Темный принц
Шрифт:
Он что, серьезно?
— Что Ты пытаешься мне сказать, что я не должна доверять Дориану? Зная, что он не может врать? Разве не ты тот, кто прежде всего проклял его? — Я свирепо посмотрела на него, сощурив глаза. Ему удалось вывести меня из себя. — Я искренне доверяю ему. Он мог меня убить месяцы назад. И он не пытался поиметь мой мозг без моего согласия.
Ставрос быстро заморгал, в его взгляде пылав гнев. Я могла буквально чувствовать, как закипает ад от его невозмутимого вида. Я занервничала. Только я подумала,
— Габриэлла, ты сразила меня, — заметил он, видимо его это позабавило. — Судя по твоему последнему шоу преданности, я бы сказал, что он безусловно заслужил твое доверие.
— О чем ты говоришь? — спросила я, приподняв бровь.
Темный Король потянулся к моей правой руке, я быстро отдернула ее, не позволяя ему касаться меня. Он усмехнулся и резко на меня посмотрел.
— Я не причиню тебе вреда, Габриэлла. Не люблю повторяться. Я имел в виду твою тату. Ты позволила ему привязать себя.
Рефлекторно я потерла крошечный синий якорь и приблизила его к своей груди.
— Ну и что?
Ставрос снова ослепительно улыбнулся так, что сердце замерло.
— Может быть, я недооценил своего сына. Может быть, он достоин своего потенциала. — Он сделал ошеломленное лицо от осознания чего-то и покачал головой. — Двигаемся дальше. Я пришел, чтобы сообщить тебе, что я отменил приказ. Дориан больше не должен тебя убить.
Что?!
— Что ты сделал?
Ставрос кивнул.
— Да. Я должен признать, что хочу твою преданность больше всего, что я когда-либо хотел. Но я хочу искренний выбор. Ты свободна выбирать.
— Серьезно? — вскрикнула я, не в силах заглушить восторг в голосе. — И вы не убьете Дориана за то, что он не убил меня?
— Нет. Я не получаю удовольствия от идеи убить своего собственного сына, Габриэлла, — ответил он с надрывом в голосе. Раскаяние отразилось в его глазах. Может быть, Темный король был не таким уж чудовищем, как я подумала изначально.
Я глубоко вздохнула и задала вопрос, который меня беспокоил с того момента как мы сели.
— А что если я выберу Свет? Тогда что? — прошептала я.
Ставрос беспечно пожал плечами, будто сама идея была ему неинтересна.
— Тогда, полагаю, что мы будем принадлежать противоборствующим сторонам. Ты должна знать, что это будет означать для тебя и Дориана. Как это повлияет на ваши отношения. Особенно сейчас, когда ты отмечена.
Я переваривала его слова, но не хотела ничего отвечать.
— Спасибо, Ставрос. Я действительно это имею в виду.
— Я рад, Габриэлла. Кроме того, я знаю, что убийца на свободе. Я могу заверить, что у меня нет ничего общего с ним, и я хотел бы обеспечить тебе еще большую защиту. Действия моего сына достаточно эффективны, но я не хочу, быть беспечным с твоей жизнью, пока ты еще так уязвима.
— Это правда? —
— Абсолютно ни в чём, — ответил Ставрос. — Единственное чего я хочу — это держать тебя в безопасности. Ты на половину Темная, а я король, это моя обязанность гарантировать своим людям безопасность. Теперь мы можем вернуться? — сказал он, вдруг вставая и снова предлагая мне согнутую руку. — Я знаю, что мой сын хочет тебя увидеть.
Я встала и выдохнула от облегчения, ублажив Темного Короля приняв предложенную руку, осторожно избегая контакта с его кожей.
— Да, конечно.
— Ах, Габриэлла. Ты просто сокровище. Твоя сущность гипнотизирует. И как мой сын сопротивляется тебе?
Я позволила себе на мгновение искренне улыбнуться.
— Никак. Я позволяю ему… дышать мной… иногда.
— О? Интересно, — заметил он, когда мы отправились вниз от торгового района.
— Могу ли я задать вам вопрос? — решила я, наконец, спросить, стиснув зубы. Когда Ставрос кивнул, я продолжила. — Вы пришли и помогли Тамми. Вы отменили оцепенение. Почему?
Король склоняет голову набок, так же, как его сын делает, когда теряется в обсуждениях.
— Потому что это нужно было сделать. Она нуждалась в помощи.
— Но… зачем? Учитывая, кто вы… Зачем рисковать ради человека? В этом явно должна быть для вас какая-то выгода.
— Мы не демоны, Габриэлла. Я вижу влияние Светлых отравляет твой разум. Они, так же могли бы вмешаться и сделать тоже самое. Но все же, где они были? Где они пропадали последние двадцать лет?
Он останавливается и поворачивается ко мне, практически вплотную. Это первое неосмотрительное выражение эмоций, свидетелем которых я стала.
— Мы были там, Габриэлла. Все это время. В каждом сражении, каждом разочаровании, каждую ночь ты возвращалась домой в пьяном угаре, мы были там. Мы защищали тебя, когда Светлые решили отречься от тебя, и мы защищаем тебя сейчас. Ты для них мерзость. Мы же видим в тебе богиню, которой ты должна стать.
Его честность немного ввела меня в ступор. Слова Ставроса кажутся такими искренними, неужели я ошибалась насчет Темных? Что если Светлые действительно такие самодовольные как считает Дориан?
— Тогда почему ты хотел убить меня? — прошептала я. Откашлялась и надеялась, что выгляжу так, будто мне безразличен его ответ, — И почему они игнорируют меня все эти годы, если надеются, что я помогу им?
Ставрос пожимает плечами и качает головой, проходя в сторону салона.
— Всеми нами правят наши страхи, наши противоречащие здравому смыслу чувства. Я действовал не опираясь на них. Прости меня, и хотя я не могу точно определить их мотивы, я бы предположил, что они действовали исходя из тех же невежественных причин, по которым и мне казалось, что тебя нужно уничтожить.