Тирамису

Черногорская Ксения

– Ты напрасно смеёшься, - улыбается Артур.
– Первое высшее у меня - как раз психфак.

– Надо же, - говорю я.
– А второе?

– Эконом, - смеётся Артур.

– Ну, это предсказуемо да. Но мы отвлеклись. Ну и почему, я, по-твоему, это сделала?

– Сложно сказать, - говорит он.
– Я же тебя очень плохо знаю. Позлить меня ты явно хотела, но ты могла позвонить и наговорить гадостей. Или написать. А ты сфоткала голую себя. А потом прислала мне. При этом надела на голову бумажный пакет.

– Слушай, - морщусь я, - я не уверена, что

хочу это обсуждать.

Официантка приносит заказ и пока она расставляет перед нами тарелки, мы молчим. Она желает нам приятного аппетита, уходит и я говорю:

– Давай лучше есть. Приятного аппетита!

– Приятного, - улыбнувшись, говорит Артур.
– Однако одно другому не мешает. В общем, я думаю, что действительная причина, по которой ты прислала мне эту фотку - ты хотела, чтобы я увидел тебя голой. А поскольку ты себя за это осуждаешь, даже, возможно, толком не отдавая себе в этом отчёт, ты оформила это, как некий протест. Но в нём на самом деле не было нужды. Ты могла мне ничего не отправлять и мы бы просто больше не увиделись.

– Артур, - прожевав маслинку, говорю я.
– У меня до тебя была нормальная, устаканившаяся жизнь. В ней изо дня в день всё стабильно шло своим чередом. У меня был парень, с которым мы жили вместе уже не первый год, работа, которая меня кормила и которая предоставляла мне хорошие возможности для карьерного роста, и я уже была на пороге того, чтобы возглавить филиал. Заместителем креативного директора я стала совсем недавно и тот проект, который мы с тобой обсуждали - был моим первым самостоятельным проектом. И уверяю тебя, Артур, я сделала бы всё для того, чтобы выставка эта прошла на ура. Чтобы всё было оформлено и организовано по высшему классу. Чтобы ты после завершения сотрудничества с нами, отозвался обо мне, как об очень внимательном к нуждам клиента и очень ответственном организаторе и исполнителе. Но ты, Артур, стал настаивать на том, чтобы я - живущая с мужчиной гражданским браком женщина - разделась по твоей прихоти. Типа я так работать над твоей выставкой лучше стану. Ты поставил ультиматум и вынудил меня обсудить это со своим парнем.

– И что он сказал?
– чуть наклонив голову набок, спросил Артур.

И снова бирюзовые, сумасшедше красивые глаза его, смеялись.

– Он рассердился.

– Почему?

– А ты бы не рассердился на его месте?
– прищурившись, спросила я.

– Я не могу ответить на твой вопрос, - говорит Артур.

– Почему?

Он пожимает плечами:

– Потому что я не завожу серьёзных отношений. И ситуация в которой ты оказалась - для меня чистая теория.

Хм. Взглядываюсь в его глаза и понимаю, что он не шутит. По крайней мере, впечатления, что он прикалывается, у меня точно нет.

– Ну, хорошо, - говорю я, - а в теории?

– А смысл теоретизировать? Я не прикипаю к женщинам. Вообще никак. И в целом мне всё равно, оголяются перед кем-то женщины с которыми я спал, или нет. Я оцениваю это только с позиции эстетики и сексуального возбуждения. Всё. Но сам факт того, что твой молодой человек тебе что-то запрещает на основании

своей ревности, для меня странен.

Хм. Хм-хм. Я, честно говоря, немножко растеряна. Даже про еду забыла. Навёрстываю, пока не знаю, что ему ответить. Но слов так и не нахожу. Поэтому немного увожу тему разговора в сторону:

– Могу я задать тебе личный вопрос?

– Да, конечно, - отвечает он.
– Задавай.

– У тебя было много женщин?

– Не могу ответить на этот вопрос, - снова совершенно серьёзно говорит он.

– Почему?
– спрашиваю я.

– Я не помню.

Мммдаааа. Это ж сколько ж их было?! Сосредоточенно жую.

Похоже моя реакция его позабавила, потому что когда я поглядываю на него, вижу, что он легонько - и очень обаятельно!
– улыбается.

– Наверное, много, - говорю я.

– Слушай, а чего ты хотела?
– хмыкает он.
– У меня куча денег и я вроде не урод.

– Ты ведёшь себя, как павлин, - щуря глаза, говорю я.
– Выпендрёжник.

– Вовсе нет, - качает он головой.
– Я тебе просто говорю, как есть.

– Мог бы быть и поскромнее, - говорю я.

Он ухмыляется и пристально, с улыбкой, на меня смотрит - мне аж неловко. Глядя в тарелку с остатками салата, жую изо всех сил.

– Слушай, а продолжение где?
– спрашивает он.

– Какое продолжение?
– поднимаю я на него взгляд.

– Ну, ты остановилась на том, что твой парень рассердился.

– А, ты про это, - машу рукой я.
– Да и воообще и хрен с ним.

– В смысле?
– оживляется Артур.

Смотрит на меня и смеётся.

Выпрямляюсь, кладу вилку на пустую белую тарелку, вздыхаю, и говорю:

– Мы расстались.

– Из-за моего предложения сняться обнажённой для моей выставки?
– удивляется Артур.

– Нет, - говорю я.
– Из-за его измены.

Сама не знаю, зачем я ему это всё рассказываю. Но если честно - он очень располагает к доверительным беседам. Нет чувства, что он будет насмехаться или пытаться обидеть.

– Неприятная штука, да, - говорит он, а потом, добавляет: - Наверное.

– Тебе не изменяли?
– спрашиваю я и тут же спохватываюсь: - Ах да, у тебя же не было серьёзных отношений...

– По твоему любые серьёзные отношения ведут к измене?

– Я так не сказала, - говорю я.
– Но если у тебя серьёзных отношений нет, то нет и измен.

– Соображаешь, - усмехается он.
– И вот если не хочешь снова ощутить боль измены, можно защититься отсутствием серьёзных отношений.

– Да, наверное...
– говорю я. А потом спрашиваю, внимательно глядя в его прекрасные глаза: - А если влюбишься?

Разливая чай по чашкам, он говорит:

– Ну, давай так. Расскажи мне о своих влюблённостях. Как они происходили. И особенно меня интересует твой роман с парнем, с которым ты рассталась на днях.

– Вчера, - строго уточняю я.

– А, не суть, - говорит он.

– А зачем тебе это надо?

– А мы тебе кортизол на серотонин с дофамином поменяем.

– Че-го?
– не понимаю я.