Темный горизонт
Шрифт:
Профессор Терехов – морщинистый, седовласый, с черной полоской усиков над верхней губой – кашлянул в кулак и смущенно произнес:
– Егор, я тщательно проанализировал информацию, скачанную из твоей головы. Отфильтровал твои воспоминания о будущем, провел кое-какие исследования и теперь точно знаю, что послужит причиной грядущей катастрофы.
– И что же?
– Два дня назад «Наноком» разослал рекламный буклет по миллиону адресов, выбранных компьютером. На внутреннюю сторону буклетов был напылен тончайший слой испаряющейся
– Профессор, о чем вы говорите? При чем тут реклама?
– Именно она станет причиной катастрофы. Эксперимент довольно бесхитростный. Основная его цель – формирование в сознании человека благоприятного имиджа компании «Наноком» и желания приобрести ее продукцию. – Профессор качнул головой: – Черт, даже не верится, что из-за такого пустяка погибнут миллиарды людей!
Егор наморщил лоб.
– Погодите… То есть эти нанопаразиты проникнут в мозг людей и заставят их покупать дерьмо, которое изготавливает «Наноком»?
Терехов кивнул:
– Да, именно так. Цель нанороботов – встроиться в нейронные цепочки головного мозга и…
– Неужели правительство разрешило это? – перебил Егор.
Профессор покачал головой:
– Разумеется, нет. Руководство «Нанокома» не посчитало нужным информировать власти. Эксперимент по внедрению нанороботов был секретным.
– И к чему это приведет? Люди побегут в магазины покупать бирюльки от «Нанокома», передавят друг друга в очередях и развяжут войну?
– Почти. Последствия воздействия нанороботов на людей окажутся катастрофическими. Попав в человеческий организм и сделав то, на что они рассчитаны, нанороботы не захотят самоуничтожаться. Они продолжат работу по структурной перестройке человека.
– В каком смысле?
Профессор вздохнул и ответил:
– Они станут улучшать человека. Сперва на вегетативном и психическом уровне – они сделают человека выносливее, укрепят его иммунную систему, избавят от депрессий. А потом займутся перестройкой человека на генетическом уровне. Они станут замещать звенья в цепочках ДНК и ускорят эволюцию людей.
– Что приведет к появлению эволоидов, – мрачно констатировал Егор.
– Да, – кивнул старик. – Вот только цепочки ДНК окажутся слишком хрупкими штуками. Некоторые из них не выдержат нагрузки, «рассыплются» на части и сцепятся заново далеко не лучшим образом.
– Так появятся деграданты, – снова сказал Егор. И добавил хмурым голосом: – Человекозвери с острова доктора Моро.
– Верно, – кивнул профессор. – У некоторых людей с сильной иммунной системой сработает механизм отторжения. И они останутся людьми.
В руке у профессора появилась фляжка с вином. Старик отхлебнул из нее, вытер губы ладонью и сказал:
– Механизм, который запустят нанороботы, будет действовать и после того, как сами нанороботы погибнут. Эволоиды продолжат эволюционировать, деграданты – вырождаться. Однако благодаря часам, которые передала мне твоя подружка, мы не допустим этого безобразия. Мы знаем, что послужит причиной генетической катастрофы, и мы предпримем меры.
– Мы создадим новое будущее?
– Да, – кивнул Терехов. – Мы создадим новое будущее. Мы подарим людям шанс на выживание, и надеюсь, что они используют его с умом.
– Рад это слышать, профессор. – Егор взглянул на кресло, в котором сидел Терехов. Здесь, во сне, это было обычное кресло. – Как ваша болезнь, Борис Алексеевич? – спросил тогда Егор.
– Пока при мне. – Терехов усмехнулся. – Но с этим «фрагментом реальности» мы тоже разберемся.
– Главное – не увлекайтесь, – сказал Егор. – Почините себе голову, ликвидируйте причины катастрофы, но на этом остановитесь. В отношении меня пусть все будет так, как сложилось.
– Договорились, – кивнул Терехов. – Выздоравливай поскорее, Егор. Впереди у нас много работы.
– Опять собираетесь отправить меня в будущее?
Терехов улыбнулся:
– Снова не угадал. Следующая станция – тысяча девятьсот сорок второй год.
– Не самое лучшее время для путешествий, – заметил Егор.
– Да, но зато какая компания тебя там ждет! – Профессор усмехнулся. – Однако об этом мы поговорим позже.
– Скажите хоть, что я должен оттуда принести?
– Не забивай себе этим голову, Егор. В свое время ты обо всем узнаешь. До встречи!
Егор Волков открыл глаза и уставился на белый потолок реанимационной палаты. Звукопоглощающее покрытие потолка было испещрено отверстиями, и Егор вдруг подумал, что именно в эти отверстия утекают души умерших.
– К нему нельзя! – донесся из-за двери палаты сердитый голос медсестры. – Девушка, я же говорю вам – к пациенту Волкову нельзя! Он все еще в тяжелом состоянии!
Послышались звуки борьбы, а вслед за тем дверь палаты распахнулась и на пороге появилась Юля Литвинова. В руках у нее были розы. Медсестра попыталась выставить ее из палаты, но Юля оттолкнула медсестру, переступила через порог и захлопнула за собой дверь. Затем защелкнула щеколду на двери и подошла к кровати.
Егор молча смотрел на ее худое, большеглазое лицо.
– Быков сказал, что ты любишь цветы, – сказала Юля. – Вот – принесла тебе букет. По дороге купила. Они красивые, правда?
Волчок разомкнул спекшиеся губы и прошептал:
– Не такие красивые, как ты.
Юля тихо засмеялась, а потом нагнулась и нежно поцеловала его в губы…