Тень воина
Шрифт:
Гаврила пожал плечами. Купец искательно заглянул в глаза.
– Зайди… Волшебники они… волшебники. А ты зайди.
– Хорошо, - снисходительно ответил Гаврила.
– Зайду. Только сперва до Гольша довези…
… Стражи у ворот не оказалось. Похоже, что добрая слава стерегла покои волшебника куда как лучше любого воинского отряда. Косая тень от ворот падала на улицу, прямо под ноги Масленникову. Гаврила с замиранием сердца тронул створку ворот. Ажурное железо без скрипа отошло в сторону, приглашая внутрь. Оглянувшись на удаляющиеся
Шаг - и сухой воздух города, словно по волшебству наполнился ароматом роз и звуком струящихся где-то рядом фонтанов. Несколько мгновений Масленников стоял, ожидая, что кто-то выйдет и спросит, что ему тут нужно и по какому такому праву… Но никто не вышел, и пришлось ему идти дальше. Дорожка, петляя между деревьями, привела незваного гостя к белому от солнечного света дворцу. Три поверха, да башня с ажурным куполом.
Из полуоткрытой двери тянуло прохладой. Гаврила посмотрел на заросли роз за спиной и с легким сердцем шагнул вперед, в темноту. За первой дверью нашлась еще одна, а за ней - еще…
Гость шел вперед, открывая дверь за дверью, переходя из одного зала в другой. Блуждать без направления не хотелось, но спросить куда идти дальше было не у кого.
Пока он шел по дворцу ему не попался навстречу ни один человек. Масленникова это ничуть не удивило. Наоборот, вскоре он начал думать, что странно было бы, если б кто-то попался. Ну какие у колдуна могут быть слуги? Зачем? Зачем тебе слуга, если ты сам, одним желанием можешь создать все, что душе угодно - от горшка с кашей до сапог с золотыми подковками. Или такую красоту, что лежала рядом - стоило только руку протянуть…
Не было тут ни каменотесов, ни трудяг, что складывали глыбы одна к одной так, что и шва не найдешь. А пришел на пустое место волшебник, потряс руками, сказал заклинания и р-р-р-а-аз. Дворец.
Масленников и правда протянул руку, потрогал мрамор пальцем и восхищенно покачал головой. Он полюбовался резьбой, радуясь, что жилище настоящего волшебника выглядит богаче, чем он мог себе представлять.
Лестницы тащили его наверх, стены поворачивали, уводя за собой и, в конце концов, разошлись в стороны, охватывая белым полированным мрамором, словно двумя ладонями небольшой зал с фонтаном посредине. Резьба со стен куда-то пропала, растворилась в потоках света, что лился в зал из шести высоких окон.
Зал казался пустым и просторным, только на одном из подоконников сидела птица. То ли грач, то ли крупный ворон, издали Гаврила не разобрал. Рядом с птицей стояло широкое блюдо с виноградом и какими-то мелкими ягодами. В воздухе плавал запах чего-то сладкого, незнакомого. Птица обернулась на звук шагов, скользнула по Гавриле безразличным взглядом и снова повернулась к окну.
Остановившись в дверях, Гаврила огляделся. Идти дальше было некуда. Тут были окна, но не было ни одной двери.
Он обошел фонтан, что журчал тремя струйками, занимая половину комнаты, и присел рядом с птицей. Та даже не шелохнулась. Он протянул руку, чтобы погладить, но не решился. Не грач это был. Ворон. Птица чуть подвинулась и смотрела
– Не убудет, если попробую?
– спросил Гаврила у нее и подцепил виноградину. Ответа он не ждал и не дождался. Птица промолчала, хотя могла что-нибудь и сказать. Гаврила собственными глазами видел у Круторога говорящего ворона. Ягоды были хоть и не крупными, а сладкими. Видно было, что хозяин поставил блюдо не для себя, а для ворона, чтоб не подавился. Не ограничившись первой ягодой, Гаврила пододвинуло к себе блюдо, и стал выбирать виноградины покрупнее.
– Любит тебя хозяин, - сообщил он птице переставшей глазеть в окно и в оба глаза смотревшей как он хозяйничает в ее тарелке.
– Сразу видно… Для себя покрупнее бы ягод наколдовал, а тебе хоть мелких дал, да сладких! Как раз, чтоб проглотить и не подавиться.
Ворон как ему и полагалось, опять не ответил, и Гаврила снова сунул за щеку несколько ягод и задумался о грядущем… Теперь ему оставалось только спуститься вниз и попытаться отыскать волшебника в подвале. Или еще где-нибудь. Он, правда, не знал где и поэтому не спешил подниматься. Ноги устало подрагивали, и в животе что-то скреблось. Виноград, конечно, был вкусным, но где бы найти хлеба бы или мяса… Кухню бы отыскать…
Цокнув когтями, птица подскочила к блюду и тоже склюнула ягоду. Гаврила повернул блюдо так, чтобы птице было удобнее и спросил не знамо у кого:
– А вот как он интересно гостей кормит?
– Какой же ты гость?
– вдруг сказал ворон.
– Гостей зовут, а тех, кто сам припирается…
Мудрая птица не договорила. А может, и договорила, но Гаврила ее не услышал. Поняв, кто сидит перед ним в обличье ворона, он попятился. Ноги сами собой сделал шаг назад, и он почувствовал, как страх делает спину мокрой. От этого он испугался еще сильнее, представив, что произойдет, если сработает Митриданово колдовство. Шаг назад, еще шаг, и тут нога его зацепилась за что-то, и он навзничь упал в фонтан.
Когда вынырнул, вместо ворона на краю окна, рядом с блюдом сидел старик. Гаврила замер. Какое-то время они смотрели друг на друга.
– Ты кто?
– шепотом спросил Гаврила.
– А ты угадай, - предложил старик. Казалось, что он еще не решил, сердится ему или смеяться.
– Три раза можешь пробовать… Если с трех раз не угадаешь, я тебя…
Он отщипнул ягодку с блюда и мечтательно прищурил глаз.
– Я тебя в дерево превращу… Тут у меня как раз дерева не хватает.
Гавриле стало так страшно, что страх, казалось, потек из-под ногтей.
– Я попробую, - ответил Гаврила, - Ты, наверное, хозяин. Волшебник.
– Да. Деревом ты не станешь… - утешил его волшебник. Он спокойно отрывал ягоду за ягодой и глотал, наблюдая за гостем. Начинать разговор он явно не собирался.
– Извини, коли что не так, - наконец сказал Масленников.
– Я к тебе шел…
– Ну, коли ко мне, то вот и пришел… Тебя, что в других местах не кормили?
– спокойно спросил волшебник, закончив с виноградной кистью и принимаясь за сочную желтую грушу.