Тёмный день
Шрифт:
— Понятно, — проговорила Гингема, задумчиво пододвигая Дарину розетку с вареньем.
— Про ритуал с амулетом я ничего не знаю, — предупредил Тохта. — Это магия другого уровня!
Заговорив про магию, Тохта с ностальгией вспомнил квартал Магов в Лутаке. Собственно, сам квартал интересовал его мало — не занимаются кобольды волшебством — но ведь рядом, рукой подать, раскинулась шумная Привратная площадь, где каждый камешек под ногами с детства знаком! Сядешь, бывало, под полосатый парусиновый навес, пододвинешь к себе меняльный столик — и пошла
Тут Тохта услыхал голос Дарина и так удивился, что в первую минуту и не понял, что к чему. Однако ж, скоро сообразил, что он вовсе не в Лутаке, а в гостях у Гингемы и заставил себя прислушаться к разговору.
— Я тут немного порылась в книгах, в своих старых записях. Нашла все, что касалось фей, — говорила Гингема. — Не очень много, к сожалению.
Зазвонил телефон. Дарин вопросительно взглянул на хозяйку, она махнула рукой.
— Перезвонят… вот что, ребята. Не знаю, как вы, а я только один выход вижу — надо как-то потянуть время.
— Для чего? — уставился на нее Тохта.
Гингема откинулась на спинку стула.
— Будем исходить из того, что драконы уже знают, что амулет похищен и пытаются его отыскать. Скоро они явятся сюда и…
Тохта покосился на Дарина.
— Моли небеса, чтоб Риох был в хорошем настроении, — угрюмо посоветовал кобольд.
— Риох? Кто это?
— Дракон-убийца, — безнадежным тоном сообщил Гингеме Дарин. — Что-то вроде специалиста по разрешению неразрешимых проблем.
— Гм… звучит как-то… как-то не слишком оптимистично?
— Он появляется только для того, чтоб снести кому-нибудь голову, — пояснил Дарин. — Тут уж не до оптимизма!
Тохта в волнении облизал мордочку.
— Точно, точно! Человек в зеленом плаще с золотой пряжкой. Но минута-другая у тебя все же будет, — он уставился на Дарина. — До того, как он тебя… попробуй ему все объяснить!
Дарин залпом выпил остывший чай и поставил стакан на поднос.
— За минуту-другую? Скороговорку ему сказать, что ли?
Кобольд пожал плечами. Он хотел добавить что-то, но тут внимание его переключилось на другое: в комнату вошла пушистая белая кошка. Тохта облизнулся, следя за ней горящими глазами. Кошка подошла к креслу, вспрыгнула, улеглась и принялась вылизывать лапку. Кобольд, как бы невзначай, сполз со стула, со скучающим видом прошелся туда-сюда, подобрался к креслу и, улучив момент, потыкал кошку в бок. Жирная…
— Тохта! — окликнула его Гингема. Он встрепенулся.
— А? А я вот тут…. — кобольд поковырял корешки книг на полке. — Книжки вот смотрю всякие. Хорошие, должно быть. Дорогие?
Гингема такому интересу улыбнулась, а Дарин не поверил, его-то на мякине не проведешь. Покосился на кошку, потом бросил выразительный взгляд на Тохту и сделал строгие глаза: мол, в этом доме кошек лопать — ни-ни! Гингема самих потом съест
Кобольд тяжело вздохнул.
— Много книжек-то… а что, — вдруг снова оживился он. — За них деньги платят?
— Напиши — и тебе заплатят, — буркнул Дарин. — Иди к столу, послушай, о чем мы говорим. Это ведь и тебя касается!
Гингема дождалась, пока он усядется на стул, и снова взяла беседу в свои руки.
— Хорошо, о драконе тоже поговорим попозже. Но вы согласны, что нужно потянуть время?
Дарин и Тохта кивнули.
— Тогда давайте решим, что делать с вурдалаками? Что предпринять, чтоб они не добрались до вас раньше, чем прилетит этот… как его? Специалист по неразрешимым проблемам.
Кобольд поднял лапу.
— Предлагаю вот что: будем сидеть в норе! Безвылазно! Если насыпать соли на порог, то они не войдут. А, Дарин? А, может быть, сбивать их со следа? Но это опасно. Нет, лучше прятаться, — он облизнул мордочку. — Или бегать от них!
Дарин не ответил. Он сидел, глубоко задумавшись, и вопроса кобольда не услышал. Тохта посмотрел на Гингему, та пожала плечами.
Наконец, Дарин очнулся от задумчивости, встал и подошел к окну: во дворе играли дети, на скамейке сидели молодые мамаши, в крошечном палисаднике высаживала цветы пожилая женщина.
Какое-то время он наблюдал за происходящим, затем повернулся к Тохте.
— Можно и так, — сказал он. — Но у меня другой план. Мы не будем от них прятаться, и не будем от них бегать.
Кобольд поморгал глазами.
— Нет? — переспросил он, глядя на приятеля с удивлением. — А что же мы будем делать? Сдадимся? Они нас…
Он вспомнил вурдалаков и дернул хвостом.
— Будем защищаться, — твердо ответил Дарин. — И постараемся уничтожить их, пока они не натворили бед в нашем мире!
Тохта понял, что ослышался. Он потряс головой и недоверчиво уставился на приятеля.
— Что-то я не расслышал… что ты сказал? Ты собрался объявить войну вурдалакам?! Ты?
Он потер обеими лапами уши.
— Вот именно, — решительно ответил Дарин. — Объявить войну.
Кобольд быстро облизнул мордочку, соображая.
— Ты сошел с ума? — внезапно догадался он. — Точно! Как Попуций!
Дарин прошелся по комнате и остановился перед Тохтой.
— При чем тут Попуций? Я вырос в этом городе! А теперь по его улицам шляются вурдалаки и собираются нападать на людей, которые даже не подозревают, что…
— Точно, точно, — не слушая его, твердил кобольд. — Помрачение рассудка! Тебе пора обратно в монастырь, вот что. Там тебе самое место! Сражаться с нечистью?! Ты же не маг и даже не воин!
Тохта поерзал на стуле.
— Безнадежное дело! — громко объявил он. — Я же говорил тебе: человеческая жизнь такая короткая, только подружишься с кем-нибудь, как он…
— Умирает от старости? — подсказал Дарин.
Глаза кобольда блеснули рубиновым цветом.
— Хуже! — отрезал он. — Собирается воевать с вурдалаками! Так что и не мечтай, что доживешь до старости!