ТКС-2
Шрифт:
— Всамделишный?
— Всамделишней не бывает.
— Что тогда не в порядке?
— Мама их семью знает и не любит. Считает, что у них руки загребущие.
Отец взглянул наверх.
— Хм-м… Лара обычно бывает права. И, кстати, факты не противоречат её мнению. Пойду, сам взгляну на зятюшку.
Пойду сам взгляну на зятюшку и на его загребущие руки. Ишь, — проворчал он, — стоило отвернуться на годик-полтора, как недоучившегося ребёнка тут же замуж затащили…
— Не затащили! Я сама! — горячо возразила я, про себя подумав: ну-у-у… не то чтобы затаскивали, но, пожалуй, методично подталкивали в нужном
По правде говоря, реакции отца я опасалась больше. Не смотря на заверение в демократичности, высказанное беспечным тоном. Я полагала, маме будет достаточно осознать, как сильно я люблю Кайлеана, чтобы принять моё замужество. В конце концов, история наследной принцессы, бросившей трон ради безродного пришельца из чужого измерения, позволяла на это надеяться. С папой всё было сложнее. С тех пор как лица противоположного пола начали оказывать мне усиленные знаки внимания, любой кандидат на моё сердце неизменно подвергался отцовской критике. На ухажёров родитель взирал с взыскательным видом генерала, перед которым выстроилась шеренга салаг-новобранцев… у одного сапоги нечищеные, на другом пилотка криво сидит. Для него единственная дочь сверкала бриллиантом чистой воды, и ни один смертный не был достоин эдакой драгоценности. Ведьмы, называвшие меня «папиной принцессой», на самом деле попали в точку.
— Па-а-ап… — Я сдвинула брови и притопнула ногой. — Ты не будешь третировать моего мужа, ни сейчас, ни потом. Как бы тебе этого не хотелось. Предупреждаю сразу, Кайлеан — сложная личность и временами сказывается его адское воспитание… но с этим я разберусь сама. Иди и помоги Кайлеану, как он помог мне, тебе и маме.
Папа ухмыльнулся.
— А некромант-то, небось, воображает, что кроткую голубку заполучил… Х-хех… Ох, навьёт из него ещё верёвок Данька Шергина!.. — Его ухмылка стала ещё злорадней. — А вот нечего было ручонками загребать.
— Па-а-ап… — снова грозно сказала я.
— Ладно-ладно, шучу я… пошучиваю… Что ещё остаётся делать отцу взрослой дочери… древнему старикашке… — нарочито закряхтел папа… тот, кого неизменно провожали заинтересованными взглядами дамы всех возрастов.
Он сосредоточенно смотрел вверх и вдруг замерцал, то исчезая, то появляясь, а затем пропал в одно мгновение.
Я осталась в одиночестве.
Вначале я присела на камень, поросший мхом, велела себе не дёргаться и терпеливо дожидаться завершения битвы. Если маме удаётся удерживать вдалеке от сражения Илгалею, то сейчас трём сильным магам по сути противостоит один Мортен. Кайлеан говорил, что Леар с Арабеллой не бог весть какого уровня; насколько я помнила, Анна тоже не блистала талантами. Вот только Люда была по-настоящему сильна, созданная ею магическая среда поражала устойчивостью и обширным распространением… проклятый туман! Сколько я не прислушивалась, сколько не вглядывалась, непроницаемое белесое марево не пропускало ничего.
Моего спокойствия хватило ненадолго… вскоре я вскочила и забегала по кругу, то и дело поглядывая наверх. Для полноты картины не хватало только зонта и попискивания «кажется, дождь начинается… кажется, дождь начинается». И как раз тогда, когда я в очередной раз таращилась на купол, сверху вдруг обрушилось тело, угодив точно в защитную расщелину.
Фонтан огненных брызг
Страдальчески сморщившись, я глядела, как ведьма Анна, с которой облезает плоть, нечеловечески рыча, пытается выбраться на сушу, а лава затягивает её обратно.
— Данимира-а… Помоги-и-и… — провыла Анна, царапая землю и оставляя в ней глубокие борозды.
Я как зачарованная шагнула вперёд, но сразу несколько лавовых языков обхватили Анну и утянули с головой. А один вытянулся, изобразил нечто вроде конечности и, погрозив мне указательным пальцем, растворился в своей стихии.
Ещё пару раз над поверхностью показался череп — лишённый кожи, с белыми шарами глаз — пробулькал что-то нечленораздельное, и всё стихло. Только рой чёрных пчёл взмыл над расщелиной и тут же осыпался вниз сухой золой.
— Это за Женьку… — пробормотала я пересохшими губами… пришлось напомнить самой себе, чтобы избавиться от острой жалости к ушедшей.
Теперь из всего ковена в живых оставалась одна Люда, ей смерти я не желала тем более. Наказания — может быть. Но не смерти. Скорей всего погодница присутствовала при том, как Женю подталкивали к краю крыши, но вряд ли её это забавляло так же, как остальных ведьм. Люда всегда держалась отстранённо. Она была мрачноватой, замкнутой, по-настоящему увлечённой своим делом… и, как теперь можно было понять, лицезря волшебный туман, очень способной. Чем же прельстил её Мортен, заманивая в ковен?
…А потом по туману прокатилась судорога, будто он был живым существом, плотная пелена начала редеть, свиваясь в замысловатые струи, таявшие как сигаретный дым. Сквозь рассеивающуюся муть засверкали вспышки и стали видны тёмные фигуры, вычерчивающие в вышине смертельный танец.
И одна из фигур падала — падала странно, рывками… будто кто-то дёргал за ниточки, пытаясь удержать в воздухе свою марионетку.
Туман рассеивался… значит, кому-то удалось добраться до Людмилы… это она падает в ту же расщелину, в которой сгинула Анна. Мортен за неё борется… но затем Люда стремительно полетела вниз и я тихонько вскрикнула:
— Не надо…
И, словно кто-то услышал, когда я уже в оцепенении ждала повторения страшной сцены утопления в лаве, падающее тело вдруг изменило свою траекторию словно от невидимого толчка. Люда упала на землю и, прокатившись кубарем, затихла.
Я бросилась к ней.
Ведьма лежала на спине с закрытыми глазами, раскинув руки… из её груди торчало тонкое древко с алым оперением. Перья мелко вибрировали и казались полуразмытыми — магия создала это оружие… не то копьё, не то стрелу, и моим первым побуждением было извлечь древко … но потом я испугалась. Откуда-то я помнила, что в таких случаях, удалив инородный предмет можно спровоцировать сильное кровотечение.
Люда приоткрыла глаза и с трудом проговорила:
— Пришпилили… как бабочку… копьё на полметра в гранит вошло… не трожь… всё равно не вынешь…
— Ты потерпи, — сказала я неловко. — Всё закончится… и тебе помогут.
Люда издала хриплый смешок и закашлялась.
— Всё закончится, и я закончусь.
С таким настроем помощи можно было и не дождаться. Я постаралась произнести как можно убедительней:
— Послушай… Я поговорю с Кайлеаном. Он мне не откажет. Райских кущ не обещаю, но выжить тебе помогут.