Темный горизонт
Шрифт:
– Не совсем. У некоторых из них тела на девяносто процентов состоят из имплантатов. Причем это касается и содержимого черепной коробки.
– И никакого отторжения? – удивился Егор.
Медиум усмехнулся:
– Такая уж у них особенность.
– Что?
– В какой-то момент каждый из них был лишен какой-то части тела и получил взамен искусственный орган. И вдруг обнаружил, что новый орган быстро прижился и стал телу… родным.
– Особый вид мутации? – уточнил Егор.
Медиум кивнул:
– Да.
Волчок обдумал услышанную информацию и с легкой усмешкой
– Должно быть, эти черти считают себя бессмертными.
– Не без этого, – подтвердил Геер.
Медиум знал, что говорит. И он знал, что сейчас происходит у них за спинами. Кнут наверняка уже раскусил ампулу с нанорегенератором. Маленькие строители, каждый размером с атом, уже латают его сломанные кости и наращивают мускулатуру.
Главное для Кнута – обрести хотя бы минимальную жизнеспособность. Потом он дотащится до своего логова, и хирурги-наемники заменят ему те органы, что не смогли восстановиться, искусственными. Да и дружки его не безнадежны. Тот, у которого оторванная башка хлопала глазами, тоже вполне может восстановиться.
Впрочем, Кнуту не позавидуешь. Восстановление тела после такого сильного ранения – процесс мучительный. И чтобы нанороботам было из чего строить ткани, ему нужно что-нибудь съесть. А это не просто, когда у тебя нет половины желудка.
Как бы в подтверждение его мыслей издалека донесся полный боли крик.
Егор вздрогнул, тревожно посмотрел на Геера и спросил:
– Значит, у них есть шанс восстановиться и на этот раз?
Медиум насупился и ответил:
– У них всегда есть шанс. Но лучше о них не думать. Впереди будут и другие испытания.
5
Геер не обманул – следующее испытание не заставило себя долго ждать. Едва они миновали Крымский тупик, как медиум схватил Егора за рукав и хрипло прошептал:
– Прячемся!
И затащил его за угол дома.
– Ты что-то увидел? – быстро спросил Волчок.
Медиум качнул головой:
– Нет. Но я чувствую опасность. Дай мне минуту, чтобы сосредоточиться.
Геер прислонился спиной к стене многоэтажки и закрыл глаза. Волчок терпеливо ждал. Наконец медиум открыл глаза и сказал:
– Плохо дело. Впереди враги.
– Опять кочевники?
Он покачал головой:
– Хуже. Кровожадные твари. – Геер достал из рюкзака пластиковую коробочку и протянул Егору: – Натри этим лицо, шею и руки. Мазь цепкая, просто так не сотрется.
– Для чего это?
– У тех, кто поджидает нас впереди, тепловизорное зрение. Мазь понизит температуру на поверхности кожи.
– Что это за твари? – осведомился Егор.
Медиум хмыкнул.
– Те, с которыми ты мечтал встретиться.
Лицо Волчка напряглось.
– Существа из другого мира? – спросил он, понизив голос.
– Да. Натирайся скорей и передай мне банку.
Егор сделал, как он велел. Мазь была без цвета и запаха, но коже от нее было неприятно. Словно пальцы, щеки и шею стянули тонким полиэтиленом.
– Мы не можем их обойти? – спросил Егор, передавая баночку с мазью Гееру.
Медиум покачал головой:
– Нет. Слева и справа – зоны неизведанного. О них никто ничего
– Но ты говорил, что сверхъестественные твари не заходят в эту часть города, – напомнил Волчок.
Геер вздохнул.
– Раньше не заходили. Но теперь, видимо, заходят. Надеюсь, нам удастся прокрасться незамеченными.
Егор и Геер укрылись за грудой ржавого железа. Должно быть, несколько десятков лет назад здесь произошла большая авария, и эти ржавые «окаменелости» – все, что осталось от машин.
– Можете выглянуть, только осторожно, – сказал Геер.
Волчок выглянул из-за железа и посмотрел на тварей, роющихся в ржавых мусорных баках. Тварей было четверо, и выглядели они как бродячие псы, только начисто лишенные шерсти. Кожа у них желтовато-розовая, а там, где полагалось быть ушам, виднелись небольшие кожистые бугорки-наросты с пульсирующими маленькими отверстиями. Глаз у тварей совсем не было. Существа рылись в наростах мусора, то и дело вырывая что-то и перемалывая зубами, которые казались железными.
– Кто это? – тихо спросил Егор. – Собаки?
– Не совсем, – так же тихо ответил Геер.
– Выглядят, как собаки.
– Так удобнее шариться по помойкам. Это звери-пластификаты. Они могут менять форму тела.
Егор посмотрел на пластификатов внимательнее. Вероятно, только сейчас он отметил странную подвижность и как бы эластичность их суставов и удивительную мобильность мышц, которые буграми перекатывались под голой кожей.
– Что они там выискивают? – прошептал Егор.
– Все подряд. Они могут получать энергию из любой дряни. От гнилого куска мяса, от старых батареек, от ржавого обрезка трубы.
– Удивительная способность. Но какие же крепкие у них должны быть зубы!
Геер поморщился при воспоминании о страшных зубах пластификатов. Эти зубы по крепости не уступали алмазам. Человеческую кость они перекусывали, как сухую травинку, а человеческий череп в зубах пса-пластификата лопался, как яичная скорлупка. Гееру пару раз приходилось это наблюдать.
И вдруг один из пластификатов поднял голову и принюхался.
– Они что-то учуяли?
– Не знаю.
Твари повернулись в сторону ржавых автомобилей, и тела их стали стремительно меняться. Суставы с тихим щелканьем стали выворачиваться, лапы – удлиняться, морды – вытягиваться. Мышцы волнами перекатывались под кожей, перестраивая структуру всего тела, скапливаясь твердыми буграми в лапах, шее, грудной клетке и челюстях.
Пластификаты, превратившись в уродливых чудовищ на длинных и мускулистых ногах и с огромными, вытянутыми челюстями, похожими на клювы, усеянные зубами, двинулись к груде ржавого железа, за которой прятались Геер и Волчок.
– Придется принять бой, – хрипло проговорил медиум, и в руке у него угрожающе блеснул ствол «беретты».
– Как же они нас учуяли? – Волчок тоже достал из кармана свой модифицированный «глок».
– Не знаю. Но это уже неважно. Я попробую их отвлечь и увести в сторону, а ты беги вперед. Встретимся возле Парка Искусств. Там зона стабильности, и эти твари туда не сунутся.