Телохранитель для Евы
Шрифт:
— Если ты думаешь, что мне важно, какие он тебе даёт указания — то ты не по адресу. Мне без разницы на него. И на тебя тоже! — бросила ему и отвернулась к окну.
Он глянул лишь мельком и снова вернулся к рулю.
— И мне без разницы. Я предупредил.
Лишь вздохнула. Ну что за медведя мне подсунул Родион? Час от часу не легче…
В гостиной нас встретил Измайлов. Он сидел за обеденным столом.
— О, жена пришла домой. Иди, поужинаем.
— Я
— Ева, — строго окликнул он меня, когда я уже шла к лестнице. — Села. Быстро.
Как собаке прямо. И, конечно, Ян стоит и смотрит этот цирк. Обернулась. Ну да, смотрит.
— Я на сегодня ещё нужен? — обратился он к Родиону, пока я плелась обратно в гостиную, в зону, отведённую под столовую.
— Нет. Свободен до завтра.
— Понял.
Охранник ушёл, оставив нас вдвоём.
— Что тебе положить? Салат будешь?
— Нет.
— На, — всё равно он наложил мне еды на свой вкус. — Ешь. Ты и так худая стала слишком.
Я когда ехала, такая голодная была. Но рядом с Измайловым аппетит с завидной регулярностью пропадает. Взяла в руки вилку и стала без интереса ковырять содержимое тарелки.
— Какая ты красивая сегодня, — он провёл пальцами по щеке и меня невольно перекосило.
— Родион, дай поесть, — поёжилась и скинула его руку.
В глазах мужа полыхнул огонёк недовольства. За это мне придётся сегодня ответить наедине с ним. Он не любит неповиновения. Но я ничего не могу сделать со своим телом, которое протестует против любой ласки этого мужчины, пусть даже и невинной. Сначала он меня вынудил быть с ним, а теперь просит «любви». Неужели думает, что я когда-нибудь смогу принять его и простить? Впрочем, ему плевать, он всё равно возьмёт то, что хочет. Меньше всего Измайлова заботит, чего хочу я.
Вместо ответа он схватил мою голову и потянул к себе. Начал целовать накрашенные губы, слизывая с наслаждением помаду. Отодрать его от себя было нереально, и я просто терпела, не отвечая на поцелуи. Но мужчину как-то мало волновало, что его ласки остаются без внимания.
— Пошли в спальню. Не могу ждать больше, — встал он со стула и потянул меня за руку.
— Я ещё не доела, — отняла свои пальцы обратно.
— Ладно, как доешь — поднимайся.
глава 9
Родион ушёл на второй этаж, а я выдохнула. Понимаю, оттягивать момент глупо, всё равно ведь придётся. Я отправила его наверх, чтобы выпить немного алкоголя. Это позволяет мне расслабиться. Я так с ним совсем скоро стану алкоголичкой. И испорчу желудок.
Бросила салат, который и не собиралась доедать, и пошла к бару. Налила себе почти полный бокал виски и застыла над ним. Задумалась опять о том, что я не пила совершенно до замужества, а теперь почти каждый день это делаю, потому что на трезвую голову
Фу, какая же противная гадость! Аж закашлялась и в горле запершило. Однако, я настырно, не открывая глаз, допила почти всю порцию залпом. Когда открыла глаза, увидела позади себя Яна, который наблюдал за тем, как я пью виски, словно ненормальная, запихивая в себя. Он не выражал эмоций, ничего не говорил, но во взгляде его сквозило что-то вроде осуждения.
— Что смотришь? Надеюсь, Родион не просил тебя заглядывать ко мне в рот?
— Не просил. Я думал, что вы закончили.
— Я уже ухожу. Садись, — кивнула ему на стол.
Он направился к холодильнику. Мужчина пришёл ужинать и застал картину маслом, как я заливаюсь виски… Мне почему-то стало неудобно, что Ян это увидел. Ведь я не алкоголичка в самом деле. Была. До Измайлова.
Ничего не ответил, молча сел есть
— Ева, — раздался голос сверху. Возле перил стоял Измайлов и коршуном смотрел на меня и Яна. — Сюда иди.
Со стуком поставила бокал на буфет и пошла на зов. Больше оттягивать наше общение у меня не выйдет. Когда я оказалась рядом с мужем, он втащил меня за руку в комнату, захлопнул дверь и прижал меня к ней с другой стороны, схватив за лицо:
— Ты с ним флиртовала, или мне показалось?
Родион ещё мне будет закатывать сцены ревности из-за мужика, которого сам притащил в дом и приставил ко мне? Мне кажется, сейчас они оба стали меня раздражать ещё больше.
— Показалось.
Он медленно ослабил пальцы и переместил их на шею. Мягко, но ощутимо сжал:
— Смотри мне, Ева. Я ведь могу и приревновать. И очень рассержусь.
— Ау! — вцепилась я в его руку, которую он напряг слишком сильно лишь на миг, но очень больно. — Не надо, Родион.
— Ты меня поняла?
— Да, я поняла. Отпусти.
— Он тебе нравится? — пальцы Измайлова так и продолжали лежать на моей шее.
Не знаю. Нет, кажется. Он бесит меня, так же как и ты, милый.
— Нет.
Муж опустил руку и позволил мне отойти от двери. Я пыталась справится с дыханием. Я боялась этого человека. Никогда нельзя угадать, что он сделает и как далеко зайдёт в своей жестокости.
— В кровать.
Снова приказы, как будто я животное какое-то. Или кто ещё хуже.
На ватных ногах побрела к ложу любви, если можно так сказать. Присела на край матраса, не решаясь на что-то ещё. Родион взял инициативу на себя. Толкнул в плечо и заставил упасть на спину, и сам лёг рядом. Одна рука легла на мою талию, прижимая к нему моё тело, пальцы второй провели ласково по щеке, затем по сухим губам. Потом приник к ним своими, пытаясь разбудить во мне ответную реакцию.
— Ты опять пила, Ева? — оторвался он от губ и поморщился, чувствуя вкус алкоголя на своём языке.