Тенебрариум
Шрифт:
— Представляешь, синие улетели, — взволнованно сообщил я. — Они от тебя отстали. Ты впитала что-то от зелёной сущности, и теперь они тебя тоже не трогают. Ну надо же!
— Ну и зачем это всё нужно? — обречённо вздохнула она.
— Что? Ты о чём?
— Обо всём. Синие… Зелёные… Какая разница? Я устала. Я больше ничего не хочу.
— То есть, что значит «не хочешь»?
— Мне всё надоело. Не хочу жить.
— Вот это заявочки. С чего это вдруг?
— Оставь меня в покое, — она вдруг ни с того, ни с сего, легла прямо на тротуар.
Теперь
— Эй, ты чего? Ты это брось! Чего разлеглась? Ну-ка, вставай, — я принялся её поднимать. — Хватит дурью маяться. Чего раскисла?
— Не трогай меня, — заныла она в несвойственной ей манере. — Я хочу умереть.
— С ума сошла? А ну, отставить упадок! — подняв, я с силой поволок её к ограде.
— Ну что, что тебе от меня надо? Ну отцепись ты от меня, — пытаясь лениво сопротивляться, упиралась она. — Не хочу. Не пойду.
— Писатель? — между прутьями ограды показалась мордочка Тинки. — У вас там всё хорошо?
— Тинка? Ну, слава богу! Давай быстрее сюда, нужно Райли отсюда вытащить!
— А что с ней? — девочка уже просовывала ногу меж прутьев.
— Не знаю, поторопись!
Подбежав, Тина подхватила Райли под вторую руку, и мы начали тянуть её вдвоём. Поначалу, получалось у нас неплохо, и мы быстро добрались до тротуара, пролегающего вдоль ограды. Однако, миновав бордюр, моя напарница вдруг тоже начала вести себя странно. Она отцепилась от Райли, отошла в сторонку, и согнулась вопросительным знаком, уперев руки в колени.
— Подожди… Я… Мне дышать тяжело.
— Ну ё-моё! — в панике воскликнул я. — Ну ты-то хоть не раскиселивайся! Мы же почти выбрались!
— Я… Я серьёзно, — Тинка хватала воздух, словно рыба на суше. — Что-то душит меня. Вытаскивай Райли, а я догоню…
— Никаких догонялок! Помоги мне её через забор протащить! Сними с неё рюкзак хотя бы!
— Я сейчас, Писатель, — пролепетала Тинка. — Я иду…
После этих слов, она как стояла, так и грохнулась навзничь. От панического ужаса, у меня вдруг открылось второе дыхание. Сам не помню, как я нашёл в себе силы и злость, чтобы резко сбросить рюкзак, затем стащить рюкзак с плеч Райли, и чуть ли не пинками протолкнуть её полуживое тело за забор. Потом я бросился к Тинке, поднял её, и тоже поволок к забору. Выругался, увидев, что между прутьями торчит нога Райли, повозился немного с её застрявшим ботинком, протиснулся сквозь освободившийся проём, и, наконец-то, втащил отключившуюся девочку следом за собой. На этом моё второе дыханье иссякло, и я, обессиленный, сел на землю, утирая пот со лба.
— Нда-а, девчата, — оглядывал я лежащих рядом со мной спутниц. — Похоже, что вытаскивать вас на своём горбу в самую последнюю минуту становится у меня доброй традицией.
С опаской, я выглянул между прутьев. Но ничего подозрительного там не заметил. Лишь наши рюкзаки одиноко валялись возле столба. Райли скорчилась под забором, как креветка, поджав
— Писатель? Ты здесь?
— Здесь. Как самочувствие?
— Не очень, — Тина закашлялась. — Но силы ко мне возвращаются.
— Что это было? В смысле, что тебя так опрокинуло?
— Негативные импульсы. Такие мощные. Столько зла. Я ничего не могла поделать, — малышка встала на колени, а затем, шатаясь начала предпринимать попытки подняться окончательно.
Я подошёл к ней, и помог встать на ноги.
— А ведь я предупреждал Райли, чтобы она не трогала эту чёртову сущность.
— Она к ней прикоснулась? Совсем ку-ку, что ли?! Нельзя! Нельзя их трогать!
— Да откуда же мне было знать?! Я думал она понимает, что делает.
— Плохо, — Тинка склонилась над Райли. — Она получила мощную дозу отрицательной энергии. Отсюда упадок сил и апатия. Удивляюсь, как вообще выжила. Ещё бы немного…
— Как ей помочь?
— Ну, есть один способ. Только я боюсь обратного эффекта…
— Убейте меня, — простонала Райли, закрывая лицо ладонями. — Пожалуйста. Убейте.
— Тинка, действуй! — встряхнул я её за плечи.
— Хорошо, я рискну, — та взяла кисть Райли обеими руками, и закрыла глаза.
Я заметил, как под кожей у девочки вздулись вены, а волосы стали подниматься дыбом, пощёлкивая статическим электричеством.
— Что ты делаешь?
— Делюсь с ней энергией. Не отвлекай. Мне сейчас нельзя разговаривать.
Спустя несколько минут, щёки Райли порозовели, а взгляд прояснился. Она перестала ныть о смерти, и успокоилась. Завершив процедуру «подзарядки», совершенно разбитая Тинка присела рядом со мной на бордюрчик и опустила голову.
— Фу-у-у, ну и депрессня-ак, — провыла она необычно низким тоном. — Кошма-ар…
— А у тебя-то с чего депрессия вдруг?
— От Райли. Так и знала, что от неё этой дряни нахватаюсь. Как же противно.
— Крепись, Тинка, ты молодец, — я погладил её по спине.
— Сделай одолжение, Писатель, не дай мне себя убить.
— Всё настолько плохо?
— Да нормально, всё. Шучу я. Просто хватанула негатива, и теперь мне грустно.
— А Райли как?
— Откуда я знаю? Спроси у неё.
— Райли никак, — вдруг откликнулась Райли, приподнявшись на локтях. — Я всё ненавижу. Дерьмовая жизнь.
— Ну вот, опять. А я надеялся, что тебя отпустило.
— Какое там, отпустило. Но сейчас мне, по крайней мере, не хочется сдохнуть.
— А это уже прогресс. Тинке скажи спасибо, за то, что избавила тебя от суицидальных мыслей.
— Да пошла она…
— Райли.
— Ла-адно, ла-адно. Спасибо, милая.
— На здоровье, — вяло отмахнулась Тинка. — Теперь я тоже страдаю от тоски. Ну кто тебя надоумил ловить сущности руками?
— Согласна. Это была плохая идея, — Райли поднялась с земли и стала неторопливо отряхиваться. — Дурацкая, прямо скажем.