Темный голод
Шрифт:
Армейские ботинки. Чёрные брюки с множеством карманов. На внешней стороне бёдер висели пустые кобуры.
Он был крупным, но поджарым. Его обтягивающая чёрная футболка облегала широкую спину, а руки были такими сильными, что даже в расслабленном состоянии выделялись все мускулы. У него была толстая шея, короткие тёмные волосы, почти выбритые, но немного длиннее на макушке.
Военный.
Но нет. Он не военный.
Когда здоровяк достал из шкафчика сложенное чёрное полотенце, Клэр увидела не только его, но и всю комнату. Это была
Вся эта белизна выглядела странно после полумрака… той комнаты. Белая пустота почему-то заставила её застыть в такой манере, которой не было в комнате для секса.
Воспоминания пытались вернуться, но Клэр сдерживала их. Однако она не могла избавиться от ощущения неправильности внутри себя.
Теперь всё было по-другому. Она чувствовала себя менее лихорадочной. Её живот больше не сводило спазмами. Но она всё ещё чувствовала жар и боль. Что-то с ней было не так, сильно не так. Она хотела…
Клэр оборвала эту мысль прежде, чем она полностью сформировалась, но ужас всё равно сдавил ей горло.
Она не могла дышать. Глаза защипало.
Крупный мужчина повернулся к ней с полотенцем в руке. Клэр не могла толком разглядеть его лицо сквозь пелену слёз, но она увидела, как он дёрнулся и поспешил к ней, его тяжёлые ботинки затопали по кафельному полу ванной.
Когда он опустился перед ней на колени, Клэр почувствовала, что её поднимают, прижимают к его груди.
— Милая, всё в порядке. Ты в безопасности, всё в порядке.
Каким-то образом он заставил всё это отступить, и Клэр снова смогла дышать. Она прижалась к нему, чувствуя облегчение от его роста, его тепла, его глубокого голоса. Неважно, что всё это не имело смысла, что она была сумасшедшей. Пока он обнимал её, всё в порядке.
Через некоторое время он сказал:
— Милая, нам нужно привести тебя в порядок. Обещаю, тебе станет лучше. Потом ты сможешь отдохнуть.
Клэр не двигалась. Она не хотела этого делать.
Он вздохнул, положил подбородок ей на макушку и ещё немного подержал её, прежде чем настоять:
— Ты почувствуешь себя намного лучше.
Клэр издала протестующий звук, когда он подвинулся, вставая и направляя Клэр так, чтобы её ноги коснулись земли. Он прижал её к себе, словно не был уверен, сможет ли она стоять самостоятельно. Клэр прильнула к нему, сама того не желая. Его ремни и пряжки впивались в неё сквозь тонкий материал платья.
— Ты сможешь принять душ? — спросил он. — Я могу подождать снаружи, пока…
Клэр зарычала с внезапной яростью, и сила неожиданно разлилась по её телу.
— Нет.
— Ты не хочешь принять душ?
Она правда хотела помыться. Поскольку он продолжал говорить об этом, она начала осознавать, что от неё самой воняет грязью. Она чувствовала себя отвратительно. И она ненавидела это платье. Оно даже не принадлежало ей.
—
— Окей.
Когда он начал отстраняться, она вцепилась в него, сжимая кулаки в его обтягивающей футболке.
— Я только включу воду.
Он обошёл её, чтобы открыть стеклянную дверцу душевой у неё за спиной. Когда он наклонился и включил воду, Клэр схватилась за его пояс, боясь потерять контакт с ним. Все его мышцы заметно напряглись под плотной тканью.
Клэр это нравилось. Ей хотелось прикасаться к нему. Жар пульсировал в её лоне. Она сжала бедра.
Вспыхнуло воспоминание. Как она оседлала его, прижимаясь к нему. Каким он был твёрдым.
Он выпрямился, возвращаясь к ней. Клэр не поднимала глаз. Она видела его раньше, в другой комнате, в комнате для секса. Она помнила широкое, красивое лицо, но сейчас не смотрела. Она не уверена, почему. Возможно, тогда всё стало бы более правдоподобно. Она бы испугалась, если бы он был настоящим.
Она держалась за его ремень, глядя примерно на его грудину, стоя очень близко и всё ещё желая, чтобы он был рядом.
— Милая… ты просишь меня… остаться?
Клэр кивнула.
— В ванной?
Клэр зарычала.
— …принять с тобой душ?
Клэр кивнула.
Он судорожно выдохнул и провёл рукой по голове.
— Чёрт. Да. Хорошо. Но…
Немного отодвинувшись, он вытащил футболку из-за пояса, хотя и не заставил её отпустить его ремень. Её руки вытянулись до упора вперёд. Он не отодвинулся ни на шаг.
Клэр затаила дыхание при виде его обнажённого торса, едва не выпустив из рук его ремень. Он замер в ожидании.
Она уставилась на него. Затем она подняла палец и коснулась одного из шрамов — толстой серебристой линии, которая начиналась у него под рёбрами и бежала по твёрдым мышцам, исчезая за поясом.
— Я знаю, что они уродливы, — сказал он.
Клэр удивлённо подняла глаза, услышав эти слова. Когда она увидела его лицо, это действительно сделало его более реальным. Но Клэр, в конце концов, не возражала. Ей понравилось его лицо. Он был красив, но не вызывал отвращения, как другие. У него была волевая челюсть, покрытая тёмной щетиной. Слава Богу, он не улыбался, как они. Его тёмные глаза, которые были устремлены куда-то поверх головы Клэр, встретились с её глазами. Она уставилась в них, поражённая тем, насколько глубокими они казались.
— Ты хочешь, чтобы я ушёл? — он прошептал это.
Клэр снова опустила глаза на шрам, сосредоточившись на нём и игнорируя остальные.
— Это больно.
— Да.
Клэр изучала его мускулистое тело. На нём было так много шрамов, извилистых и тёмных, тонких и бледных. Он был похож на одного из тех покрытых шрамами львов из документальных фильмов о природе, которые она любила смотреть. Он выжил. Он был сильным.
А ещё у него появилась новая рана.
На шее запеклась кровь, стекавшая из яремной вены, где вдоль вены виднелись два прокола.