Темная
Шрифт:
Мои глаза распахнулись. Расслабленность и томность испарились. Я отстранилась.
– Вы собираетесь воевать с Байханом?
Сай удивленно смотрел на мои телодвижения.
– Да-а-а, собираемся… – неуверенно ответил он.
– А каковы шансы?
– Отличные шансы, – ответил он уже более собранно. – В Чесаре против них уже восстал народ. Шовданцы твердо намерены приструнить байханских крыс. А в чем дело?
– А когда Горид отвоюете, ты туда поедешь? – затаив дыхание, спросила я.
– Нам придется пройти через весь
Я мысленно представила карту.
– В таком случае пообещай мне в качестве свадебного подарка, – потребовала я, – что мы заедем в один примечательный городок, в котором я провела… некоторое время.
– Ностальгические воспоминания? – предположил Рыжик, который уже шатен.
– О да! – хмыкнула я. – Очень ностальгические. Думаю, местное общество будет крайне радо меня приветствовать в качестве ристаларской королевы и принцессы драконцев.
– Судя по твоей кровожадной ухмылке, – продолжил предполагать Сай, – общество будет стонать и рыдать… в экстазе.
– О да, – повторила я, – в полнейшем.
Я мысленно потирала руки, представляя во всех красках свое эффектное появление в маленьком городке Ганише.
***
Правда, моей кровожадности пришлось залечь в спячку на неопределенное время. Оказалось, что ни сегодня, ни завтра, ни даже послезавтра, никто выступать в Горид не собирается. Подготовка требовала времени. И пока кое-кто заключал союзы, заседал на совещаниях и плел интриги, меня отправили в лес за бель-сайн. Да, да. Как оказалось, только я, дитя двух народов и носитель двух магий, смогу достать этот артефакт.
В один прекрасный день меня привезли в Щипы и подвели к странному сооружению. Я уже знала, что здесь находится тот самый магический источник, из-за которого мутировали волки. Когда-то его ареал сильно расширился, и это стало национальным бедствием. И именно Эллина подсказала использовать кристаллическую крошку, которая рассеивала магические потоки. Вокруг источника построили стену, тем самым решив проблему. На что я раздраженно подумала, что до этого могли бы додуматься и маги, не дожидаясь, пока какая-то неодаренная пигалица им это втолковала. Хотя про Эллину отдельный разговор.
Как только Раенар Кирион узнал, кем я являюсь, его лицо озарилось, я бы сказала, плотоядной улыбкой. Он рассказал, что его жена пришелица из другого мира (не поняла, это что, все кому ни лень могут по мирам бродить?). Кирион заявил, что будет просто прекрасно, если мы с ней будем чаще общаться, а то она как-то заскучала. С невыразимым удовольствием я, глядя на это мелкое недоразумение, стоявшее рядом с мужем… отказала. На что мне, иронично усмехнувшись, объявили: «Один-ноль в твою пользу». Правда, наслаждалась я своей победой недолго. Ровно до того момента, как меня привезли во дворец и оставили в окружении фрейлин, смотревших на меня с паникой в глазах. Пришлось завопить, чтобы ко мне срочно вызвали герцогиню Кирион. Интерес ко мне мое окружение потеряло сразу при ее прибытии. Еще бы, появиться в этом курятнике затянутой в черную кожу, на своем летающем Феррари – они, наверное, решили, что я со своей смуглостью не так страшна, как эта дамочка в мрачном наряде. Громко цокая каблуками по мраморному полу, герцогиня подошла и, остановившись в шаге от меня, чуть склонив голову, спросила:
– Один-один, ваше будущее величество?
Оставалось только кисло улыбнуться в ответ.
И с этим «мелким недоразумением» мы в дальнейшем стали заклятыми подругами. Несмотря на то, что меня буквально выводила из себя эта девица, приходилось отдавать ей должное. Это во многом благодаря ей произошли те масштабные изменения, которые я наблюдала в Ристаларе. Она пришла к нам из техногенного мира, где не было магии. Ее знания плюс здешние возможности привели к невиданному
Вообще, мой будущий муж оказался на редкость прагматичным человеком. Он очень активно начал использовать все то, что могли предоставить ему пришельцы. Например, драконцы укрепили его пограничные посты своей магией, благодаря чему все помыслы прибывающих были как на ладони. Помнится, что-то такое я и заподозрила, при пересечении границы. А еще Тамирдин намеревался найти некие Врата, через которые можно путешествовать в другие миры. От этого его, правда, отговорили Оливканирион и Эллина. Объяснив, что не все новоявленные соседи могут быть благожелательными. Если кто-то окажется сильнее магически или технически, то Алетан просто превратят в колонию.
Да, мне рассказали о многих неслыханных до этих пор вещах. Таких как – планета, космос, вселенная, пространственные переходы и т.д.
Думаю, что и меня скоро внесут в список героев Ристалара, ведь то, что я собираюсь сделать, должно вернуть магический фон Алетана в прежнее русло. Из дневников моей матери, которые Раенар откопал в бумагах своих родителей, и из объяснений Оливканириона выходило, что бель-сайн, опущенный прямо в поток чистой энергии, привел к дисбалансу. Это как если бы середину мерно текущей широкой реки кто-то, опустив ложку, начал помешивать. Казалось бы, ложка и река несопоставимы ни по каким параметрам. Но волны, создаваемые этой «ложкой», пусть и небольшие, но появляются, и расходятся. И если проделывать это день за днем, год за годом, то волей-неволей образуется воронка. Именно это и произошло с нашими магическими потоками, которые шли с юга на север. За триста лет, что бель-сайн воздействовал на окружающий его фон, волны, расходясь кругами, нарушили всю структуру. Именно поэтому повсеместно переставали рождаться маги. Именно поэтому Лазурный Лед в Шовдане, который фильтровал использованную магию, и возвращал ей первоначальную чистоту, вдруг начал стремительно расти, угрожая покрыть весь Алетан. Потому-то и торопились все с извлечением на свет артефакта, который так… подпортил картину этого мира (его величество запретил ругаться).
Стоя перед довольно высокой стеной, построенной из кирпича с краплениями «крошки», я раздумывала, как мне подняться. Использовать магию строго-настрого запретили. Во-первых, боялись, что я не до конца отошла от отравления. А во-вторых, магический источник искажает любые заклинания. Пока я раздумывала, Оливканирион и его сын Рустиванирайя подхватили меня под руки и взлетели.
Да, драконцы летают. И становятся невидимыми. Таким образом они и перемещались от острова к материку. Оказалось, порталы они строить не умеют. Теперь понятно, почему мне дается это с таким трудом – наследство по отцовской линии. И иллюзии мне не подвластны именно поэтому. Зато летать смогу научиться – мой опекун Оливканирион мне обещал.
Сосредоточившись, я перекрыла свой резерв, тот самый, что принимал в себя энергию. Этому я научилась давно. Когда мы с мамой впервые очутились в Сирте. Оказавшись в месте, лишенном магии, нам казалось, что мы задыхаемся. Что-то внутри меня само поняло, что нужно делать, и просто отрезало входящие потоки. Облегчение было непередаваемым. Мама еще несколько раз возила меня в этот суровый край, чтобы тренировать мои способности, хотя ей давалось это тяжело.
Отогнав воспоминания, я кивнула своему опекуну. Он первым вошел в пещеру, живописно скрытую в густой зелени. Следом двинулся его сын. Если судить по рассказам отца, то эта пещера шла из самих Драконовых гор, поэтому была опасность, что здесь затаилась какая-нибудь мерзкая зверушка. Хотя отец говорил, что никакой опасности нет. Но Тамирдин Третий приказал, чтобы меня оберегали, на что Оливканирион, смерив его высокомерным взглядом, ответил, что их не нужно учить, как обращаться со своей принцессой. На что Третий ответил, что стоит, если вспомнить, как они поступили с одним принцем. Перепалка обещала перерасти в дипломатический скандал. Пришлось вмешаться и сообщить, что «если тут все не заткнутся, я пойду одна» и отправиться поближе к ограждению. Это быстро положило конец конфликту.