Теперь ты моя
Шрифт:
Мы оба молчали, но тишина была комфортной.
— Все это на самом деле? — прошептала Кора мне в грудь, и я обнял ее крепче. — Ксавьер, ты на самом деле здесь?
У нее дрожал голос, и я знал, что она, вероятно, плакала. Я сам был на грани слез.
Я не знал, как долго держал ее в своих руках, секунды, минуты, черт, возможно, часы. Кора отступила первой, но я не хотел отпускать. Я сверху вниз посмотрел на ее влажные щеки. Потянувшись, я вытер капли, желая поднести их ко рту и попробовать, впитать в себя.
— Ты
— Я действительно здесь.
Тогда я снова притянул ее в объятия, желая целовать до потери пульса, но понимая, что нужно замедлиться. Сначала следовало потрудиться, признаться в своих чувствах и сказать Коре, что от любви к ней я едва мог дышать.
Мне предстояло сделать столь многое, но у нас было все время в мире.
Кора
Я смеялась над какими-то словами Ксавьера и никак не могла поверить, что он сидел прямо напротив меня. Если бы я захотела, могла бы потянуться и провести пальцем по щетине на его щеке, упиваясь тем, что он был здесь собственной персоной.
Казалось, прошла целая жизнь с тех пор, как мы разговаривали лично. Наши письма были для меня спасательным кругом. Но они не могли сравниться с тем, чтобы находиться близко к Ксавьеру, слушать его низкий голос и вдыхать мужской аромат с древесными нотами.
— Я все еще не могу поверить, что ты здесь во плоти, — я покраснела, в основном потому, что хотела видеть его «во плоти» менее невинным образом, чем упомянула.
Я не могла сосчитать, сколько раз за последние годы представляла нас в постели, чтобы он прижимался ко мне своим большим телом, и моя рука утопала в его большой ладони.
Я до сих пор помнила, как он водил пальцем по моему плечу и шептал, что все будет хорошо. Ксавьер обещал всегда защищать меня и беречь. Что он и делал. И намного больше.
— Я здесь. И больше никуда не уйду, — сказал он с такой решимостью, что я прочувствовала ее всем своим существом.
Я склонила голову, и несколько прядей упало на мое лицо, частично закрывая обзор на Ксавьера. Мы сидели в пекарне перед тарелками с наполовину съеденными пончиками и чашками кофе, над которыми поднимался пар. Я слышала, как Карли помогала какому-то клиенту, а Меган — одна из наших сотрудниц — варила эспрессо.
— Позволь мне пригласить тебя куда-нибудь сегодня вечером, — сказал Ксавьер. Подняв взгляд, я увидела, что он улыбался мне. — Позволь угостить тебя ужином, сводить в кино. Мне все равно. Просто давай сходим куда-нибудь, где будем только мы.
Мое сердце загрохотало в груди, а в животе запорхали бабочки. Слова любви крутились у меня на языке, и я открыла рот, чтобы произнести их. Но тут же его закрыла, поскольку время было неподходящим.
«И все
Конечно, сама судьба намекала мне. Ксавьер только что объявился здесь, устроив мне сюрприз всей моей жизни. А я лишь думала о своем заветном желании и жалела, что не рассказала о нем годы назад. Если все происходящее не было огромной неоновой вывеской, призывавшей меня быть честной и открытой, то я не знала, как еще это воспринимать.
— С удовольствием, — наконец ответила я.
Ксавьер улыбнулся еще шире, сверкнув ровными белыми зубами и неприкрыто радуясь моему согласию. Я сжала руки на коленях под столом, где он не мог их увидеть. Они дрожали от нервозности, вызванной моими планами на предстоящий вечер. Но я должна была это сделать независимо от финала и реакции Ксавьера.
Я лишь надеялась не разрушить нашу дружбу, вбив между нами клин и породив неловкость. Потому что Ксавьер был мне нужен так сильно, что я едва могла дышать.
Глава 3
Ксавьер
Припарковавшись у стройплощадки, где в данный момент работали Мэйсоны, я заглушил двигатель и осмотрел наполовину построенный дом. Я искал Ашера.
Увидев его стоявшим в стороне вместе с братьями, я вытащил ключ из зажигания, выбрался из машины, захлопнул дверь и направился к ним. По мере приближения их низкие голоса звучали все громче, пока я не подошел к столу с разложенными на нем чертежами.
Я не предупреждал о своем возвращении, желая удивить еще и друзей. Черт, с самого приезда я только и делал, что всех удивлял. Даже когда я навещал маму, выражение ее лица вызвало у меня чувство вины за то, что не сообщил заранее. Но притом весь мамин вид дал мне почувствовать себя счастливым, ведь я смог обнаружиться на пороге, живой и невредимый, способный обнять и сказать, как сильно ее люблю.
Стоя позади Ашера, я видел, как Кэш и Тревор меня заметили. У них немного округлились глаза, а уголки губ дрогнули в улыбке. Ашер жаловался на что-то незначительное, и его низкий голос громыхал все громче.
— Как я посмотрю, ты по-прежнему ноешь из-за всякой ерунды, — сказал я и усмехнулся, хоть он и стоял ко мне спиной.
Ашер напрягся и медленно повернулся. Прищурившись, он осмотрел меня с головы до ног.
— Ну, черт возьми, — ответил Ашер и, с улыбкой притянув меня в объятия, похлопал по спине. Попятившись, он снял бейсболку и провел рукой по своим темным волосам. — Черт, дружище, откуда ты взялся? — он до сих пор улыбался, как и стоявшие возле него Кэш с Тревором. Братьев я тоже обнял, чувствуя себя как дома в компании этих парней.