Теперь ты моя
Шрифт:
— Я только вернулся.
— Почему не предупредил? — Ашер попятился к столу и, размяв бицепсы, оперся на него руками.
— Я никого не предупредил. Подумал, что шокировать людей будет лучшим способом сказать «я дома».
Кэш с Тревором рассмеялись, а Ашер с улыбкой покачал головой.
— Тебе всегда нравилось маяться ерундой.
Я хохотнул, не собираясь спорить.
— Строительство идет полным ходом, — добавил я и осмотрел стройплощадку.
Я не провел в городе и дня, но уже был наслышан о бизнесе Мэйсонов и о том, как они им управляли.
— Да, все хорошо, — ответил Кэш.
— Даже Нико помогает и пачкает руки, — добавил Тревор, и все мы рассмеялись.
— Слушайте, давайте соберемся, выпьем пива, поболтаем, — я посмотрел на них троих. Было хорошо вернуться домой и увидеть тех, с кем я вырос и кого считал семьей.
— Ты уже встретился с Корой? — спросил Ашер, и я кивнул.
— Она молодец. У нее процветающая пекарня.
Я глянул на Тревора.
— Да, я невероятно ею горжусь, — я и впрямь гордился.
— Есть на сегодня планы? — спросил Ашер, и при мысли о грядущем вечере у меня участилось сердцебиение.
— Да, есть, — усмехнулся я и посмотрел на своих друзей. Несомненно, их интересовала причина моей радости, но я умолчал о том, что планировал сделать Коре предложение. Это было личным, касавшимся лишь меня и ее, и я хотел сказать ей первой. — Честно говоря, сегодня вечером я встречаюсь с Корой.
Ашер медленно кивнул, и по выражению его лица я понял, что он знал больше, чем мне думалось. Но он не задавал вопросов, и я был ему признателен. Мне не нравилось врать друзьям, но также я не хотел выдавать свои тайны.
— Ты уже нашел работу? — сменил тему Тревор.
Подняв руку, я потер ладонью позади шеи, уже согретой солнцем.
— Честно говоря, я как раз гадал, нет ли у вас вакансий.
— Серьезно? — спросил Кэш.
Я кивнул.
— Дружище, тебе здесь всегда рады. Ты же знаешь, — сказал Ашер и снова меня обнял.
— Чувак, мы — семья, — подтвердил Тревор.
— Слушай, если завтра у тебя будет свободное время, давай встретимся, поговорим о работе и обо всем остальном. Прошло слишком много времени.
— Звучит отлично, брат. Спасибо, парни.
Я провел с ними еще минут десять, и мы вкратце все обсудили, но затем парням пришлось вернуться к работе.
По пути к машине я мог думать лишь о предстоящем вечере. Мне нужно было привести мысли в порядок и сделать все правильно. Честно говоря, просто побыть с Корой казалось идиллией. Я лишь надеялся, что мое предложение не разлучит нас.
Глава 4
Кора
Я нервничала, так нервничала, что боялась спалить спагетти. Я фыркнула. Если я сожгу макароны в кастрюле с водой, значит, со мной что-то основательно не так.
«Да, я думаю только о Ксавьере и переживаю из-за того, что должно произойти»
Схватив ложку, я помешала лапшу, наблюдая за тем, как пузырилась вода, и поднималась пена. Я пригласила Ксавьера на ужин к себе домой, решив,
Я нервничала, вернее, боялась до потери сознания, но должна была сделать отчаянный шаг во имя собственного здравомыслия и благополучия. Мне предстояло узнать, разделял ли Ксавьер мои чувства, что было невозможно без предельной честности. Поэтому я продолжала убеждать себя, что время пришло и, несмотря на возможные последствия, мой выбор правильный.
Ксавьер
Сегодня была та самая ночь. Пускай я только вернулся в город, но уже планировал сделать Коре предложение. Я знал, что потрясу ее до глубины души, и все же не мог иначе. Прошло слишком много времени. Мне предстояло сказать и показать, что она была моей жизнью. После стольких лет порознь я хотел Кору еще сильнее, и моя любовь к ней стала всепоглощающей.
Припарковавшись на автостоянке у ее дома, я заглушил двигатель и, сжав руль, мысленно пробежался по возможным сценариям. После того как я предложил поужинать или сходить в кино, она пригласила меня в гости, чтобы самой приготовить мне еду. Узнай Кора, в какой охрененный восторг я пришел от ее предложения, наверняка сочла бы меня безумцем.
При мысли о том, что она сейчас готовила нам еду и заботилась обо мне так же, как я хотел позаботиться о ней, у меня сжималось сердце. В отношении Коры я всегда был жадным собственником и оставался им. Даже когда мы были детьми, парни держались от нее подальше просто потому, что я всегда крутился рядом. Вероятно, также сказалось то, что я набрасывался на них и угрожал избить, если они посмеют прикоснуться к Коре.
Но я должен был защитить ее. Учитывая, в какой дерьмовой семье она росла, я хотел завернуть ее в кокон и оградить от всего, что могло причинить ей боль. Кора была моей, только моей, и этим вечером я планировал ей об этом сказать. Я бы показал словами и поступками, что мы созданы друг для друга.
И всегда были.
Положив руку на карман куртки, я почувствовал выпуклость коробочки. У меня заколотилось сердце, а ладони вспотели. Я тяжело дышал, и мои разыгравшиеся нервы так натянулись, что грозились лопнуть. Я еще никогда так не волновался, даже на поле боя за границей. Теперь меня ждал бой иного рода.
Подойдя к пассажирскому сидению, я взял букет и бутылку вина, купленные по дороге сюда. Две дюжины роз не отдавали должное красоте Коры, но я не желал приходить к ней с пустыми руками. Я хотел подарить ей что-нибудь и вызвать у нее улыбку. А вино я купил, ну, в основном, чтобы успокоить собственные нервы.
Отойдя от машины, я направился к дому, нашел в списке имя Коры и нажал на кнопку. Раздался тихий звуковой сигнал, и секунду спустя я услышал щелчок дверного замка. Я зашел в подъезд и направился к квартире.