Тень Александра
Шрифт:
— Не уклоняйся от темы разговора.
Она поставила на столик чашку с чаем и сморщила нос.
В письме, полученном нами от Гиацинта, сообщалось, как можно выйти на след профессора Сикелианоса, ныне брата Костаса, и говорилось, что этот славный человек ни от кого не прячется. Гиацинт уточнил также, что в монастырь, где теперь находится Сикелианос, женщинам вход запрещен.
— Я не для того покинула Египет, чтобы согласиться с дискриминацией по половому признаку здесь! — Амина не дала мне времени ответить и продолжила: — Монастырь Святой Варвары находится на отвесной скале на высоте семьсот пятьдесят метров.
—
— Ерунда! — бросил Ганс.
Мы строго взглянули на него, а он лишь усмехнулся.
— Надо поехать на автобусе, который идет до Лимассола, выйти на полдороге и дальше идти пешком, — добавила Амина, и ее голос прозвучал так устало, словно она уже совершила это восхождение.
Я громко заказал еще кофе. Хорошая прогулка — вот единственное, чего я желал. Морской воздух был свеж, солнце ласково, девушки в бикини очаровательны, а голубая вода непристойно соблазнительна. Я охотно задержался бы на денек в этом райском уголке, повалялся бы на песке в окружении красивых девушек между двумя заходами в море. Потом я снова стал думать о своем брате — о том, как он, отупевший от успокаивающих уколов, ждет в палате, когда я приеду, чтобы увезти его оттуда, и мое желание погреться на солнышке улетучилось.
Я взглянул на часы: без двадцати трех одиннадцать.
— Когда ближайший автобус?
— Они ходят каждые двадцать или тридцать минут. Если мы поедем сейчас и если нам хоть немного повезет, мы взберемся наверх еще до того, как солнце начнет палить во всю мощь.
Смирившись, я заплатил за напитки и купил для каждого из нас по бутылке минеральной воды и несколько бутербродов. Мы сунули все это в наши рюкзаки и, спросив у официанта ресторана, куда нам идти, направились к автобусной станции.
— Мор, — прошептал Ганс, когда мы уже несколько минут шли по улицам Ларнаки, — за нами идет какой-то тип.
Сердце у меня дрогнуло. Амина тоже заметно напряглась.
— Не останавливайтесь, — сказал я, удостоверившись, что пистолет по-прежнему у меня на поясе.
Сделав вид, что читаю название улицы, я тайком огляделся. Какой-то щеголь с золотистой от загара кожей, держа руку в кармане брюк, шел за нами на почтительном расстоянии. Человек Гелиоса? Или один из тех безумцев, которые преследовали нас? Короче, это нужно было немедленно выяснить.
Я присел, чтобы завязать шнурок, мужчина тоже остановился и, поглядывая на свое отражение в витрине магазина, пригладил волосы. Я уже приготовился шагнуть ему навстречу, держа руку на поясе, чтобы в случае надобности быстро вытащить оружие, как увидел, что он машет рукой кому-то на верхнем этаже дома. В окно высунулась молодая женщина, знаком показала ему, что спускается, и наш «преследователь», послав ей воздушный поцелуй, в ожидании прислонился к воротам.
Амина с облегчением вздохнула, а Ганс чертыхнулся. Если и дальше будет так продолжаться, мы все станем неврастениками.
— На этот раз ложная тревога, — прокомментировала Амина. — Мне кажется, наша карета уже тронулась. Скорее!
Она перебежала улицу, широко размахивая руками, чтобы водитель автобуса остановился, тот любезно притормозил и открыл для нас дверь.
После двухчасовой поездки в автобусе нам пришлось еще почти два часа идти, а потом карабкаться вверх, чтобы добраться до отвесной скалы, где находился монастырь. Если бы мы были просто туристами, нам все равно стоило бы
На Кипре насчитывается тысяча семьсот пятьдесят видов растений, и подлески изобиловали нарциссами, лютиками, гиацинтами и дикими тюльпанами. Чем выше к скалам мы поднимались, тем гуще становился покрывавший склоны ковер из тимьяна, мирты и ярко-красных лесных анемонов, которые, согласно преданию, были рождены из крови Адониса. [68] «Благоухающий остров» вполне заслужил свое название.
Когда мы добрались до верха, солнце стояло уже высоко, и я подумал, что у нас не хватит сил пройти еще сто метров по крутой тропе. Мы были на последнем издыхании.
68
Кровь умирающего от ран Адониса Афродита, богиня любви и красоты, окропила нектаром, и из нее выросли ярко-красные анемоны.
— Хотел бы я знать, как они исхитрились поднять сюда материалы для строительства, — заметил Ганс, созерцая маленький монастырь.
Шпиль невысокой строгой колокольни тянулся к прозрачному небу, вздымаясь над круглыми оранжевыми черепичными крышами. Стены были сложены из необработанных камней, укрепленных цементом, вдоль одной из них тянулся небольшой балкончик.
Монастырь Святой Варвары, построенный в XIII или в XIV веке, считался причтенным к монастырю Ставровуни, возвышающемуся на Крестовой горе. То, что явилось нашему взору, не было оригинальным сооружением, потому что первоначальная постройка пережила несколько пожаров, последний из которых в 1888 году, и каждый раз реставрировалась. Согласно легенде, в этом монастыре хранится частица креста, на котором был распят Христос.
Чтобы привести в ярость одну из любовниц моего отца, ревностную католичку, Этти однажды ради забавы переписал все места, где хранятся кусочки этого самого креста. И пришел к выводу, что Христос должен был быть великаном, ростом более четырехсот метров, потому что, если сложить все эти кусочки, можно было бы соорудить крест в полтора раза выше Эйфелевой башни! Но не это было самым удивительным. Суммируя святые реликвии, он заметил, что святой Иоанн имел восемь ног, шесть черепов и пятьсот двадцать семь зубов. У святого Павла было двадцать девять пальцев, но абсолютным рекордсменом стал сам Иисус Христос: у него было сорок пенисов, крайняя плоть которых хранится в ковчегах по всему миру. Христиане могут быть спокойны, их богам нечего завидовать индусским божествам с двумя головами, тремя глазами и множеством ног.
— Я полагаю, позвонить надо здесь? — насмешливо спросила Амина, указывая на маленький колокольчик, висевший над одной из массивных дверей.
Пастух, которого мы встретили по дороге, когда поднимались, сказал нам, что в монастыре остался только один монах и он не разрешает туристам входить в обитель.
— Вы зря поднимаетесь! — добавил он. — С самой Пасхи он ни разу никого не впустил туда. Кто знает, может, он уже умер!
Я поблагодарил его за советы, а он усмехнулся и свистом отозвал свою собаку, которую уже с утра искусали клеши.