зоне магического Гольфстрима. Это учитывалось. И тот человек был одним из двух. В твоём Оленегорске, Данимира, сгинуло двое моих людей.
– Я хочу домой.
Кайлеан вперил в меня тяжёлый взгляд.
– А ты понимаешь, что, возможно, тебе некуда возвращаться?
– Я всё равно хочу домой. Мне надо узнать, что там происходит. Теперь… что с моим происхождением? Насколько понимаю, дело в моей матери?
Он задумался, потом поднялся.
– Пойдём. Тебе надо кое-что услышать.
И тут я вспомнила.
– Стой! За что ты пытаешь того парня?
Он изумился:
– Кого я пытаю?
– Не ври мне, я его видела! Здесь, рядом, подвешенного, всего в паутине!
Недоумение в его глазах сменилось пониманием.
– А-а-а… так я у тебя пыточных дел мастер…
– Да уж не ангел с крыльями.
– И мстительно добавила: - Ради своих целей ты на что угодно пойдёшь.
Он хмуро бросил:
– Идём.
– И вышел, не оборачиваясь.
Я последовала за ним, что мне ещё оставалось…
Идти было недалеко. Кайлеан привёл меня как раз к двери той камеры, где висел распятый человек по имени Макс. Он кивнул на дверь и сказал:
– Показывай, как ты это делаешь.
Надоели враньё, недомолвки
Дверь послушно отворилась.
По расширившимся на мгновение глазам Кайлеана я поняла, что лёгкость, с которой была снята его защита, произвела на него впечатление. Но неужели он думал, что я блесну виртуозными пассами и изощренными заклинаниями?
Когда мы вошли, узник приподнял голову, его взгляд не сразу, но сфокусировался на Кайлеане и улыбка вновь появилась на измождённом лице.
– Кайл, дружище, - хрипло проговорил Макс, - ты вовремя. Ещё немного - и я чокнусь в твоём треклятом гамаке. Дай хоть чуть-чуть постоять на твёрдом полу.
– Максик, - с ласковой насмешливостью отвечал Кайлеан, - да ведь ты родился чокнутым, так что никакой треклятый гамак тебе не повредит. Впрочем, хочешь познать прелести жизни простолюдина - давай, вперёд, заземляйся.
Облегчение хлынуло в мою душу: он не мучил этого человека, тут было что-то другое. Наверное, я не была создана для больших страстей, потому что чувство облегчения смешалось с тревогой за судьбу родителей, эмоции перепутались и слёзы вдруг покатились по щекам.
Я отвернулась.
– Эй, твоя девушка плачет?
– спросил Макс.
– Что случилось?
– встревожился Кайлеан.
– Данимира, что с тобой?
– Ты не мучитель… - сдавленно пробормотала я.
Кайлеан моргнул.
– Ты плачешь, потому что я не мучитель? А тебе хотелось, чтоб я им был?
– Нет. Я радуюсь тому, что ты обычный обманщик.
– И на том спасибо… - пробормотал он и пальцами стер мои слёзы, затем вернулся к паутине и принялся менять её рисунок. Какие-то нити он подтянул, какие-то ослабил, в результате его манипуляций Макс смог принять сидячее положение.
– Вот оно, счастье-то… - сообщил порозовевший Макс. Он потянулся, скрестил ноги на восточный манер и теперь напоминал статую Будды, парящую в воздухе в ореоле силовых линий.
– Никогда не думал, что так обрадуюсь возможности просто посидеть.
– Данимира, позволь представить тебе моего лучшего друга Максимилиана Иниго. Наша дружба началась наилучшим образом - с детской драки. Вообрази, кто-то осмелился полезть на меня с кулаками! Представляешь моё изумление - обычно-то все в обморок падали, стоило лишь мне бровью повести. Разумеется, был впечатлён. Решил, что эдакая безбашенность дорогого стоит… и не ошибся. Не мог познакомить вас раньше - Макс отправился на разведку в тот же день, как я вернулся. Надо было найти объяснение твоему необыкновенному сходству с правительницей Илгалеей. Нужные сведения он добыл… и даже сверх того… однако Илгалея рьяно оберегает свой секрет. Перед самым возвращением на Макса напали, ему удалось вырваться, но вернулся он из Аннмории в состоянии полного магического истощения. Уровень истощения приближался к критическому, Максу грозило навеки остаться простолюдином.