Темная любовь

Джаспер Эль

— Добро пожаловать в «Крачан», — объявляет Райн, и у него появляется настоящий британский акцент, так отличающийся от его резкого гортанного шотландского выговора. — Я искренне надеюсь, что вам здесь очень понравится.

Чесс и Пит разражаются смехом. Мы подъезжаем к дому и сворачиваем на большую полукруглую подъездную аллею. Это чем-то напоминает мне улицу в «Полумесяце» Габриэля… только не так жутко. У входа припарковано несколько машин и мотоциклов. «Ровер» останавливается, и мы выходим. Подъезжает другой, и Ной присоединяется ко мне. Мы смотрим на «Крачан», произносимое как «Крэкен». Это довольно большое место.

—

Добро пожаловать в отель «Калифорния»? — пою я Ною.

Ной смотрит на меня.

— Мне стоит беспокоиться о мальчишке?

Я перевожу взгляд на Райна, который теперь разговаривает по мобильному в нескольких футах от меня. Он стоит к нам спиной, но я слышу приглушенное фырканье.

— Он услышал тебя, — говорю я и улыбаюсь. — Он очень похож на тебя, Майлз.

— Вот почему я спросил, стоит ли мне беспокоиться.

Я закидываю сумку на плечо, ощущая вес ножей и скаты почти как комфорт. Райн засовывает сотовый в задний карман, закидывает на плечо другую мою сумку и присоединяется к нам. Он кивает Ною.

— Сюда. — Он поворачивается, и мы идем за ним по усыпанной гравием дорожке. Я замечаю, что для компании парней она не так уж запущена. И снова впечатлена.

Мы проходим через пару высоких, украшенных замысловатой резьбой и толстых деревянных дверей и попадаем в похожий на пещеру открытый холл. Я замечаю, что, как и во многих старых усадьбах, здесь есть массивный камин, занимающий одну стену. Другую стену занимает огромный плоский экран, а перед ним несколько диванов, кресел и длинный деревянный журнальный столик. Несколько парней занимают стулья и диван. Они смотрят в нашу сторону.

— Я покажу вам ваши комнаты, — говорит Райн. — Большинства гостей еще нет дома. — Он ведет нас к широкой лестнице в конце фойе. — Это одно из главных требований, предъявляемых к проживанию здесь. — Он бросает на меня взгляд, когда мы начинаем подниматься по ступенькам. — Мне нужна работа.

— Хорошая идея, — говорит Ной. — Какие еще требования?

Райн останавливается на втором этаже и выходит на лестничную площадку. Он ухмыляется.

— Не быть трусом.

— Хорошее требование, — говорю я. Райн наклоняет голову, и мы следуем за ним.

— Я устрою вас двоих напротив друг друга по коридору, — говорит Райн и, остановившись, смотрит на меня. Номер комнаты 208. Дверь широко открыта. — Я принесу вам ключи, пока вы оба устраиваетесь, — говорит он, заходит в комнату, ставит мою сумку на пол перед кроватью и возвращается. Проходя мимо Ноя, он улыбается. — Да. Тебе есть о чем беспокоиться. — Затем он трусцой бежит по коридору и сбегает по ступенькам.

Ной смотрит на меня из коридора.

— Он немного более настойчивый, чем я думал сначала.

— Я же говорила, что он тебя услышал. К тому же, на его юных плечах столько всего лежит, — отвечаю я. — По-моему, с ним все в порядке.

Ной улыбается.

— Я это знаю. — Он поправляет свою сумку. — Я собираюсь позвонить Андорре и сообщить ему последние новости. И перезвонить Габриэлю насчет Кэррин.

— Я буду здесь, — говорю я, поворачиваюсь и иду в свой номер. Сам отель старый, ему, наверное, лет сто, и хотя он большой, он скромный, оформлен в сине-черную клетку, обставлен скудно, но чисто. У одной стены стоит двуспальная кровать, высокий комод, деревянный стул с прямой спинкой и письменный стол. Подойдя к кровати, я бросаю на нее свою сумку с оружием. Я расстегиваю

молнию на сумке и достаю скату.

— Это ужасная броня, — говорит Райн, стоящий рядом со мной. Я слышала его шаги, когда он поднимался по ступенькам, поэтому меня не удивило, что он говорит мне на ухо. — Что это? Арбалет?

Мне нравится, как его «р» перекатывается, а «а» звучит как «о-о-о».

— Это древнее устройство, недавно изготовленное. — Я протягиваю его ему, и он нежно сжимает его в ладони. — Это ската. Средневековый дизайн.

Он переворачивает ее, тщательно осматривая.

— Как работает?

Порывшись в боковом кармане спортивной сумки, я достаю один из пустых патронов, которые оставил мне Гаван Конвик.

— Возьми предварительно наполненный патрон святой водой из мистического колодца Святого Буэно. — Я протягиваю руку и опускаю рычаг заряжания. — Заряди, зафиксируй и оттяни затвор. — Я смотрю на него, и в его глазах вспыхивает интерес. — Тогда ты отправишь к черту всех демонов и все, что скрывается в тенях подземного мира.

Большие руки Райна ловко скользят по скате, и, как будто он делал это всю свою жизнь, он быстро разряжает патрон и возвращает ее мне.

— И ты планируешь вернуться в этот преисподний мир, наполненный демонами, да?

Я пожимаю плечами, и он протягивает мне скату. Я провожу пальцами по прохладному металлу, затем смотрю на него.

— Я сделаю это, если понадобится.

В его глазах мелькает понимание, и он слегка кивает.

— Надеюсь, однажды твой жених поймет, что у него есть.

— Я всегда говорил, что ему чертовски повезло, — говорит Ной, входя в комнату.

— Тут я вынужден с тобой согласиться, — добавляет Райн. — Готов познакомиться с ребятами Крачана?

— Только одно, Райн, — говорит Ной. — Тебе нужно кое-что знать о Райли. — Он смотрит на меня. — Помимо того, что у нее ДНК четырех вампиров, а также недавно приобретенные черты падшего ангела, она может двигаться быстрее, чем любой вампир, с которым я сталкивался, включая меня самого. Она может взобраться на трехэтажное здание менее чем за десять секунд. Ее боевые навыки не имеют себе равных. Смертельные. И она может читать мысли по своему желанию. — Он бросает взгляд на меня. — Ее женихом управляет колдунья Кэррин, которая решила проникнуть в ее мозг и попытаться свести ее с ума еще больше, чем она уже на самом деле. Она по уши в эмоциональном дерьме. Чтобы ты знал.

Райн кивает.

— Буду иметь это в виду. — Он наклоняет голову. — Пошли.

Мы идем за Райном по коридору, и я замечаю его поведение, его движения и понимаю, что на самом деле мы так и не были представлены друг другу.

— У тебя есть фамилия, Райн? — спрашиваю я.

Он смотрит на меня сверху вниз, пока мы идем, и улыбается.

— Маклауд.

Я киваю.

— По. — Я наклоняю голову к Ною. — Майлз.

— Теперь мы все, черт возьми, как одна семья, — говорит Райн. Мы выходим на лестничную площадку, и я слегка ошеломлена небольшой толпой, собравшейся в большом зале. Я оглядываю группу, и, включая трех других, которых я уже знаю, плюс Чесс, здесь по меньшей мере, я не знаю, тридцать парней в возрасте от пятнадцати до двадцати пяти лет. Они расположились на диванах, стульях и на полу. Без обмана, это грубоватая компания, и если бы я столкнулась с кем-нибудь из них на улице, то готов была бы поспорить на свою жизнь, что это бандиты.