Тень горы
Шрифт:
– Очень приятно, – сказал я.
– У вас не найдется гашиша? – выдала она вместо приветствия.
Я быстро взглянул на Навина.
– Это долгая история, – со вздохом сказал тот.
– И вовсе не долгая, – возразила она. – Мой отец – Мукеш Девнани. Полагаю, вы слышали о Мукеше Девнани?
– Как я понимаю, это тот самый человек, чья дочь выклянчивает у прохожих наркотики перед воротами полицейского участка, да?
– Жуть как смешно, – сказала она. – Попридержите свой юмор, а то я могу прямо здесь уписаться со смеху.
– Вы хотели поведать мне короткую версию своей
– А теперь уже не хочу, – сказала она сердито.
– Ее отец нанял адвоката, моего хорошего знакомого… – начал Навин.
– А адвокат нанял вот его, – вмешалась Дива, – чтобы он был моим телохранителем в ближайшие две недели.
– Могу вас поздравить: вы попали в очень хорошие руки.
– Спасибо, – сказал мне Навин.
– Да пошел ты! – сказала девица.
– Что ж, приятно было познакомиться, – сказал я. – До скорого, Навин.
– И все потому, что меня угораздило связаться с этим болливудским кандидатом в звезды, – продолжила Дива, игнорируя мои прощальные слова. – То есть он не настоящая кинозвезда, а всего лишь дрянной кандидатишка, зато гонору выше крыши. А когда я отказалась с ним встречаться, этот подонок начал мне угрожать. Представляете?
– Высший свет – это дремучие джунгли, – заметил я с улыбкой.
– Уж кому, как не мне, это знать, – сказала она. – Так есть у вас гашиш или нет?
– У меня есть! – подал голос Фарзад. – Будьте уверены!
Мы втроем уставились на молодого парса.
Фарзад сунул руку за пояс штанов в районе ширинки, несколько секунд там шарил и наконец выудил десятиграммовый кубик гашиша в полиэтиленовой упаковке.
– Вот, – сказал он, галантно протягивая кубик даме. – Это вам. Примите его как… как подарок, типа того.
Губы Дивы скривились, словно она разжевала незрелый лимон.
– Ты что, достал эту вещь… из трусов? – Она конвульсивно сглотнула, сдерживая рвотный рефлекс.
– Да, но… я надел чистое нижнее белье только вчера вечером. Будьте уверены!
– Что это за чучело? – спросила Дива у Навина.
– Он со мной, – сказал я.
– Извините! – забормотал Фарзад, пряча гашиш в карман. – Я вовсе не хотел вас…
– Стоп! Ты что делаешь?
– Но я так понял, что вы…
– Разверни пленку, – скомандовала она. – Не дотрагиваясь до гашиша. Держи его перед собой на развернутой пленке. Не прикасайся к нему пальцами. И не прикасайся ко мне. Даже думать об этом не смей! Поверь, я смогу прочесть твои мысли. Проникнуть в мозг тебе подобных для меня раз плюнуть. Для любой женщины это раз плюнуть. Так что даже не пытайся думать обо мне. Ну, долго я буду ждать? Давай гашиш, кретин!
Фарзад трясущимися пальцами начал раскрывать упаковку. По ходу дела он искоса взглянул на миниатюрную светскую львицу.
– Ты подумал! – свирепо сказала она.
– Нет! – запаниковал Фарзад. – Ничего я не думал!
– Ты просто омерзителен.
Наконец Фарзад протянул к ней ладонь с развернутой пленкой, на которой лежал кубик гашиша. Дива взяла его двумя пальцами, отщипнула чуть-чуть, а остальное убрала в сумочку с серебряным зевом в виде рыбьего рта. Затем
– Стоит ли делать это сейчас?
– Я не смогу разговаривать с копами, если перед тем не покурю, – заявила она. – Я даже с младшей горничной у себя дома не могу общаться, пока старшая горничная не взбодрит меня косячком.
Навин зажег сигарету. Дива затянулась, несколько секунд держала дым в легких, а затем выпустила его длинной густой струей. Навин повернулся ко мне.
– Ее отец подал жалобу на актера еще до того, как меня привлекли к этому делу, – пояснил он. – Актер задумал играть по-крупному. Я нанес ему визит. Мы потолковали. Он признал свою неправоту и обещал исчезнуть с ее горизонта. Теперь нам нужно забрать заявление из полиции, но сделать это она должна лично. Я специально привез ее сюда в такую рань, пока об этом не пронюхали репортеры, и…
– Кончай трепаться, пойдем уже! – сказала Дива и, бросив на асфальт окурок, растоптала его каблуком.
Навин начал прощаться, но я задержал его руку в своей.
– Пару слов насчет типа, который выслеживает зодиакальных Джорджей, – сказал я. – Его зовут Уилсон, он поселился в…
– …в отеле «Махеш», – закончил Навин за меня. – Я знаю. За всей этой возней забыл тебе сказать. Я проследил за ним прошлым вечером. А тебе откуда известно?
– Он приходил в участок за информацией.
– И он ее получил?
– Сержант Дилип – знаешь его?
– Да, Дилип-Молния. Мы с ним пересекались.
– Дилип сказал, что мистер Уилсон не дал ему на лапу и был вышвырнут вон.
– Ты ему веришь?
– Далеко не всегда.
– Мне проведать этого Уилсона?
– Нет, без меня к нему не суйся. Наведи справки, разузнай о нем побольше и потом свяжись со мной, о’кей?
– Тхик, – улыбнулся Навин. – Я этим займусь и…
– Какого черта! – гневно прервала его Дива. – Я за всю свою чертову жизнь никогда еще не стояла так долго на одном и том же чертовом месте! Охренеть можно! Так мы идем или нет?
Кивнув нам на прощание, Навин вернулся к обязанностям телохранителя, в сопровождении которого бедная маленькая богатая девочка [41] направилась к воротам полицейского участка.
– Я Фарзад! – крикнул ей вслед Фарзад. – Меня зовут Фарзад!
Проводив ее взглядом, юный парс обернулся ко мне с широченной улыбкой:
– Чтоб мне провалиться на этом самом месте, йаар! Какая красавица! И такая милая, непосредственная! Я слыхал, что супермегабогачки заносчивы и чванливы, а она такая простая, такая настоящая, такая…
41
«Бедная маленькая богатая девочка» (1917) – американский немой фильм с Мэри Пикфорд в роли девочки из богатой семьи, которую игнорируют родители, занятые своими делами и развлечениями.