Теснина
Шрифт:
– Ну что ж, отлично, рад слышать, что он помог вам. Уверен, что и вдове будет приятно.
– Ладно, передавай ей привет. Да, слушай, Гарри, ты, говорят, возвращаешься?
Такого вопроса я ждал меньше всего. Думал, Тим спросит, зачем я на самом деле роюсь в бумагах Терри.
– О чем это ты?
– Ты что, не слышал о трехлетнем сроке, который ввел нынешний босс?
– Да нет, что за срок такой?
– Он на каждом углу кричит, что за последние годы мы потеряли слишком много классных парней. Скандалы, разговоры,
По голосу я почувствовал, что Тим улыбается.
– Три года, говоришь?
– Ну да. А ты сколько не у дел, два с половиной?
– Около того.
– Ну вот, стало быть, подходишь. Подумай. Занялся бы у нас «висяками». Их тысяч семь набралось, так что выбор о-го-го.
Я промолчал. А может, молнией мелькнула мысль, в самом деле вернуться? О минусах я сейчас не думал, соображал только, каково это – снова получить жетон.
– Впрочем, в жизни отставника тоже, наверное, есть свои радости. Словом, смотри. Что-нибудь еще, Гарри?
– Да нет, приятель, большое спасибо. Извини, что отнял столько времени.
– Ну о чем ты! И все-таки подумай о трехлетнем сроке. Для тебя дело всегда найдется – здесь ли, в Голливуде ли, да где угодно.
– Ладно, спасибо. Непременно подумаю.
Я отключился и, в окружении призраков, некогда преследовавших моего друга, погрузился в собственные мысли. Я грезил о возвращении. О семи тысячах голосов, взывающих из могилы и не находящих ответа. Семь тысяч – как ни вглядывайся, на ночном небе столько звезд не увидишь.
Не успел я положить мобильник в карман, как он ожил. Пронзительный звук вывел меня из транса. Наверное, Марция звонит, хочет сказать, что трехлетка – дружеский розыгрыш. Но это оказалась Грасиэла.
– Увидела свет на яхте, вот и решила позвонить, – сказала она. – Вы все еще там?
– Ну да.
– А что так поздно? Вы ведь последний паром пропустили.
– А я и не собирался назад. Хочу сегодня покончить со всеми делами. Кстати, нам бы с вами переговорить.
– Всегда к вашим услугам. Завтра я не работаю. Паковаться буду.
– Паковаться?
– Мы возвращаемся на материк. Будем жить в Нортридже. Меня берут на старое место, в Красном Кресте.
– Это вы из-за Рэймонда переезжаете?
– Из-за Рэймонда? О чем это вы?
– Да так, я слышал, что мальчику не особенно нравится жить на острове.
– Это верно, друзей у него здесь немного. Как-то не складывается компания. Но дело не в Рэймонде, по крайней мере не только в нем. Мне самой хочется назад. Давно тянуло, Терри еще был жив. Да я уж говорила вам.
– Да-да, припоминаю.
– Вам что-нибудь нужно? – Грасиэла переменила тему. – Как там с едой?
– Да нашел
– Там же сплошное старье! – брезгливо фыркнула Грасиэла. – Прежде чем есть, обязательно проверьте срок годности.
– Ладно.
Грасиэла помолчала и задала вопрос, ради которого, собственно, и позвонила:
– Что-нибудь удалось найти?
– Да, есть кое-что интересное. Но чтобы явная зацепка, – пожалуй, нет. Пока нет.
Я подумал о мужчине в бейсболке. Уж он-то точно появился неспроста, но сейчас мне не хотелось говорить о нем с Грасиэлой. Надо побольше узнать.
– Ну что ж, держите меня в курсе, хорошо?
– Разумеется.
– Ладно, Гарри, до завтра. Вы где остановитесь – в гостинице или на яхте?
– Да лучше бы на яхте, если вы, конечно, не против.
– С чего бы? Пусть будет так, как удобнее вам.
– Спасибо. Можно вопрос?
– Естественно.
– Вы говорили, что паковаться собираетесь, и вот о чем я подумал. Вы часто ездите на материк? Ну, за покупками, в ресторан, с семьей повидаться?
– Обычно раз в месяц. Если только какая-то особая нужда не возникнет.
– А детей с собой берете?
– Как правило, да. Пусть привыкают к городской жизни. Знаете, когда живешь на острове, где вместо машин электромобили, как в гольф-клубе, и все знают всех… Трудно перебираться на материк вот так, в одночасье. Мне хотелось подготовить ребят к переезду.
– Что ж, все правильно. А какой торговый центр ближе всего к парому?
– Какой самый близкий, не знаю, я всегда езжу в «Променад». Знаю, есть и поближе – например, на Фокс-Хиллз, но мне нравится этот. Там хороший выбор, да и недорого. Если повезет, встретишься с приятельницами из Долины, поболтать всегда приятно.
И наблюдать удобно, подумал я.
– Ясно, – сказал я, хотя особой ясности и не было. – Еще одно. Тут у меня со светом неважно. Батареи, похоже, выдыхаются. Не знаете, перезарядить их можно?
– А Бадди вы не спрашивали?
– Нет, когда он был здесь, я не знал о такой напасти.
– Увы, Гарри, боюсь, это не по моей части. Там вроде должен быть генератор, но где именно, понятия не имею.
– Ладно, не беспокойтесь. Позвоню Бадди. Счастливо! Поработаю, пока хоть что-то видно.
Я отключился, записал название торгового центра и вышел из каюты. Переходя из помещения в помещение, везде, кроме кабинета, выключил свет, чтобы сберечь хоть немного энергии. Покончив с этим, я позвонил Бадди. Тот откликнулся сонным голосом.
– Привет, просыпайтесь. Это Гарри Босх.
– Кто-кто? А-а, это вы. Что-нибудь случилось?
– Мне нужна ваша помощь. На яхте есть генератор или что-нибудь в этом роде? Темновато становится. Батареи вот-вот совсем сядут.
– Ничего удивительного, если повсюду иллюминацию устраивать. Странно, что еще работают.