Темный рай

Сопик Анастасия

Лорен

Когда мы прибыли на место, вечеринка была в полном разгаре. Играла громкая музыка: рок, джаз, рок-н-ролл. Сверкающие фонарики превратили просторный дом Сэма в ночной клуб.

На диванчике лежали подушки ручной работы. На них, покуривая кальян, устроилась Эмма. На круглом столе стояли закуски. А за барной стойкой успел разместиться Питерсон. В темных джинсах и в черном кожаном жилете Николас выглядел сногсшибательно.

Кто-то предложил поиграть в игру «правда или действие». Правила довольно-таки простые.

Игроки рассаживаются по кругу, в центр кладут бутылочку, и первый игрок раскручивает ее на месте так, чтобы она вращалась. Как только бутылочка останавливается, ее горлышко будет указывать на другого участника, который должен выбрать между «правдой» или «действием», рассказом о себе или исполнением желания первого игрока. И потом бутылочку уже раскручивает второй игрок, на которого выпал ход в первый раз.

Сев на пол, мы по очереди крутили бутылочку из-под пива. Желания были такие разные: Сэму, например, было поручено выпить залпом вина из горлышка бутылки столько, сколько он сможет; Алекс украл поцелуй у красотки вечера – Эммы; Николас не меньше радовал нас своими выходками. Действия ему попадались более-менее сентиментальные. Во время этой увлекательной игры мы узнали немало секретов друг о друге и наблюдали весьма смешные зрелища. Постепенно игра мне начинала нравиться, пока не наступила очередь Эммы крутить бутылочку. Как ни странно, на этот раз я снова оказалась жертвой.

– Итак, Лорен, – подмигнула мне Эмма, – что же ты выберешь: правду или действие?

Все затаили дыхание, с интересом дожидаясь ответа.

– Думаю, правды на сегодняшний вечер было достаточно. – Я пожала равнодушно плечами, даже не представляя какую ошибку совершаю. – Так что я выбираю действие.

– Ты уверена? – хитро прищурилась та. – Ну, тогда… – она забегала глазами по комнате, – я хочу, чтобы ты… поцеловала Николаса.

Услыхав это, у меня, кажется, глаза на лоб полезли.

– Нет, я не собираюсь этого делать!

– Эмма, если Лорен не хочет, зачем ее заставлять? – тактично пришел на помощь сам Питерсон.

– Лорен, это всего лишь игра, – напомнил мне Алекс.

– Да ладно вам, ребята, можно подумать, что вы целоваться не умеете, – расхохотался Сэм, ударив меня по больному месту.

Испуганно уставившись на Питерсона, я мысленно искала поддержку. Уголки его губ непроизвольно подскочили вверх, тем самым приковывая к себе внимание.

Рука парня нежно скользнула по моей щеке, вызывая бурю эмоций. Сердце бешено застучало. Меня бросало то в жар, то в холод, но я не отвела взгляд.

Запустив руку в мои каштановые волосы, он медленно, почти незаметно, наклонился ко мне. Ноги стали ватными, тело напряглось, и я затаила дыхание, борясь с предвкушением. Не в силах оторвать взгляд от его божественных губ, находящихся от меня так близко, я могла чувствовать его пьянящее жаркое дыхание на своих устах.

Николас

Touch me, yeah

I want you to touch me there

Make me feel like I am breathing

Feel like I am human

Дотронься до меня, да.

Я хочу, чтобы ты дотронулась до меня там.

Дай мне способность дышать,

Дай почувствовать

себя человеком.

Девушка колебалась и нервничала. Я ощущал ее теплое, сбитое дыхание на своем теле. Ее глаза растерянно бегали по моему лицу, особое внимание она уделяла моим глазам, а затем ее взгляд с опаской и нетерпением упал на мои губы.

– Целуйтесь уже! – зазвучали где-то, словно издалека, нетерпеливые голоса наших свидетелей.

Но сейчас никто для меня не существовал, кроме нее.

И вот это случилось! Словно магнитом нас притягивало друг к другу. Ее удивительно мягкие, податливые уста нетерпеливо коснулись моих, накрывая нежным и трепетным поцелуем. В последний раз окинув Лорен взглядом, я покорно закрыл глаза и потерял голову от ее аромата и ощущений, охвативших меня в тот миг.

Именно этого я и хотел, но боялся хоть разок даже в мыслях позволить случиться.

– Нет, Николас, не то! – возмутилась моя невыносимая сестра, которая портила всю романтику своей болтовней. – Я хочу более глубокий поцелуй. Целуй ее так, как целуешь меня. Я разрешаю…

Эти слова были последней каплей. Я был готов разорвать сестру в клочья. Ее игры совершенно мне не нравились, но оторваться от столь желанных девичьих уст было не в моей власти.

С особой страстью этот нежный, невинный поцелуй перерос во что-то большее. Все сильнее и сильнее впиваясь в губы, мы забыли о той осторожности, что сдерживала нас еще минуту назад. Теперь мы, словно одно целое, и ничто на свете нас не остановит. Лорен нежно растрепала мои волосы. Я инстинктивно обвил ее изящную талию, одним движением пересадив к себе на колени. И было в этом поцелуе что-то такое сладкое и запретное, что влекло меня еще больше, заставляло поддаться и совсем потерять рассудок. Как хотелось остаться с ней наедине, без посторонних глаз! Спрятать ее в своих объятиях и никогда не отпускать.

– Браво, вот это поцелуй! Молодцы, ребята! – услышали мы радостные возгласы.

– А то! Мой парень и не на такое способен, – победно хмыкнула Эмма.

Какого черта я должен терпеть ее выходки, причиняющие боль Лорен? Я знал, чего она добивается. Таким способом сестра еще раз хочет напомнить, что Конорс никогда не станет моей. Еще пару дней назад я хотел и вовсе исчезнуть из ее жизни, а теперь сам же целую влюбленную девушку. И спрашивается, кем я для нее буду после этого?

Видимо, целуясь, мы просидели дольше положенного, смакуя последние мгновения. Что-то подсказывало, что оно не скоро повторится, и я нехотя отстранился от столь желанных и податливых губ, возвращаясь с небес на землю.

Лорен продолжала сидеть, боясь пошевелиться. Она противилась верить, что все хорошее осталось позади. Когда она открыла глаза, я смог прочесть, что ей этого недостаточно. В тот самый миг я мог беспрепятственно читать ее мысли, которые совпадали с моими.

Лорен

Кажется, этот поцелуй окончательно выбил меня из колеи, и уже не было никаких сомнений, что я безнадежно влюблена в юношу, у которого есть девушка.

«Целуй ее так, как целуешь меня. Я разрешаю…» – эти слова назойливо звучали у меня в голове.