Темные души
Шрифт:
По меньшей мере, два столетия прошло с тех пор, как вампир вошел в дом, два тяжелых века, проведенных в кромешном Аду.
И тут девушка открыла глаза. Мужчина не знал, что за тяжкий грех он совершил на этом свете, раз встретился с ней взглядом в эту секунду. Ее паника, страх, ужас, боль — все это передалось ему, как будто кто-то посчитал, что ему недостаточно было той зияющей раны в душе, которая уже образовалась. Ему вдруг захотелось стать невидимым, провалиться сквозь землю, оказаться в Раю, где по его мнению было довольно скучно, забыться, сойти с ума — да что угодно, черт возьми — только бы не видеть этих голубых глаз, которые он люто
Елена смотрела на вампира в течение бесконечно долгих двух секунд, а потом отпрянула от младшего брата с такой быстротой, словно надеялась, что Дамон ничего не заметил, что он только вошел и еще не успел разобраться ни в чем.
Юноша неоднозначно хмыкнул, спокойно прошел к дивану, сопровождаемый пристальным взглядом двух пар растерянных глаз и со всей возможной комфортностью улегся, доставая из кармана телефон.
— Можете не отвлекаться, я на минутку заглянул, — милостиво разрешил он продолжить то, на чем прервалась страстная парочка. Его изрядно удивил собственный голос: спокойный, расслабленный, с привычным легким налетом мелодичности и вечно скучающих интонаций, он звучал очень естественно. За что вампир уже несколько раз поблагодарил самого себя. Нужно было сообщить Мэтту, что он не сможет их встретить. Поэтому, не медля и секунды, он ловко набросал текст сообщения, которое тут же отправил. "Берите такси до Пармы. Встретить вас не могу, дела. Дамон".
В комнате было так тихо, как бывает перед ужасной бурей.
— Братишка, — мужчина приподнял голову, приветствуя своего родственника. — Безумно рад тебя видеть! Извини, лично пожать руку тебе не могу, у тебя слишком тупая физиономия. Боюсь, это может оказаться заразным. Ты можешь представить меня с такой миной? — он в точности скопировал выражение лица Стефана и рассмеялся. — Вот и я не могу, а тебе всегда шло! Я тут понаблюдал немного за тем, как вы мило лобызались, и мне так стыдно за тебя, Стефи! Ты просто ужасен!
Тот непонимающе уставился на него, явно пытаясь понять, к чему именно клонит брат.
— Ладно-ладно, — поспешно прервал его мучительно-непонимающий мыслительный процесс Дамон. — Я про твою манеру целоваться. Это просто ужас! Оценка два и никаких споров! Эмоциональный диапазон, как у чайной ложки, актерская игра ни к черту, страсть выглядит отвратительно неправдоподобно, девушка успела три раза зевнуть и пять раз выспаться, Стеф! — он бросил снисходительный взгляд на Елену, позволив себе задержаться на ней лишь на пару мгновений. — Явный перебор с нежностью, пару раз судьёй, то есть мной, — он подмигнул брату, — Были замечены излишние шероховатости в сексуальности. В общем, весь зрительский зал был недоволен. Поэтому я считаю нужным преподать тебе небольшой урок, экс-поедатель несчастных белок.
Вампир сам не понимал, что говорит и чего добивается. Он знал одно: если в течение нескольких последующих минут кто-нибудь из них произнесет хоть слово, он убьет обоих. Сейчас все должны были играть по его правилам, и они уже это поняли.
— Ты же знаешь, братец, что я более разборчив, — стал размышлять вслух юноша, медленно подходя к Елене. — Но у нас нет других кандидаток на роль испытуемых, поэтому придется потерпеть, — он с сожалением возвел глаза к потолку, тяжело вздохнул и добавил, — Да, Елена?
Девушка со страхом подняла на него взгляд и спокойно кивнула. По ее щекам безмолвно катились слезы, стекая на подбородок, но она даже не всхлипнула ни разу. Может, вампиру и стало ее жалко, вот только вряд ли умершие души
Когда гнев его поутих, он спокойно оторвался от губ девушки, и долю секунды рассматривал ее глаза. Если бы она только могла произнести хоть слово, хотя бы шепотом, чтобы объяснить ему все.
— Пожалуйста, — взмолилась она, найдя в себе точку опоры. Ею послужил страх, буквально ужас оттого, что она теряет сейчас все, ради чего собиралась жить. — Дамон, я прошу тебя…
Он, казалось, совсем ее не слышал. С силой оттолкнув Елену от себя, он повернул сияющее лицо в сторону брата и произнес:
— Тебе есть еще чему поучиться у меня, да, Стефан?
Лютая ненависть к родственнику накрыла его с головой. В течение этих долгих месяцев он всеми силами боролся за сердце этой девочки, почти победил, а потом явился этот счастливчик и в одну секунду разрушил то, что он выстраивал несколько долгих лет. И сейчас, когда ей делали больно у него на глазах, он не заступился за нее, не вырвал из груди Дамона сердце за то, что тот посмел обидеть ее, причинить ей страдание…
Вампир глубоко вздохнул, глядя на ненавистное лицо стоящего рядом юноши, и ухмыльнулся:
— Думаю, необходим урок номер два.
Едва закончив фразу, он резко замахнулся, и всей силой и злостью ударил младшего брата по лицу. Удар получился сокрушительным. Лицо Стефана резко дернулось в сторону, он не удержался на ногах и рухнул на спину, сшибая стеклянный журнальный столик, который находился за его спиной. Посыпался ворох осколков, наделав предостаточное количества шума, но мужчине этого было мало. Он кинулся на брата, полностью утратив контроль над собой. Как только его рука замахнулась для второго удара, он почувствовал чуть различимое препятствие. Оглянувшись назад, Дамон увидел Елену, которая всем телом повисла на его плече, мешая как следует размахнуться.
— Не трогай его, пожалуйста, — сквозь всхлипывания попросила она, целуя крепко сжатый кулак. — Я очень тебя прошу.
— Отойди, — процедил сквозь зубы юноша, отворачиваясь от нее. Она еще защищала его! Того, кто даже не попытался вступиться за нее. Защищала Стефана. — А урок, братец мой, состоит в том, что никогда, слышишь? — он наклонился и приподнял за волосы голову вяло сопротивляющегося родственника. — Никогда не стоит становиться на пути у Дамона Сальваторе. А еще, — он ударил его головой об пол, — Стоит думать, перед тем как называть меня лицемерным ублюдком!