Темный голод
Шрифт:
Но она расхаживала взад-вперёд. Сердитая.
Он не знал, что делать, и очень сильно зациклился на том, что ему не следует прикасаться к ней. Что он на самом деле не знал, что ей нужно. Что он был неспособен помочь ей.
Но сейчас, когда она была в его объятиях, расслабляясь от того, что он держал её, он понял — это то, что в чём она нуждалась. И тот факт, что он мог дать ей это утешение, что она хотела этого от него…
Боже, это было для него всем. Возможность быть таким. Для неё.
За всю свою жизнь он никогда не осознавал, что это
Это потрясло его до глубины души. Это изменило всё.
Когда она уловила запах его крови, он понял это в ту же секунду. Нож задел его довольно сильно, оставив глубокий порез на левом предплечье — не настолько, чтобы вызвать у него беспокойство, но определённо достаточно, чтобы острое обоняние вампира отметило присутствие крови.
Клэр втянула в себя воздух, вдыхая этот аромат. Она издала тихий стон и заерзала в его объятиях. Тело Нокса уже несколько дней было готово к сексу, а Клэр была прелестна и обнажена в его объятиях, так что трение об его член заставило его за считанные секунды перейти от умеренного возбуждения к стояку. Его клыки, которые оставались частично удлинившимися с тех пор, как он впервые вынес Клэр из дома Версали, полностью обнажились.
Рука Клэр сжала в кулак ткань его футболки, потянув её. В нос ему ударил запах её возбуждения.
Это нормально для только что проснувшегося спящего. Её жажда крови и секса будет пылать в ней много дней, а может, и недель. У людей гораздо более слабые инстинкты; она не привыкла к этому, не знала, как это контролировать.
Даже такой зрелый вампир, как Нокс, не был застрахован от подобных порывов. Откинув голову назад, он боролся с внезапным неистовым желанием войти в неё. Он хотел погрузить свой член поглубже, хотел вонзить клыки в её шею, когда будет трахать её, хотел попробовать её сладкую кровь.
Но не имело значения, чего он хотел. Дело не в нём.
Он должен был знать, чего она хочет, в чём нуждается.
Клэр дёрнула его за футболку и тихонько зарычала.
Нокс поднял голову.
— Ты хочешь, чтобы я снял это?
Она в ответ потянула ткань вверх.
Когда Нокс убрал руки с плеч Клэр и задрал свою футболку, она пошевелилась у него на коленях, всем весом прижимаясь к его напряжённому, ноющему члену. У него вырвался стон. Ногти Клэр царапали его грудь и плечи, пока он стягивал футболку через голову.
Ему всё ещё не нравилось, что она видит его шрамы. Они были уродливыми. Они показывали, что его жизнь и его тело не всегда принадлежали ему.
Но Клэр, похоже, это не беспокоило.
Она издавала тихие рычащие звуки и продолжала слегка царапать его.
— Бл*дь, — выдохнул он. — Бл*дь.
Он схватил её за руки, зная, что ещё немного такого поддразнивания вызовет в нём агрессивную реакцию. Клэр зарычала, ей не понравилось, что он остановил её. Когда она вырвалась, он отпустил её.
Соскочив с него, Клэр снова принялась расхаживать по комнате. Нокс встал, его член натянул штаны палаткой. Клэр остановилась и уставилась на него,
Он знал, что она не девственница, потому что у неё не текла кровь в душе, но она была неопытной. Она не знала, как сказать ему, что ей нужно, а он только усложнял ей задачу своей осторожностью.
И как будто он не мог понять, что ей нужно?
Она нуждалась в нём. По крайней мере, в его теле. Ей нужно быть женщиной с мужчиной.
Нокс заблокировал свои мысли и неуверенность. Может, он покрыт шрамами и уродлив, но его тело работало отлично.
Он направился к ней, позволив инстинкту взять верх. Его женщина нуждалась в нём.
Он обхватил её за талию и отнёс на кровать. Она застонала и прильнула к нему, посылая импульсы вожделения прямо к его члену. Когда он уложил её на матрас, она вытянулась, расслабляясь, и выражение её лица сменилось с раздражения на желание.
Да, ей это было нужно — и, пожалуй, ему тоже.
Когда Нокс дёрнул вниз штаны, позволяя своему члену высвободиться, Клэр не сводила с него глаз. Она прикусила губу, обнажив маленькие острые клыки. Раздвинув ноги, она провела пальцами по своим гладким, блестящим складочкам.
Нокс зарычал от удовольствия при виде этого зрелища.
Она хотела его, нуждалась в нём. И он мог заботиться о ней. Во всех отношениях, даже в этом. Особенно в этом.
Нокс опустился на матрас, устроившись у неё между ног, и его член сочился влагой для неё. Его рука коснулась лона Клэр, и она позволила ему овладеть собой, вскрикнув, когда его пальцы погрузились внутрь. Её бёдра приподнялись над кроватью, когда он начал ласкать её.
Она кончила почти сразу.
Нокс удовлетворённо зарычал.
Затем она снова вцепилась в него когтями.
— Полегче, милая, — сказал он, беря её за запястья и заводя их ей за голову. Инстинкт — это одно, но ему нужно держать себя в руках, и такого рода игры могли подтолкнуть его перейти грань между сексом и жёстким трахом. Ему нужно оставаться на правильной стороне этой черты.
Всё ещё держа её за запястья, Нокс расположился у её входа, застонав от приветственного тепла и влажности её набухшей плоти. Она вскрикнула, когда он стал проникать дюйм за дюймом, давая ей привыкнуть к его размеру.
Боже.
Она ощущалась чертовски приятно.
Когда Нокс отодвинулся, проводя головкой по её влагалищу, Клэр выгнулась под ним, её губы приоткрылись, её желание было безграничным.
Когда он вошёл глубоко, она вскрикнула, выгибаясь навстречу ему. Он отпустил её запястья и притянул её ближе, крепко прижимая к себе, когда начал двигаться.
Он привлёк её к своей шее, и она сильно укусила его.
Нокс чуть не кончил от приступа эротической боли. Его бедра резко вбились вперёд. Клэр вскрикнула и прижалась к нему, её лоно обхватило его член, пальцы впились в его спину, клыки глубоко вонзились в шею.