Tempus

Ravenna C Tan

Драко почувствовал то же и еще крепче прижался к парню.

– Вряд ли это называется справедливостью, да?

– Дрэй…

– Я пережил, когда они выслали Рэджа. Смогу пережить и тебя тоже.
– Драко попытался пошутить, но его голос звучал жалобно.
– В любом случае, это все равно когда-нибудь бы закончилось.

– То есть?

– Даже если ты не вернешься в свое время. Мы не сможем вечно хранить все в тайне. В конце года мы оба покинем Хогвартс. Я, вероятно, к двадцати годам женюсь на какой-нибудь милой ведьмочке из Европы.

Гарри лежал, как громом пораженный.

–

Поверить не могу, что ты можешь шутить на такую тему.

Драко вздохнул:

– До того, как на тебя наложили запрет на разглашение, ты сказал мне, что знал в своем времени другого Драко Малфоя.

Гарри кивнул.

Драко укрыл их свободной половиной одеяла.

– Вероятно, это означает, что я произведу на свет наследника, чтобы продолжить род Малфоев. Не то чтобы мне постоянно не напоминали о моем долге, но… - он задрожал, и Гарри сильно сомневался, что из-за холодных полов в подземелье, - … у меня нет выбора.

Он хотел рассказать Драко, что в будущем, как среди волшебников, так и среди магглов, отношения между мужчинами, хоть и не всеми, но будут восприниматься нормально. Но запрет «задушил» эту идею на корню.

– Чертов запрет, - наконец сумел выговорить он.
– Знаешь, есть вещи, о которых мне хотелось бы тебе рассказать.

– Знаю.
– Драко пододвинулся к Гарри ближе.
– Но всему свое время. Одеяло это, конечно, хорошо, Гарри, но кровать все же лучше.

– Надо будет убедиться, что под нашим одеялом не лежит горошина, - пошутил Гарри, когда встал на ноги.

– Пардон?

– Маггловская шутка, - пояснил Гарри.
– Э-э… - он перевел взгляд с одной кровати на другую.

– Обещаю, если ты не ляжешь со мной, я нашлю на тебя проклятье, - предупредил блондин, вертя в пальцах палочку. Он быстро наложил очищающие чары на обоих, и затем обнаженный скользнул в кровать, придерживая край одеяла для Гарри.

Брюнет подчинился, положив свою палочку на прикроватную тумбочку рядом с палочкой Драко. Это напомнило ему кое о чем. Он зажмурился от размытых очертаний комнаты - все, что было дальше на расстоянии вытянутой руки, плыло.

– Акцио, очки, - юноша произнес заклинание и вытянул руку. Очки перелетели к нему в ладонь.
– Ух ты, классно!
– Он положил их рядом с палочками и зарылся под одеяло вместе с Драко.

– Я же говорил, что ты самый могущественный волшебник, какого я видел, - пробормотал Драко сонным голосом, и уже через мгновение уснул.

Глава 8.

Как будто предостережения Драко было недостаточно, так прямо на следующий день судьба послала ему еще одно напоминание. Рейвенкловского префекта Гормана нашли избитым в ванной на пятом этаже. По слухам, все произошло из-за того, что «он был одним из этих». Гарри почти явственно слышал, как данные слова произносятся едким голосом дяди Вернона. Горман провел ночь в больничном крыле и уже на следующий день покинул Хогвартс.

Гарри был возмущен:

– Они даже не попытались выяснить, кто это сделал, - досадовал он в комнате Драко.

Светловолосый юноша вздохнул, пытаясь подвести Гарри к тому, что он должен был понять:

– А тебе не кажется, что Горман знал, кто напал на него? Наверняка знал.

Гарри шокировано уставился на него, захлопывая свой учебник:

–

Может, ты знаешь, кто сделал это?

– С чего ты взял?
– поинтересовался Драко ледяным тоном, остужая гаррин пыл.

– Я просто решил, что ты знаешь обо всем, что происходит на твоей… территории.

– А что тебя заставляет думать, будто это был кто-то из слизеринцев?
– Драко приложил ко лбу пальцы и затем, со слегка издевательским жестом, отвел руку: - Ах да! Как я мог забыть! Ты же был в Гриффиндоре, - это прозвучало все равно что «воспитан волками на воле». Юноша продолжил: - Дай подумать. Это не мог быть никто из Хаффлпафа - они слишком милые. Гриффиндорцы тоже не могли - они слишком благородные. Среди рейвенкловцев тоже никого не нашлось бы - они слишком умные. Таким образом, остаемся только мы, не так ли?

Гарри не понравилось, как это прозвучало, но по правде говоря, в глубине души он был согласен со сказанным.

– Извини, - сказал Поттер, немного остыв.
– Я не имел в виду…

– Все нормально, Гарри. Мне кажется, что это действительно был кто-то с его факультета. Ужасно звучит.
– Драко открыл свой учебник, как бы намекая, что тема закрыта. Но затем он снова заговорил: - Видишь, я не шутил, когда говорил, что нам следует быть осторожными.

– Но мы даже не знаем, что произошло на самом деле… - попытался возразить Гарри.

– Это не имеет значения, Гарри. Уже то, что все верят, будто на него напали из-за того, что он был гомосексуалистом, должно говорить тебе о многом.

Гарри кивнул:

– Все равно мне это не нравится. Мне не нравится скрываться и я… не люблю несправедливость.

Драко кивнул в ответ.

– Знаю. Но благоразумие побеждает… геройство. Идет?

– Ладно.

Гарри и Драко вернулись к своим повседневным делам, больше не затрагивая данной темы. Теперь они не всегда садились вместе в Большом зале. Часто Гарри присоединялся к Уиттингтон, Кэрроу и Филлипсу, чтобы обсудить стратегию игры по квиддичу, поскольку приближался матч против Гриффиндора. По вечерам Поттер часто пропадал на тренировках, а Драко раз в неделю посещал Дуэльный Клуб. Но каждый раз, как только за ними закрывалась дверь, первое, что делал Гарри - прижимал блондина к дереву и жадно целовал. Иногда за этим следовало выполнение домашнего задания, иногда - нет. Во всяком случае, Гарри казалось, что ему удавалось лучше концентрироваться после «снятия напряжения».

И брюнет определенно лучше спал. Как никогда в своей жизни. Шрам никогда не пульсировал, кошмары не снились. Большинство ночей Драко забирался к нему в постель и сворачивался под боком калачиком. В такие моменты Малфой выглядел младше: гримаса высокомерия, которая так часто искажала черты его лица, исчезала, и Гарри просто любовался им.

В это время Гарри размышлял. Он не забыл ни о провалах в памяти блондина, ни о неясности в вопросе о Регулусе Блэке. Хотя Драко вел себя как ни в чем не бывало. И как связаны между собой профессор Лестрандж и провалы в памяти Малфоя? Пока Гарри пришел к решению, что с помощью мантии-невидимки проследит за Драко, когда их декан снова вызовет того к себе. Тем не менее, он еще не поделился с Драко своей идеей. А что до Регулуса - Гарри ждал, пока Малфой сам заведет разговор о нем.