Tempus
Шрифт:
– Очень в этом сомневаюсь, мистер Поттер. Наказание за ложь будет куда более строгим…
– Я не лгу. Сэр.
Взгляд директора посуровел еще больше, и он отошел к своему столу. Блэк положил на его поверхность свою палочку, уже принявшую нормальный вид.
– Очень хорошо, мистер Поттер. Пожалуйста, призовите мою палочку.
Гарри сглотнул и вытянул ладонь в направлении директорского стола.
– Акцио, палочка!
– Ничего. Гарри приказал себе сконцентрироваться.
– Акцио, палочка профессора Блэка!
– Ни малейшего движения. Гарри втянул воздух сквозь стиснутые
– Акцио, палочка!
Одно из окон вдребезги разлетелось, осыпав осколками Шейна Хэннигана.
– Я не понимаю!
– Гарри был шокирован и растерян.
– Это так просто с моей палочкой. Я могу призывать даже свои очки…
– Мистер Поттер. Двадцать балов со Слизерина за несдержанность. И отработка в моем кабинете в четверг вечером за ложь в классе.
– Я не лгу!
– выпалил он, не успев вовремя остановиться.
– Акцио, книга!
– Юноша указал рукой на полку позади директорского стола, и фолиант помчался прямо на него. Гарри поймал его двумя руками и бросил на свою парту. Класс охнул.
– Тогда отработка за дерзость, мистер Поттер. И еще хотя бы одно слово - и я не примену использовать lingua lacerta (п/п: лингва лацерта - букв. «язык-ящерица»).
Гарри закусил губу и сидел молча весь оставшийся урок.
Вдобавок ко всем проблемам этим вечером разразилась гроза с ливнем, громом и молниями, и Барни отменил тренировку по квиддичу. После ужина Драко ушел на встречу Дуэльного Клуба, и Гарри спускался в подземелья вместе с остальными студентами в скверном настроении. Он надеялся несколько развеяться на поле. Но вместо этого его ждало десять дюймов эссе на тему беспалочковой магии - он до сих пор не выяснил термин, выражающий феномен спонтанной детской магии.
Гарри решил, что спросит позже об этом у Драко. А пока он устроился в Общей гостиной между Крэббом и Уиттингтон.
– Погода дрянь, - заявил Гарри, плюхнувшись в кресло. Он потер тыльную сторону руки, которая горела огнем и полыхала красным.
Почувствовав чье-то близкое присутствие, Гарри поднял взгляд и увидел стоящего перед ним Тимоти Фроста.
– Не хочешь сыграть разок в «Колокол, Книгу и Свечку»?
– Парень улыбался, но Гарри уловил что-то странное в его голосе.
– Во что?
– В ту самую, да?
– Уиттингтон придвинулась чуть вперед.
– Это игра, Гарри.
– Да, я понял, что…
– Смотри.
– Она вытянула в сторону Фроста кулак, и тот сделал то же самое.
– Колокол, книга и свечка!
– произнесли они одновременно, разжимая пальцы на последнем слоге. Уиттингтон вытянула указательный палец, а Фрост сложил ладонь в форме чаши.
– Черт подери!
– Девушка засучила рукав мантии. Фрост взял ее за запястье, лизнул кончики указательного и среднего пальцев на второй руке и с размаху ударил ее ими по предплечью.
– Мэрлин и Мограна, Фрост!
– выругалась Хизер.
– Не обязательно было делать это так сильно!
Она потрясла рукой, и Гарри заметил оставшийся от пальцев Фроста красный след.
– Значит, колокол бьет свечку?
– Свечка бьет книгу, а книга - колокол, - пояснил Фрост, сопровождая каждое слово жестом. Книга выглядела просто как раскрытая ладонь.
Это была точно
– Ну? Что скажешь, Поттер?
– Фрост снова сосредоточил свое внимание на Гарри.
Бросив быстрый взгляд на Крэбба и Уиттингтон, Поттер понял, что они были заинтригованы и, похоже, не видели в предложении Фроста ничего подозрительного.
– Да, конечно.
Высокий парень придвинул стул и сел напротив Поттера. Игра началась. Тимоти победил в первом броске, и Гарри пришлось закатать свой рукав. Как он и предполагал, было не так больно, как по сравнению с палочкой директора. Довольно быстро у обоих на предплечьях образовались лесенки из красных полос, и Гарри начал гадать, в каком случае игра прекращалась. «Если я спрошу, то тогда буду выглядеть слабаком», - решил он. Юноша мельком взглянул на Уиттингтон, но ее сосредоточенный вид ничего ему не сказал.
По мере того, как игра продолжалась, и рука Гарри начинала болеть все сильнее, он понял, что, возможно, единственный способ завершить ее когда-нибудь - попросить об этом. Что, вероятно, сделает его проигравшим. Вокруг них уже образовалась небольшая группа любопытствующих.
– Ну что, ты уже начал писать эссе по беспалочковой магии для Блэка?
– поинтересовался Фрост, взяв руку Гарри, чтобы украсить ее очередной отметиной.
– Да ну, я сделаю его позже, - ответил Гарри, поморщившись от шлепка Фроста.
– Кстати, он невероятный ублюдок, правда?
Уиттингтон фыркнула:
– Мистер Поттер, Вы, должно быть, шутите?
Гарри рассмеялся и приготовился выбросить очередную фигуру. Но Фрост неосознанно подкинул ему идею. Гарри знал, что может использовать легилименцию даже без палочки. Интересно, получится ли у него выяснить у самого Фроста, насколько тот близок к тому, чтобы сдаться? Гарри посмотрел парню в глаза, когда Тимоти в очередной раз взял его за руку. Поттер проиграл бросок и неохотно дал свою руку, морально приготовившись.
– Колокол, книга и свечка!
– произнесли они вместе при следующем разыгрывании, и за секунду до того, как брюнет разжал пальцы в форме «книги», он понял, что Фрост собирался выбросить «свечку». Гарри оставил кулак сжатым и выиграл бросок.
О, это было слишком просто. Он победил три раза подряд, а затем специально проиграл один. Далее сравнял счет еще двумя бросками перед тем, как выиграть в два раза больше. Теперь, когда он знал, о чем думает Фрост, парень смог выявить закономерность, с которой играет его противник: он оттопыривает большой палец в сторону, когда собирается выбросить «свечку», вверх - когда «книгу», и заводит за указательный - при «колоколе». Гарри разорвал зрительный контакт и разыграл партию из десяти бросков подряд, сравнивая счет - и он не скупился, награждая своего соперника ударами.