Терн

Перумов Ник

– Дхуссов я знаю, это верно. Значит, отработаешь? Кля– нёшься в том высокой Моррой-прародительницей? Ашанго хен дабрио Морра?

– Дабрио-са Морра-ха ашанго, – спокойно и отчётливо проговорил Тёрн.

– Славно, славно, – потёр руки Ксарбирус. – Что ж, с одним делом покончили, хотя, быть может, попрошу я тебя предоставить ещё одну гарантию…

– Я готов, мэтр, – дхусс пожал плечами.

– Ну, раз готов, то давай-ка всё-таки сделаем так, чтобы я не волновался, – хмыкнул алхимик. –

Вот, надень.

– Ошейник? – поморщился Тёрн. – Не слишком вы изобретательны, мэтр.

– Может, и не изобретателен, зато в нём две скляницы с ядом, – хихикнул травник, – и они раскроются, если ты не придёшь ко мне обновить перемычку, медленно разъедаемую кислотой.

Трувор что-то возмущённо прорычал.

– Доверяй, но проверяй, – ухмыльнулся мэтр, протягивая Тёрну толстый металлический ошейник. – Смотри, дхусс, чтобы не думал, что я блефую. Открываем… здесь и здесь. Берем каплю моего снадобья… поместим на… ну хотя бы на этот обрывок кожи. Ну, что наблюдаем? – самодовольно закончил алхимик.

Наблюдали они, как и следовало ожидать, мгновенное обращение в чёрный пепел от одной-единственной капли внушительного куска толстой, грубо выделанной кожи тягуна.

– Окажите помощь, мэтр, – негромко, но настойчиво проговорил Тёрн.

– Сначала – ошейник, – самодовольно подбоченился алхимик.

– Может, мы сперва всё же принесём сюда пострадавшую?

– А… да. Ну, хорошо, раз ты всё-таки не с улицы, а при рекомендациях. Можешь показать мне письмо, кстати. И поспешайте, ноги в руки. Да помните, что я сказал: чтобы вас никто не видел. Понятно? Давай рекомендацию, почтенный дхусс.

Тёрн повёл ладонью над опоясывавшей чресла повязкой; словно бы ниоткуда появился небольшой аккуратный свиток тёмной кожи, скрепленный белой с золотом печатью.

Мэтр Ксарбирус бегло взглянул на письмо одним глазом, хитро прищурив другой.

– Вот даже как. Отсюда вижу, рекомендатель не из простых. Трувор! Друг мой, окажи честь, постой на крылечке, посмотри, чтобы никто возле окон не крутился. Надеюсь на тебя, доблестный клосс.

– Завсегда пожалуйста, мэтр, – кивнул простодушный тролль. – Нешто я неразумный какой? Тайная беседа, тут и понимать нечего! Не извольте беспокоиться, мимо меня и мышь не проскочит!

– Клоссы… – проворчал алхимик, когда за Трувором закрылась тяжёлая дверь. – Ну, достопочтенный, давай послание. Что высокоучёный Шелдари велел передать на словах? И, кстати, как ты с ним познакомился? Что-то серьёз– ное привело тебя в наши края, раз ты не поленился проделать путь через всю Державу Навсинай от славного Решама. Как, «Три золотых павлина» всё ещё открыты? И держит их по-прежнему толстяк Фракасс?

Губы дхусса чуть дрогнули.

– В городе Решам нет ни таверны, ни корчмы, ни постоялого двора, ни даже борделя с таким названием, достопочтенный мэтр Ксарбирус. Толстый Фракасс и впрямь держит заведение, но не в Решаме, а куда восточнее, в Драллексе. А «Три золотых павлина» и вовсе в другом месте, западнее Решама, в порту Самалеви. Я рассеял ваши подозрения, многомудрый?

– Всё

правильно, всё правильно, – Ксарбирус и глазом не моргнул. – Не каждый день ко мне в лавку стучится дхусс с письмом от старого друга и однокашника… Но ты так и не ответил на другой вопрос.

– Как мы познакомились с почтенным Шелдари? Уважаемый чародей, как встарь, держит в Решаме лавку магических диковинок. А поскольку это последний свободный порт к западу от Державы Навсинай, именно туда я и прибыл. Всё очень просто, досточтимый доктор.

– Откуда прибыл, дхусс? Ты, как я посмотрю, изрядный путешественник.

– Да простит меня уважаемый мэтр, однако место, откуда я прибыл, должно остаться скрытым.

– Скрытым? – фыркнул алхимик. – О времена, о нравы. Никто никому не доверяет. Даже те, кто приходит ко мне с рекомендательными письмами от некогда высоко чтимых волшебников. Что ж, можешь не рассказывать. Но всё же, что тебе велели передать мне на словах?

– «Он будет задавать много вопросов, – чуть улыбнулся Тёрн. – Ты ответишь на них лучше меня, Ксарбити».

– Надо же, – сощурился Ксарбирус. – Ты и впрямь явился сюда подготовленным. Во всяком случае, зная моё прозвище из студиозусных времён. Что ж, поверю тебе, дхусс. Но вопрос и разговоры – я так понимаю, потом, а сейчас требуется, чтобы я излечил твою подружку, бывшую Гончую?

Лицо Тёрна закаменело.

– Она не моя подружка, высокоучёный мэтр Ксарбирус. Я оказываю ей помощь, как оказал бы любому другому.

– Будет сказки-то рассказывать, – отмахнулся тощий алхимик. – Ладно, не теряй времени даром.

Тёрн только кивнул и быстро вышел из лавки. Трувор кинулся за ним.

– Ты что?! Ты что, брат-дхусс?! Что делаешь? Ошейник наденешь? Служить ему станешь? Он же точно тебя заставит такое… такое сделать, что…

Тёрн улыбнулся:

– Пусть себе, брат-тролль. Пусть. И не таких видывали.

– Идём, помогу, – вызвался клосс.

– Спасибо, брат. Вот только…

– Что «только»?

– У меня не только Гончая. С нами ещё и сидха.

– Что-о? – проревел тролль, замирая посреди улицы, точно та самая скала, кою, по преданию, некогда метнул владыка морей Левиафан в парящего над облаками Грифона, не попал, и скала рухнула посреди пустыни, замерев там навеки. – Сидха?! С честным дхуссом?!

– Понимаю, ваши племена враждуют со времён Семи Зверей. Но, брат Трувор…

– Не называй меня братом! Кто водит дружбу с сидхами, тот… тот сам сидха!

Тёрн только печально улыбнулся:

– Твоя вольная воля, Трувор. Спасибо за помощь.

– Аррргх! – только и прорычал в ответ тролль, бросаясь прочь.

Дхусс вздохнул, потом тряхнул головой, словно отгоняя навязчивую мысль, и быстро зашагал к городским воротам. Двое стражников-маэдов проводили его злобными взглядами, но сказать ничего не осмелились.

– Всё в порядке, – появился Тёрн перед ожидавшими его спутниками. – Несём её в город.

– Досточтимый нашёл рекомого травознатца Ксарбируса, опытного в ядолечении? – обрадовался Кройон.