Тень прошлого
Шрифт:
– Я никогда не брал чужого, - членораздельно проговорил он, и на меня будто высыпали ушат снега.
– Я знаю, я просто хотела...
– я замолчала, подбирая наиболее точные слова. Айзерс выжидающе смотрел на меня.
– Я хотела нарочно обидеть тебя, чтобы у тебя пропало желание мне помогать, а значит, лезть в логово Весслара.
Эти слова я постаралась произнести как можно твёрже. Это было правдой, но, несмотря на это, на лёгкое прощения я не рассчитывала. Я слишком перегнула палку.
Я ожидала, что Айзерс промолчит, уйдёт, но он вдруг повернулся ко мне и взял за плечи. Я растерянно посмотрела на
– Я понимаю твоё беспокойство, - серьёзно сказал он, и добавил с нажимом, испытующе глядя мне прямо в глаза: - Но ты ведь не хочешь остаться навсегда в моём... в этом мире?
Я ничего не ответила, спрятав взгляд. Лишь спустя время я поняла, какой ценой могло обернуться в тот миг моё молчание, и лишь воля судьбы спасла меня от участи всю оставшуюся жизнь проклинать себя за него.
– Можно отыскать портал без карты, - выдавила я, - как ты и собирался поступить, когда ещё не знал, где она.
Его лицо на миг окаменело, но он тут же взял себя в руки.
– Портал - тонкая невидимая черта шириной в пару шагов, - сказал он, - сперва нужно провести активацию, чтобы он стал ощутимым, а затем прочесать лес. Я ума не приложу, где именно он может быть.
Внезапно дверь дома распахнулась, и на пороге показался Ларриан. Он ещё не снял свой вычурный камзол, но теперь из-за его спины торчал арбалет. Айзерс вопросительно посмотрел на него, удивлённо подняв бровь.
– Я пойду с тобой, - пояснил он, - как-то раз я бывал в библиотеке Весслара, и думаю, что смогу помочь тебе.
Маг согласно кивнул.
На улице неумолимо темнело. В разбитое окно тянуло холодом, тиканье старых настенных часов раздражало. Они знаменовали громким тревожным боем прошествие каждой очередной четверти часа; с момента же моего возвращения в дом они не пробили ни разу, что означало только одно: мы с Винди не просидели в тяжёлом молчании за столом и десяти минут. Однако сейчас счёт шёл отнюдь не на минуты: действие снотворного могло закончиться в любое мгновение, и тогда Весслар уже наверняка почувствует присутствие постороннего мага. В том, что Айзерс на этот раз воспользуется магией, я не сомневалась: вряд ли открывание проржавевших замков гвоздём в кромешной тьме было его коньком. По коже заструился неприятный холод, и меня вновь обуял страх как тогда, под дверью вессларовой спальни. Тогда, увидев выбежавшего из комнаты Айзерса, я опрометчиво подумала, что это чувство оставило меня навсегда... Я наивно ошиблась, и теперь снова я была вдали от него, от Лара, и ничем не могла помочь.
Миалейн что-то пробурчала в своём углу.
– Что?
– переспросила эльфийка.
– Один, говорю, недоумок - хорошо, а два - лучше, - ядовито повторила она.
– Вам следует признать, что эту партию вы проиграли.
– Что ты имеешь в виду?
– зло спросила Винди.
– Спроси у своей подружки. За это время она так поднаторела в зельях, что, право, ей теперь под силу составить мне конкуренцию, - издевательски произнесла она.
Я невольно скривилась, услышав её насмешливый тон. Больше всего злило то, что слова Миалейн были близки к истине: я действительно настолько увлеклась изучением старинного травника, что даже Айзерсу и Винди подчас нелегко было меня отвлечь. Я с досадой почувствовала, что щёки слегка покраснели. Уголки губ Миалейн чуть заметно дрогнули.
– Говори до конца,
– взревела Винди, теряя терпение.
– Не два недоумка, а четыре, - Миалейн возвела глаза к потолку и беззвучно рассмеялась, наслаждаясь нашим непониманием.
– Ваш друг-колдун плоховато изучал зелья, стоит признать... "Морфизан" обладает одним замечательным свойством: его невозможно передозировать. Одна капля, или половина флакона - эффект один и тот же. Поэтому им нельзя отравиться, в отличие от большинства лекарств. Мгновенное действие, но всего десять часов здорового сна. Только десять. Хозяин очнулся.
Винди судорожно вдохнула воздух. Я вновь почувствовала приступ головокружения.
– Наследника Хозяин, быть может, пощадит, - продолжала издеваться Миалейн, - хотя не понимаю, что понесло его туда. Но в Геодарии - его кровь, пусть и разбавленная дурной, эльфийской, - Миалейн сделала театральную паузу. Пальцы Винди сжались в кулаки, но она сдержалась.
– А вот колдуна вы вряд ли увидите снова: полагаю, хозяин не пожалеет для него горстки своей силы...
Я почувствовала, как глаза обожгли навернувшиеся невольные слёзы, и отвернулась. Правда, как обычно, грозилась оказаться жестокой и неумолимой. Стоило признать: последним, о чём задумается Весслар при встрече с Айзерсом, после всего, что тот успел натворить, окажется сохранность в неизменном количестве магической силы. Да и много ли её потребуется?..
– Послушай, - отвлекла меня от тяжёлых дум Винди, - я не понимаю, что случилось с Ларом? Когда вы вышли, он как бешеный сорвался с места, непрестанно повторяя, что должен помочь Айзерсу. Нет, разумеется, он всегда готов был сделать всё, зависящее от него, - поправилась она, - но на этот раз...
– ...На этот раз он как-то слишком по-доброму отнёсся к Айзерсу, - закончила я за неё.
– Мне тоже показалось, что Лара нам подменили.
– И где он растерял своё пресловутое приличие?
– без обиняков продолжала Винди.
– Эти его вопросы о любовнице... Ты знала?
Я осторожно посмотрела на эльфийку. В её взгляде сквозило из рук вон плохо прикрытое любопытство, казалось, она вот-вот взорвётся от желания завалить меня вопросами.
– Нет, - насупившись, соврала я.
– Вот уж верно говорят - чужая душа - потёмки, - Винди покачала головой.
Я молчала, глядя в пустоту, чернеющую в разбитом окне. Холод становился всё более пробирающим, и я зябко обхватила руками замерзшие плечи.
...Самое тягостное, что может испытывать человек - ожидание. Нет, не то сладко щемящее ожидание радости, которое неизменно стучится в душу в преддверии праздников. Не ожидание чего-то плохого, когда разочарование и отчаяние неизбежно уступают место смирению. Самое тягостное - ждать, не зная, что принесёт следующее мгновение...
Часы пробили только раз - неужели не прошло ещё и получаса?
Я с ненавистью взглянула на Миалейн, и тут на меня снизошло озарение. И вправду, к чему эти муки, если выход очевиден?
– Я иду за Айзерсом и Ларом, - выпалила я, повернувшись к Винди, - я больше не могу ждать. И, прошу, не нужно пытаться меня остановить!
– поспешно прибавила я, не давая её возможности возразить мне.
Лицо эльфийки просияло.
– Ты не поверишь, - возбуждённо сказала она, - но я собиралась сказать тебе то же самое!