Тень прошлого
Шрифт:
По прошествии примерно получаса, когда Винди была доведена почти до слёз, я - почти до истерики, а её мать сидела, обхватив голову руками, хлопнула дверь, и я услышала позади себя твёрдый голос:
– Тебе придётся остаться.
Обернувшись, я увидела на пороге старого эльфа. В его словах отчётливо сквозила повелительная интонация, и это мне не понравилось. Волна моего негодования росла, намереваясь скоро достигнуть размеров цунами. Однако я взяла себя в руки и с решительностью в голосе начала:
– Я прошу меня извинить, но я уже всё объяснила Винди. И потом...
– Ты не понимаешь, девочка. Ирис, да? Так вот что, Ирис, - продолжал он после моего утвердительного кивка, - я не спрашиваю, хочешь ли ты остаться. Я говорю, что тебе придётся
От возмущения я даже вскочила. Почему он думает, что может приказать мне? Видимо, прочитав всё это в моих глазах, старый эльф мягко заговорил:
– Ты должна понять, Ирис. Присядь. Теперь послушай меня. У Визардела большие проблемы. Эльфам сейчас лучше не покидать пределов Бирюзовой Долины. Отправить сейчас кого-то из них провожать тебя означало бы если не послать на верную смерть, то, по крайней мере, подвергнуть огромной опасности.
– Так отпустите меня, я пойду одна, - сказала я.
– Тебе не найти дороги. На мили вокруг Бирюзовой Долины простирается чаща - ты не дойдёшь даже до тракта.
– Постойте, - сообразила я вдруг, - вы говорите, ни один из эльфов не может проводить меня сейчас, но, может быть, Айзерс? Ведь он - человек.
– Айзерс - маг, и у него нет времени на то, чтобы разгуливать с девицами по лесу. У Визардела проблемы, и он сейчас там. Ты останешься, пока всё не встанет на свои места.
– Хорошо, - ответила я.
У меня не было больше ни сил, ни желания спорить. Раз эльф не нашёл способа поскорее от меня избавиться, значит, он действительно не мог его найти. Я натянуто улыбнулась Винди, глаза которой засияли, когда она услышала мой ответ, поблагодарила Сайне за завтрак и удалилась обратно на печку.
Внизу о чём-то тихо шептались, видимо решив, что я снова задремала. А я лежала, глядя в потолок, и думала. Мне казалось, что я схожу с ума от всего того, что на меня свалилось в последние два дня. Получается, в этом странном краю вполне реально существуют колдуны, чаровники или как их там... Какая чушь. И никакой возможности выбраться отсюда. Айзерс - маг. Вот тебе и "не бывает на свете волшебников"... Хотя он в мои представления о магах, взлелеянные на тех же фантастических романах, ничуть не укладывался. Ну, разве что, его мантия указывала на принадлежность к профессии. А в целом - обычный парень. Колдунами в моих любимых сказках были седобородые старики с посохом или, на худой конец, волшебной палочкой, непрестанно бубнящие себе под нос древние заклинания. А Айзерсу на вид - всего лишь около тридцати лет, длинные чёрные волосы, правильные черты, глубокие внимательные глаза... И он был красив. Я сомкнула ресницы, и передо мной как наяву возник его взгляд - глубокий, напряжённый, задумчивый, но тёплый. Я снова открыла глаза и перевела дыхание.
III
Когда я слезла с печки, то обнаружила что нахожусь в доме одна. Это меня даже обрадовало, так как от обилия только что переработанных мыслей голова раскалывалась. Подойдя к окошку, я увидела, что солнце уже поднялось высоко над лесом и ласково обняло давно проснувшуюся долину тёплыми июньскими лучами. Я невольно залюбовалась открывшейся мне картиной. Около дома напротив пожилой хозяин разводил огонь в железной печке; девчонка лет десяти тащила куда-то за рога мохнатую горную козу, которая упрямо упиралась копытами и оглушительно блеяла, а чуть в стороне, на дороге, подперев руками бока, бранились две эльфийки. Всё это настолько напоминало жизнь людей, что было непонятно, чего могли не поделить между собой эти два народа.
Я отвернулась от окна и осмотрелась. В отсутствие хозяев, при которых я чувствовала себя скованно, я могла получше оглядеть эльфийское жилище. Несмотря на скромность обстановки, в комнате царил безупречный порядок: обе кровати были застелены одинаковыми оранжевыми покрывалами, расшитыми красными шёлковыми цветами, около каждой лежал небольшой плетёный половичок, а на стене над кроватями висел ковёр, изображавший какую-то батальную сцену. За входной дверью стоял ушат, наполненный водой, в котором плавал
После посещения бани домой я решила не возвращаться, а сразу отправиться на поиски Винди. Долго ходить мне не пришлось: я нашла её у горного родника на каменистом склоне. Эльфийка обрадовалась, увидев меня, и тут же предложила прогуляться по долине и лесу.
Мы прошли по главной улице Бирюзовой Долины, и вышли за деревню, к подножию горы, к вершине которой вела узкая крутая тропка. Винди легко взбежала по ней, и я старалась не отстать, хотя лезть по горе в узких джинсах действительно было очень неудобно.
Поднявшись наверх, мы присели на валун под раскидистой сосной. Отсюда открывался великолепный вид на эльфийское селение, которое оказалось неожиданно большим: в три параллельные улицы, соединённые довольно широкими проулками. Горы, окружавшие его, не казались отсюда такими высокими, а на северо-востоке, у самой кромки горизонта, голубела бархатная дымка.
– Винди, а почему ваша долина называется Бирюзовой?
– спросила я.
– Ведь здесь нет даже озера.
– Дело не в озёрах, и даже не в небе, - Винди говорила, глядя на родное селение с огромной нежностью в синих глазах, - я даже не могу объяснить тебе этого. Тебе достаточно подняться сюда в час, когда солнце едва закатится за горы, и только тогда ты поймёшь тайну её имени, - эльфийка улыбнулась.
– А тебя зовут Ирис - так необычно. Кажется, это цветок?
– Вроде, да, - рассеянно ответила я.
Мне хотелось самым подробным образом расспросить Винди о жизни эльфов, обо всем, что меня интересовало - но яркое летнее солнышко так нежно гладило лицо и волосы, что я просто сидела на валуне, поджав ноги, и смотрела в глубокое чистое небо. Тёплый озорной ветерок прикоснулся к щекам, игриво растрепал чёлку и унесся прочь, в далёкие дали, потревожив по пути дремавшую на цветке бабочку. Где-то в лесу стучал дятел; уютно пахло хвоей, сосновой смолой и пряными травами, а в россыпи цветов на опушке жужжали сотни трудолюбивых насекомых. Сзади хрустнула ветка, я оглянулась, но не увидела никого, кроме взбежавшей вверх по сосне белки. Я хотела возобновить беседу, но тут моё внимание привлекло блеснувшее в зарослях серебро. Заинтересованная, я спрыгнула с валуна и направилась в сторону странного блеска. Я шла, глядя под ноги, стараясь обнаружить замеченный мною слиток, но ничего не находила. Сообразив, что мне, скорее всего, показалось, я решила вернуться к Винди, подняла голову и остановилась, как вкопанная.
Прямо передо мной встала непроходимая стена из высоких деревьев с намертво переплетёнными колючими ветвями. Меж веток краснели гроздья крупных ягод, а листья... Небольшие резные листья только с внешней стороны имели привычную зелёную окраску, а внутренняя отливала великолепным серебряным блеском. Позади себя я услышала голос эльфийки:
– Ну что, ты уже познакомилась с нашим сребролистым остроигольником?
Так вот что я приняла в темноте за заросли боярышника - эту живую стену из сплетённых навечно игольчатых веток, украшенных серебряными листьями. Я не могла оторвать глаз от открывшегося великолепия и с трудом осознала, что Винди уже битую минуту дёргает меня за руку.