Тенебрариум
Шрифт:
Знаю одно. Пока я жив — жива и надежда. А если есть надежда — значит я всё ещё человек.
ЧАСТЬ-10. БЕЗУМНЫЙ ОТШЕЛЬНИК
Я плыл по тёмной затопленной галерее, мимо вращающихся магнитофонных бобин и перемигивающихся кнопок. Оттолкнул рукой возникшую впереди табличку 'Ординаторская'. Проплыл над пустой металлической кроватью.
Откуда-то доносилось монотонное пиликанье морзянки. Постоянно повторяющиеся четыре точки и три тире. Как мне удаётся
Хо, хо, хо.
Откуда этот звук?
— Писатель, — вспыхнуло зелёное свечение впереди. — Это ты?
— Я не писатель.
— Но так тебя называют.
— Я не писатель. Хотел им стать, но не смог.
— Дай почитать свою книгу.
— Какую книгу? Я ещё ничего не написал.
— Ты обманываешь меня. Но я тебя прощаю. Ведь в тебе говорит скромность, верно? Нельзя быть таким скромным, Писатель. Не в твоём мире. И не в моём мире.
— Почему я обманываю? У меня правда нет никакой книги. Я лишь работаю над ней. Собираюсь начать.
— У тебя есть книга.
— Да где она?! Где?!
— А ты где?
— Не знаю.
— Надо узнать, Писатель. Иначе беда. Без твоей книги ничего не получится.
— Что должно получиться? Кто ты вообще такой?
— Мы встретимся, когда придёт время.
— Какой в этом смысл? Зачем мне это?
— За тем, что без меня тебе не выбраться.
— Ты знаешь, как покинуть город?!
Я неожиданно выплыл в светлый коридор со множеством дверей. Все двери были закрыты, кроме одной.
— Она тебя бережёт, — донеслось из того помещения.
— Как мне покинуть город?! — повторил я вопрос, повысив тон. — Ответь! Где ты?!
— В глубине…
Я проснулся, а в памяти, заевшей пластинкой, всё ещё повторялось: 'В глубине… В глубине…'
— В какой глубине? Чё за бред? — протерев глаза, я потянулся и встал с кровати.
Ставни были открыты и солнечный свет заливал комнату. Как ни странно, после вчерашних малоприятных приключений, настроение сегодня у меня было просто великолепное. Я вспомнил разборку с терапогами, вспомнил, что теперь я их вожак, и даже посмеялся над этим, сам с собой. Никаких угрызений совести, или страхов не было и в помине.
Райли в соседней комнате делала гимнастику. Я поздоровался, и немного понаблюдал за ней, восхищаясь её гибкостью.
— Чего смотришь? — спросила она, легко сделав 'мостик', и взглянув на меня вниз головой.
— Э-э, извини. Просто увлёкся твоей пластикой. Ты как гуттаперчевая.
— Тебе тоже не помешает размяться.
— Да. Возможно. В другой раз…
Уж чего-чего, а зарядку я в последний раз делал, наверное, в первом классе. Чтобы не маячить у хозяйки перед глазами, вернулся обратно, и начал возиться с приготовлением чая.
Спустя какое-то время, Райли, подёргивая
— Чайку? — спросил я.
— Давай.
— Тебе как обычно: заварка, температура?
— Ага.
Мы уселись завтракать.
— Хочу сегодня опять прогуляться по тому же маршруту, — поделился я своими планами.
— Никаких прогулок, пока не наточишь свой нож! — тоном строгой мамаши ответила Райли.
— А. Да наточу, без проблем, конечно.
— Ты ещё вчера должен был это сделать, но я не стала тебя заставлять, приняв во внимание твою усталость после первого боевого опыта.
— Ладно-ладно, сейчас перекусим, и я займусь этим.
— Когда прогуляешься, мы с тобой сходим ещё кое-куда.
— Очередная вылазка? Интересно.
— Нужно набрать дополнительных ингредиентов для ай-талука. Да и просто, для еды.
— Надо, значит надо.
Когда мясо было съедено, а чай допит, я решился 'закинуть удочку' по поводу Водзорда.
— Слушай, Райли, а что насчёт того сумасшедшего апологета, про которого ты рассказывала? С ним встретиться вообще реально, или как?
— А зачем тебе?
— Да просто. Любопытно. Апологеты. Хранители тайных знаний. Сразу представляешь себе какое-то величие, мудрость. Я бы не отказался познакомиться с таким…
— Водзорд безумен. Даже я перестала его понимать.
— Тогда познакомь меня с другим апологетом.
— Это исключено. До завершения Суфир-Акиля я не имею права даже приближаться к району Апологетики! Это табу! Строжайше запрещено! Наказание — нейтрализация!
— Ну вот видишь. Тогда хотя бы к Водзорду отведи.
— Я всё равно не понимаю, зачем он тебе.
— Так ты отведёшь?
— Посмотрим. Возможно. Если успеем запасы добыть.
— Так чего же мы ждём? Отправимся за ними сейчас же.
— Иди точить нож, торопыга. А у меня ещё много дел. Разобраться с волосами, смотри, какая копна свалялась? Потом наложить оздоровительную маску. Помедитировать. Поставить ай-талук на вымачивание…
— Хорошо, Золушка. Скажешь, когда выдвигаемся, — я поднялся из-за стола.
— Ты вполне успеешь привести в порядок оружие и прогуляться.
Чистка оружия — самое нудное и изматывающее занятие, которое только можно придумать. Она даже нуднее, чем медитация. Ты шоркаешь и шоркаешь набившее оскомину лезвие, такое длинное, как будто назло. Угораздило же меня выбрать именно мачете. О чём я только думал? И звук ещё такой противный, скребущий по нервам. Когда начинает окончательно надоедать, рука теряет твёрдость, и пытается соскальзывать на режущую кромку. Не прошло и пяти минут, а я уже посадил два пореза. Просто праздник какой-то… К счастью, обнаружил в запасах Райли древний лейкопластырь.